Чтение онлайн

– Спасибо за полный и добровольный ответ, Аркадий Борисович, - Егор отпустил воротник, и учёный тут же натянул очки и отвернулся к пульту.

– Товарищ генерал, это точно, про агента?
– обеспокоенно спросил Саня. Если это так, то это залёт. Конкретный.

– Да. Я уже видел такое. В Институте проводили подобные опыты с пленными агентами, и они вели себя точно так же.

– И что теперь? Олег, выходит, всё?

– Всё, - кивнул Егор.

– Сука!
– спинка кресла впереди Сани содрогнулась от мощного удара. Сидящая в нём Алёна подпрыгнула и едва не свалилась на пол. Тут же развернулась и звонко шлёпнула раздосадованного спецназовца по макушке.

– Боец, ты охерел?! Ты в боевой обстановке! Яйца сжал и сделал, что нужно!
– рявкнула она в лицо Сане.

Саня смотрел на симпатичное личико, в совершенстве владеющее секретным языком сержантов, и чувствовал, как влюбляется. Безнадёжно и... безнадёжно. Ясное осознание этого неожиданно вдруг нахлынуло в воспалённый от усталости мозг, и тот с радостью уцепился за этот факт. Он почувствовал, как натянулись губы, расплываясь в глупой улыбке. И его не волновало ни нахмуренный взгляд Верховного, ни то что они несутся на инопланетном корабле посреди ночи над рекой между чернеющих деревьев. И даже сидящий в метре от него вражеский агент его не волновал. Лишь эти два сердитых милых глаза под удивлённым домиком бровей его волновали сейчас. Лишь бы они так и продолжали смотреть на него. А он на них.

Очарование длилось недолго. С размаху воткнутый в лоб детектор Чужих негромко загудел и в голове знакомо замутило. Саня откинулся на спинку кресла, потёр нагревшийся лоб и открыл было рот, чтобы обругать Электроника. Открыл и закрыл. Наваждение пропало, и стоящий возле него Юрка с детектором в руках казался ему настоящим спасителем.

– ВСЕ НОРМАЛЬНО, Саня?
– ласково, почти любя опустилась ему на макушку тяжёлая ладонь Николая.

– Да... Нормально всё, - сглотнул Саня и вытер взопревший лоб рукавом. Поднял глаза и наткнулся на светлый хвостик, торчащий над спинкой кресла. Алёна сделала своё дело и села на место. А он остался тут.

– Коля, воткни Олегу укол. Связать, положить в проходе. Если очнётся - проверить детектором, - отдал он команду.

– Боря, помоги, - тут же активизировался Николай.

Пока они возились с Олегом, Саня в экстренном режиме размышлял. Что с ним? Что за мысли лезут в голову? Давно это? Как он прохлопал агента в собственном подразделении? Какого хера он шишку нацелил на жену Верховного? Ведь, сука, у тебя же даже мысль мелькнула о дуэли. На пистолетах. Поутру на полянке в лесу. И чтобы она непременно была там. С платочком в руках. Стоять, бля. Ил?! Совсем охуел?!

– Юрец, дай что-нибудь от головы, - хрипло попросил Саня.

– Топор, граната, анальгин?
– с готовностью выкатил ассортимент Электроник.

– Ага, - кивнул Саня. Получив таблетку, он проглотил её и замер, пытаясь не думать. Ни к чему это простому спецназовцу.

***

Тролли, усердно вращающие барабан, чтобы втянуть солнышко за горизонт, походу выдохлись. Уже по-осеннему неяркий красный шар неподвижно замер у самого горизонта с целью как можно дольше выполнять свою миссию - освещать Землю. Причудливая тень от кривой берёзы, что свесилась почти до самой воды, пролегла до самых ног. Мелкая рябь от поднявшегося под вечер ветерка, тень от дерева и пробивающиеся между ветвей лучи солнца гипнотизировали созданным на поверхности воды изображением. Грустные глаза Тани, той, что ангел, смотрели на него с немым укором и, казалось, спрашивали: - Какой херней вы, товарищ, Немцов, занимаетесь?

Мерзкий и резкий "кар" над самой головой заставил вздрогнуть. Голова дёрнулась и Танины глаза пропали, сменившись хаотичными разводами на поверхности реки. С шумом захлопали крылья, ворона, посчитав свою миссию выполненной, резво взлетела с берёзы и растворилась в тенях за деревьями. Лишь слабый треск сучьев сообщил, что у неё не всё в порядке с координацией. А, может, просто она возомнила себя слоном. Ага, летающим.

Горлышко коснулось губ, и последний глоток коньяка привычно обжёг горло. Что ж, пора. Отвёртка аккуратно поддела невысокий бортик на дне фляжки. Отогнула тонкий металл, и соскочила. Пашка недовольно зашипел и сунул окровавленный палец в рот. Больно. И глубоко. Совсем руки кривые стали.

Продезинфицировав ранку слюной, он продолжил увечить фляжку, и вскоре донышко оказалось у него в руках. Аккуратно положив его на коленку, он сунул пальцы внутрь. Нашарил небольшой цилиндр возле стенки, сковырнул его и, недовольно зашипев от попавшего в ранку на пальце коньяка, вытащил на божий свет.

– Даже не заржавела, - хмыкнул он, разглядывая жестяной футлярчик из-под сигары. Ну, конечно. Он же кроме сорокоградусных консервантов в эту фляжку уже целых пять лет ничего не наливал. И не расставался с ней ни на миг.

Пробка с футлярчика улетела прочь. Пашка перевернул его, и на подставленную ладонь неторопливо вывалился небольшой стержень, напоминающий ручку.

– В тебе ли сила, знания и горе?
– спросил у него Пашка. Вытянутый, чуть заострённый с одного конца серебристый стержень, покрытый хаотичным мелким рисунком изломанных линий и тремя черными камушками, расположенными в ряд. Ещё один располагался с тупого конца. Ключ. Тот самый, что так понадобился вдруг Чужим. Или не понадобился? Он всегда был с ним. Долгих пять лет лежал в кармане возле сердца, иногда терзал душу и заставлял бесконечно часто задумываться. Правильно ли они тогда поступили, скрыв корабль от людей? Может, они уже безнадёжно опоздали, и человечество теперь уже ничего не спасёт. Да, похрен. Теперь ответы есть. Немного. Порождающие ещё больше вопросов.

И ведь не поспоришь со Славкой. Он "таинственный мудак". Но, так надо было. Так казалось тогда. Лишь бы всё с ними было хорошо. Господи, спаси их и сохрани! Всех до единого. Особенно непричастных, волей судьбы оказавшихся в одной с ними лодке.

Полученное пятнадцать минут назад короткое сообщение по рации ничего хорошего не несло. "Суши весла". Короткая обычно оптимистичная команда, означающая конец пути. Неизвестные герои-Смертники, рискуя жизнью, передали по цепочке сообщение от Егора. И он его принял на подключённую к автомобильному аккумулятору рацию. Он включал её каждые четыре часа, останавливаясь на краткий отдых. Ждал сообщения, а после продолжал путь. И вот, дождался. Значит, ещё не всё.

Расстелив на коленках карту, Пашка уверенно ткнул концом ключа в то место, где он находился. Взглядом нашёл свою новую цель. Нахмурился. Топать предстояло около 50 километров. Взглянул на часы. Не успевает. А если так? Находившаяся совсем неподалёку от конца ключа отметка на карте обещала ускоренную доставку его бренного тела на место встречи. Рискованно, конечно. Кто оборудовал схрон, неизвестно. Там вполне может оказаться засада, бомба или камера Чужих. С другой стороны, у него всего двенадцать часов с момента получения сообщения. Он сам установил таймер на аварийном транспондере рации, чтобы она автоматически выдала в эфир сигнал. Только так его отпустил Егор в этот поход. С ключом в кармане. Хотя сам генерал об этом не знал. Для всех Пашка как раз за ключом и отправился.

– Ладно. Раз не хотите по-хорошему, будет вам по Егоркиному, - пообещал Пашка злобным Чужим и порывисто поднялся на ноги. Убрав карту, он с ненавистью посмотрел на рюкзак. Рация, аккумулятор, пара оставшихся банок тушёнки, аптечка и разное-прочее. Ладно, сам же рвался на природу, подальше от мира людей. Тащи и не ной.

Рюкзак глухо ударил по спине, Пашка пошатнулся и медленно побрёл вдоль реки. До схрона нужно было пройти около четырёх километров.

Шагалось легко. И одновременно тяжело. Каждый шаг по удачно подвернувшейся лесной дороге приближал его к цели. И одновременно, с каждым шагом, росла на душе тревога. Да и окружение способствовало. Склонившиеся над дорогой молоденькие берёзки закрывали вечереющее небо, скребли своими ветвями по телу, заставляя ежеминутно кланяться. И тихо, почти неуловимо шелестели, обсуждая меж собой незадачливого человека.
– Где твоя Нива, мужик?
– казалось, шуршали они. Нет Нивы, ничего нет. Слишком велик риск. Слишком много места в любой машине, чтобы незаметно сунуть туда маячок. Только ножками нужно было идти. До места встречи, которая теперь уже не состоится.