Чтение онлайн

Тоби был готов сломаться, несмотря на то что был крепким, сильным парнем, но перетаскивание тяжелых камней, из которых медленно росли стены султана, высасывало из него жизнь. Он поднимался на рассвете – приходилось бы вставать раньше, если бы ночью не царила кромешная тьма, – и получал на завтрак миску странного месива, похожего на кашу. Он так и не понял, из чего оно сварено. Еда была практически безвкусной и не слишком питательной. Затем ему давали деревянную чашку и велели напиться из ближайшего ручья, вода в котором была грязной и мутной. В животе все время урчало, такое питание не пошло на пользу внутренностям, и это лишь больше ослабило его.

Сразу после «завтрака» Тоби и других рабов, несколько сотен черных и горстку белых, кнутами строили в ряд и гнали в каменоломню. Те, кто знал ремесло каменщика, резали блоки из гранита. Те, кто, как Тоби, не обладал никакими полезными знаниями и навыками, с помощью канатов укладывали камни на катящиеся бревна. Затем их надлежало тянуть по импровизированной дороге к месту, где главный строитель, египтянин, распоряжался возведением стены. Это последнее задание было наиболее опасным, поскольку камни невероятно тяжелы и нередко падали на рабов, а иногда даже осыпалась часть стены. Разумеется, выживших не оставалось.

Только вчера Тоби видел, как кусок опорной балки рухнул прямо на ноги африканца. Кости не выдержали удара и сломались. Охранники добили несчастного, как раненого зверя. Палками, до смерти. У султана не было больницы для нездоровых рабов. Если кто-то тяжело заболевал и выздоровление казалось не слишком вероятным, его ждала казнь. Иначе они бы только ели и пили, не выполняя никакой работы. Стройка – не место для безделья, и не важно, болен человек или здоров.

Зимой тягать камни было достаточно утомительно. Но приближалось лето, и под палящим солнцем работать стало почти невозможно, хуже, чем в аду. Вплоть до этого времени Тоби страдал молча, не жалуясь, но в последнее время обнаружил, что просыпается во сне в грязной дыре, куда сгоняли рабов вечером, в слезах, прося мать быстрее забрать его отсюда.

Тоби был на грани.

Он поплелся обратно в карьер после того, как вместе с товарищами по несчастью доволок первый камень главному строителю. Его подгоняли плетьми стражники, изрыгая непристойные ругательства в адрес рабов. Они были не людьми, а животными, ходящими на двух ногах. Они стали ими в тот миг, как были заплачены деньги. Собаки во дворце были больше достойны сочувствия или внимания, чем рабы в каменоломне.

– Привет, Тоби. Как ты?

Юноша тяжело обернулся, изнемогая от боли в спине, и увидел своих друзей, Патрика и Артура. В его душе вспыхнула слабая искорка надежды.

– Я болен. Вы пришли забрать меня отсюда? – спросил он.

– Нет, приятель, мы пришли, чтобы к тебе присоединиться, – отозвался Патрик. – Султан устал от нашего общества. Он выгнал нас сегодня утром. И даже освободил на прощание, но мы, разумеется, попросили разрешения забрать нашего друга с собой и отказались уходить без тебя.

– Не нужно было вам этого делать, – прохрипел Тоби, надорвавший горло на стройке. – Патрик, вам следовало сбежать. Тебе и Артуру. Возвращайтесь к султану сию секунду и скажите, что передумали.

– Но это не так. Я не передумал, и Артур тоже. К тому же султан в любом случае не стал бы нас слушать теперь. Он освободил нас, повинуясь мимолетному порыву. На самом деле ему плевать, живы мы или уже умерли. Нет, старина, мы теперь застряли вместе с тобой на каменоломне.

Тоби застонал.

– Вы… вы же и недели не протянете здесь, Патрик. Вы оба. Это не работа, а настоящий ад. Перед вами сломленный человек, совершенно сломленный. Уходите прочь сию секунду, или вас заставят работать до смерти, без жалости. Прошу вас, уходите сейчас же. Я… я смогу продержаться чуть дольше, если буду знать, что с вами все в порядке.

Патрик почувствовал укус хлыста на спине, но не стал оборачиваться и обращать на него внимание. Он даже не вздрогнул.

– Очень благородно с твоей стороны, вне всякого сомнения. Но мы уже тут, и должны здесь остаться. По крайней мере на какое-то время.

Щелк!

Снова опустилась плеть, и на сей раз досталось и Патрику, и Артуру. Охранник начал орать на них. Артур покорно встал в шеренгу понуро бредущих людей. Патрик вел себя так, словно его ужалила муха. Он рассеянно потер плечо правой рукой и закончил свою мысль:

– Очень ненадолго.

Они вместе работали без каких-либо происшествий или несчастных случаев. Когда сгустились сумерки и их повели к яме, где ночевали рабы, Патрик произнес, повернувшись к Тоби:

– Сегодня мы убежим отсюда, Тоби.

– Что? – В глазах юноши наконец-то зажегся слабый свет надежды. – Сегодня?

– Сбежим – или погибнем. Либо то, либо другое. По мне, лучше уж быстрая смерть, чем это медленное убиение. Мессауд хочет отправиться с нами. Он принесет оружие после наступления темноты. Он утверждает, что тогда охранников будет меньше и ночью они не так бдительны, когда рабы оказываются в яме.

– Он прав.

Когда их бросили в яму и рабы, как всегда, с трудом расплели руки и ноги в темноте, Тоби шепнул тем, кто оказался поблизости, о том, что готовится побег. Это сообщение быстро передавалось по цепочке от одного к другому. Все узнали, что скоро представится возможность удрать. Стало ясно, что большинство рабов были готовы рискнуть жизнью, чтобы вырваться на свободу. То, что задумывалось как план побега для нескольких человек, превратилось в массовый заговор.

– Жаль, у меня не черная кожа, – произнес Артур, указывая на взбудораженных новостью африканцев, чьи щеки крепко прижимались к его лицу. – Вот уж везунчики – их будет куда сложнее разглядеть в темноте, чем нас.

– Сегодня день Нового года, – пробормотал Патрик. – Надеюсь, этот год принесет нам больше удачи, чем старый.

Мессауд сумел пронести оружие к яме под покровом ночи. Затем он отправился на поиски подходящего судна в гавани. Рабы выждали до рассвета, а затем напали на охранников. После долгого ночного караула в утренние часы бдительность заметно притуплялась. Рабы поднялись по веревкам, выбрались из ямы и набросились на стражников. Некоторых удалось убить и ранить, другие сумели ускользнуть и подняли тревогу. Тогда рабы беспорядочной толпой помчались к порту, находившемуся примерно в двух милях от карьера.

– Беги как ветер! – воскликнул Патрик, резво перебирая ногами. – Давай, Тоби, догоняй!

Они с Артуром привыкли, что Тоби был самым сильным и крепким из них, однако теперь их друг был вымотан долгим рабским трудом. Он спотыкался, тяжело ступал и утомился задолго до того, как они перешли на бег. Охранники спешно оседлали лошадей и бросились в погоню. Двое из чернокожих рабов помоложе и повыносливее подхватили Тоби под руки и помчались дальше. Это были молодые, крепкие парни с быстрыми ногами, из высокогорных районов Африки. Здешний воздух казался им куда богаче и насыщеннее привычного, и они бежали быстрее, чем смогли бы местные жители.