Чтение онлайн

У меня по спине пробежали мурашки. Выходит, моё видение было неспроста. Но где именно Жюли могла видеть этот сад? Мне моя сила не показывает придуманные вещи, она показывает настоящие. Значит, сад действительно существует...

Наш город отпадал по простой причине, в местном ботаническом росло всего несколько кустов и большая часть из них была жёлтая или розовая. Возможно, она видела что-то такое в Европе, куда она однажды ездила с отцом. Но как узнать, где именно такое место?

Дяди Игоря нет на месте, он со своим оркестром уехал в очередное турне. Они закрыли сезон в нашей консерватории и отправились выступать в Китай. Дёргать тётю Ираиду с дурацкими вопросами не стоило, иначе придётся всё ей рассказать начистоту, а она начинала жутко нервничать при одном воспоминании о прошлой осени.

Я была в растерянности и с нетерпением ждала Зюньку. Быть может, она выдаст что-нибудь неожиданное. Ведь хотела же она о чём-то с нами поговорить. Где она там вообще ходит?

Стоило вспомнить про рыжую, как зазвонил мой телефон.

– Привет, - быстро затараторила Зю в трубку.
– Приезжайте сюда обе и побыстрее!

И начала диктовать подозрительно знакомый адрес...

Итак, Юльча вас уже ознакомила с возникшей проблемой, поэтому я не буду повторяться, разве что постараюсь описать то, что увидела.

Перед выступлением мне было не до того, чтобы рассматривать Жюли со всех сторон, у меня голова была занята совсем другим. Сами, наверное, знаете, какой мандраж начинается перед выступлением. Трясутся руки-ноги, сводит живот, все внутри будто скручивает в тугой жгут, в голову мысли разные забредают, что ты всё забыл, ошибёшься и всех подведёшь... Это Юльча у нас без комплексов, она с лёгкостью вылезет вперёд, а у Жюли концертного опыта немеряно, им бы это выступление на один зуб. Зато у нас с Машкой это был первый выход на сцену. Так что тряслись мы обе одинаково.

Забавно, но мой собственный костюм придавал уверенности. Наверное, потому что расцветкой напоминал рыцарское одеяние. Я специально нашивала пайетки, как огненные чешуйки у одной знакомой лично мне Саламандры. Кстати, я была здорово удивлена, когда всем понравилась моя работа.

Так что в окружении всего алого и мерцающего мне было гораздо более спокойно, чем могло бы быть.

При этом внутри я чувствовала тёплое одобрение. Моя собственная магия оказывается очень любила танцы. Когда мы выходили на сцену, меня как будто хлопнули по спине и шепнули "Жги!"

От такой поддержки у меня губы сами расплылись в улыбке. А ведь это самое важное правило всех выступлений на сцене, которое нам начали вбивать с первого же дня.

– Улыбайтесь, - сурово говорила наша Еня (на самом деле Евгения Алексеевна, но она просила звать себя Еней, ведь была ненамного старше нас).
– Обязательно улыбайтесь. Трясутся руки? Подгибаются ноги? Плюнула, улыбнулась и - пошла! Улыбка отгоняет любые страхи.

Так я на собственном опыте узнала, что она была права. Стоило улыбнуться, и моё собственное тело будто бы оттаяло. Мы так долго репетировали танец, что мои мускулы сами вспомнили, как надо двигаться, а музыка помогла.

Мне было немножко жаль, что не получилось с живым выступлением, но с другой стороны, неизвестно как бы ещё сыграли девчонки, а под мелодию из плеера я тренировалась столько, что могла сама пропеть её наизусть. И это с моим-то отсутствием слуха и голоса!

Ну, если быть совсем честной, я немного поколдовала. После нашего приключения прошлой осенью, я выяснила, что до сих пор могу воспринимать и понимать чужие эмоции, но так же могу и передавать другим свои. Я видела, как трясёт Машку, и чуть-чуть поделилась своей радостью с ней. Самую малость, но как ни странно, это почувствовали и остальные девчонки. Конечно, мне это не в плюс, я ещё не слишком хорошо управлялась со своей силой. Зато с другой стороны, все были в восторге от того, как выступили.

Музыка подхватила и не давала оступиться до самого последнего звука.

Зал взорвался аплодисментами, а за кулисами нас затискала Еня. Нам с Машей тоже досталось комплиментов и от неё, и от старших девчонок, которые посещали студию уже несколько лет. От нас никто не ждал, что мы так классно выступим в первый раз. Я даже успешно сделала сальто, хотя очень боялась слажать. Вы как хотите, но кувыркаться - страшно.

– Только носы не задираем!
– тут же сурово провозгласила наша наставница.
– Чтобы тренировались всё лето, иначе я вам с сентябре устрою!

Мы с Машкой честно пообещали быть хорошими девочками. Я переоделась и выскользнула из гримёрки ненадолго, чтобы проверить как там Жюли и Юльча. Я думала, что они ушли после нашего выступления, но нашла их в туалете.

Вообще, я хотела посмотреть, что с Жюли такое и сильно ли она ударила руку. Я, конечно, не врач, но иногда могу определить что там - просто синяк или нечто более серьёзное. Я на Тимохе, моём младшем брате, натренировалась. Он за последние полгода начал вовсю ходить. Даже не ходить, бегать. И, соответственно, натыкаться на всё подряд.

Кстати, Тим во многом поспособствовал развитию моего дара чувствовать. Он ещё пока не научился говорить, но я прекрасно понимала его простейшие желания: кушать, переодеться, спать, играть.

Вообще, понимать это было не самое сложное. Самое сложное оказалось - отделить себя от других. Чувствовать всех вокруг - это же с ума можно сойти. Когда я была под заклятьем колдуна Велимира, мне на остальных было плевать. Моя бесчувственность защищала меня как броня, но так жить нельзя. Мне пришлось учиться ставить барьеры. В этом очень сильно помогли танцы. Когда чувствуешь своё тело, тренируя его, то понимаешь, где находятся собственные границы.

Так вот, тогда в туалете мне пришлось сосредоточиться, чтобы почувствовать эмоции Жюли. Это было довольно просто, но результат меня удивил.

Как бы описать это попроще... Наверное, стоит сравнить это с шитьём. Чтобы сделать платье или брюки определённого фасона, чертят выкройки, но в связи с тем, что люди разные, выкройки подгоняются индивидуально, сантиметром больше, сантиметром меньше. При этом вы всё равно распознаете, что это за тип одежды. Так и эмоции у людей - каждый выражает их по-своему, но другие вполне могут понять, что сейчас вы злитесь или радуетесь. Плюс, для каждого есть привычный набор эмоций, которые проявляются чаще всего. У Юльчи - желание позабавиться, дружелюбие и храбрость. У Жюли это интерес, скептицизм и обида. Причём собственные реакции на эмоции у всех разные тоже. Кто-то от страха впадает в ступор, а кто-то начинает злиться. Человека можно узнать не только по его эмоциям, но и поведению.

И вот, я постаралась определить, что происходит. Я искала боль, но не находила (ага, значит, Юльча просто наврала! Но зачем?). Я чувствовала чужую растерянность, испуг, удивление и благодарность Юльче и её маме за помощь. Вы как хотите, но я не могла даже сходу предположить, что надо сделать с нашей язвой, чтобы она испытывала все эти чувства одновременно... Особенно такую сильную растерянность. И благодарность, между прочим. Вот уж чего от неё не дождёшься.

И ещё было что-то странное, чего я никак не могла распознать. Мне как-будто что-то мешало... Ну нельзя такими вещами заниматься в туалете на проходе, особенно, когда отголосками доносится нетерпение подруг из секции этажом ниже. Не успела я озвучить свои сомнения, как к нам заглянула Машка.