Чтение онлайн

– Сарацины! – пробормотал Уолтер. – Смотри, можно разглядеть знамена с арабскими письменами!

Один из сарацин выехал вперед и галопом помчался к тому месту, где ждали Уолтер и Эндрю верхом на лошадях.

– Салам алейкум! – воскликнул юноша на белоснежном коне. – Мой добрый друг Эндрю! Я примчался к тебе на выручку!

Хасан! Это его добрый друг и союзник Хасан! Эндрю был вне себя от счастья, узнав его.

– Алейкум салам! – крикнул он в ответ. – Что ты делаешь здесь, глупец? Твой старший брат знает о том, куда ты поехал?

– Мой брат тоже здесь, с нами, – ответил Хасан, указывая на отряд арабов. – Мы пришли, чтобы стереть этих паразитов с лица земли. Слишком долго им было дозволено насиловать и грабить. Сегодня они заплатят за свои злодеяния!

Они стояли у реки перед лицом грозного, не знающего жалости врага – двое юношей с Британских островов и двенадцать арабских всадников.

– У них есть копья, – произнес Эндрю, глядя на рыцарей-разбойников.

Хасан, великолепный в своих разукрашенных сарацинских доспехах, подозвал одного из своих воинов.

– У нас тоже есть копья, – сообщил он. – Их привез этот человек – выбери одно себе. И ты тоже, Уолтер.

– Они мне кажутся одинаковыми, – произнес ученик оружейника.

– Они действительно одинаковые, но одно из них твое – разве ты не чувствуешь его зова?

– Вот это, – произнес Уолтер, извлекая из связки копий, поданной сарацином, тонкое длинное древко. – Мне кажется, оно само рвется в бой.

– Вы все на белых лошадях, – заметил Эндрю. – На то есть причина?

Брат Хасана произнес:

– В горячке боя рука сама ищет, кого поразить. Не руби человека, сидящего верхом на белом коне, поскольку он твой друг. Видишь, даже вон того разбойника на огромном сером скакуне не спутать с одним из нас – его жеребца давно не чистили, и он стал почти коричневым от пыли.

– Хорошая мысль. А как вы узнаете нас? Меня и Уолтера?

– Мы лучше сохраняем хладнокровие в бою, чем христианские рыцари, мы не совершим подобной ошибки.

– Время пришло, – произнес Эндрю. – Построиться!

Сарацины не привыкли сражаться в ряду, но они послушно выстроились в длинную, неровную линию, как им было приказано.

– Готовы?

– Да! – воскликнул Уолтер, взбудораженный приближением своей первой битвы. – Я готов, брат мой!

Эндрю чуть было не завопил по привычке: «За Господа нашего, за короля Балдуина и Иерусалим!» – но вовремя вспомнил, кого ведет в бой, и выкрикнул:

– Смерть черным рыцарям!

Он пришпорил нетерпеливо приплясывающего Чародея и рванулся вперед.

Гнедой жеребец помчался по песку. Он был в своей стихии. Этому Чародея обучали, это он любил больше всего – скакать галопом навстречу яростной битве. Звон мечей. Лязг копий. Стук щитов. Он чувствовал, как по телу волнами прокатывается мощь. Мышцы вздулись от напряжения и предвкушения. Копыта стучали по высохшей земле, и звук этот громом разносился по равнине. Уши, прижатые к голове, походили на острия копий, грива плескалась по ветру, длинный хвост развевался, словно знамя великого боевого скакуна.

Отряд Эндрю уступал противнику в численности, на каждого их воина приходилось трое врагов, однако, когда сарацины рванулись вперед, юноша заметил, что среди них появилось еще двое всадников.

Джинны. Зеленый и синий, верхом на адских гончих, полускрытые щитами из яркого алого пламени. Уолтер тоже заметил их. Братья знали, что, кроме них, этих воинов из другого мира не видит никто – ни один араб не бросил взгляда в сторону джиннов. Обнаженные, они держали в каждой руке по скимитару, в зубах сжимали кинжалы. Они посмотрели на близнецов и ухмыльнулись с таким злобным восторгом, что Эндрю и Уолтер невольно расхохотались.

Теперь бросились в атаку и рыцари-разбойники. Сплошная стена оружия и металла. Гондемар мчался впереди. Пришло время решающей битвы. Один сегодня должен умереть – Гондемар де Блуа или Эндрю из Крессинга. Пощады не будет. Темный силуэт Смерти маячил поблизости, терпеливой, как всегда, знающей, что в конечном итоге к ней явятся все, несмотря ни на что.

Первое столкновение выбило из седла нескольких воинов. Копья отскакивали от щитов – или находили свою цель. Сражавшиеся падали с криками. Лилась кровь, наполняя воздух алыми каплями. Ржали и падали лошади. Затем были извлечены клинки; они встречались со звоном, наполнившим пустынную долину. Тишина внезапно сменилась вскриками, стонами и проклятиями сражающихся. В воздух взметнулась пыль, застилая воинам глаза. Потные ладони соскальзывали. Шлемы приглушали предсмертные вопли.

Эндрю почувствовал, как в плечо вгрызся чей-то меч. Он развернул коня – и увидел Гондемара. Лица не разобрать, поскольку черты его врага были скрыты под рыцарским шлемом. Но Эндрю заметил, что противнику недостает правой руки, которую он сам отрубил, полный благих намерений. Гондемар обрушил меч на шлем юноши, и тот наполнился нестерпимым звоном. Бах! Бах! Бах! Удары немилосердно сыпались один за другим. Эндрю крутился на месте, пытаясь увернуться от вражеского меча и наконец воспользоваться своим.

Доспехи выдержали. Доспехи, благословленные Томасом, который наверняка теперь смотрел на своего друга вниз из заоблачной страны.

Наконец Эндрю сумел попятиться, не врезавшись в чужую лошадь, а затем послал коня вперед. Чародей стал на дыбы, молотя по воздуху копытами, и их страшные удары обрушились на Гондемара. Получив сокрушительный удар в грудь, рыцарь тяжело рухнул на землю. Но поднялся еще до того, как его противник сумел развернуть жеребца. Однорукий рыцарь снял с пояса булаву и обрушил тяжелый удар на ногу Эндрю. Юноша вскрикнул от боли и упал со спины Чародея.

Тем временем схватка, кипевшая вокруг непримиримых врагов, достигла апогея. Джинны несли смерть, выбивая рыцарей из седел и предоставляя Уолтеру удовольствие отправить их на тот свет. Над полем битвы реял одинокий сокол, то и дело кидающийся камнем вниз, сея панику среди рыцарей-разбойников. Он никого не трогал, но проносился прямо перед носом рыцарей Гондемара, сбивая их с толку и затуманивая им зрение. Когда они в замешательстве отступали, сокол со злорадным криком торжественно взмывал ввысь.