Чтение онлайн

— Так пересечённая местность — это ручьи и реки. А как по реке подобраться скрытно лучше, чем под водой? Вот и получаются — водолазы. Бурятские, конные.

— Да уж, фантазия у вас! Но, поверьте — если бы я увидел лошадь в водолазном костюме — не уверен, что смог бы пережить такое впечатление!

Пошутили, посмеялись ещё минут десять, а потом полковник Летягин вдруг сделался грустным.

— А вообще сказать, эта самая «Крона» — страшная вещь. Особенно новый автоматический вариант. Вот уж точно — «лучи смерти»! Видел я на полигоне, очень зрелищно. Особенно в сумерках и бронебойным снарядом, который с зажигательным составом. А уж что она с живой плотью делает, что людской, что конской…

— Артиллерия тоже не щадит: и ударная волна, и осколки.

— Так-то да, но пушки — напасть знакомая, и как потери от неё уменьшить давно известно. А вот если и правда, как то слухи ходят, в каждом взводе будет такая вот пушчонка, а к ней ещё и картечница, она же пулемёт — то потери конницы в атаке слишком уж чудовищными обещают быть. Слишком!

— Да и миномёты тоже конницу под Ширандом разносили образцово.

— Что, тоже считаете, что отжил мой род войск своё?

— Ну, почему же? Драгуны те самые ещё с полвека продержатся.

— А, ездящая пехота! Это да.

— Лёгкая конница, опять же. Разведка, рейды по тылам противника, патрулирование и охрана своего тыла…

— Конвоирование пленных ещё забыли или постеснялись упомянуть. Да, иррегуляры и гусары тоже ещё какое-то время продержатся. А уланы и кирасиры? Ведь красивый же вид войск, согласитесь! Не жалко такую красоту списывать?

— Рыцарская конница, она же кованая рать, тоже и выглядела внушительно, и действовала сокрушительно. Но — ушла в историю, оставив в наследство по себе тех самых кирасиров, да ещё и уланов, чьи пики — потомки рыцарских копий. А ещё раньше боевые колесницы тоже — и красиво было, и страшно, но — вышли их употребления.

— Как раз колесницы сейчас второе рождение переживают — поступило предложение на них те самые пулемёты ставить.

— Вот только стрелять он сможет лишь назад. То есть, или выскочить перед строем, развернуться, отстрелять кассету — и дёру. Или приехать, коней выпрячь да закатить повозку в капонир. То есть, оружие или для лёгкой конницы или для тех же драгун.

— Если так посмотреть, то да. И броневики новомодные если в чём и превосходит, так в проходимости и цене.

— И бензин не нужен.

— Ах, оставьте! Бензин, масло не нужны, и колёса чуть не в любой мастерской сделать можно. Вот только боевым коням зерно нужно, шорник, кузнец, коновал, защищать их нужно от мороза, дождя и хищного зверя. Мне, как старому кавалеристу, это лучше всех прочих известно. Так что по сравнению с этим пару вёдер топлива и полведра масла к передовой доставить — полная ерунда!

— Кстати, господин полковник! Чуть не забыл ещё одно предназначение, ради которого как минимум один кирасирский полк точно будет сохранён.

— Для парадов, что ли?

— Не только. Почётный караул, торжественные выезды, и не только Государя, парады опять же. И ещё одна задача, для которой надо будет держать конюшню с конями самых разных пород, мастей и размеров. И к ним — кавалеристов, что сумеют изобразить хоть степную орду, хоть жандармерию франков, хоть турецких башибузуков.

— Изобразить?! Вы про шпионские страсти, что ли?

— Нет-нет! Я про… кино! Картины будут становиться всё длительнее и зрелищней, и скоро появится необходимость показать на экране конницу. А кто справится с работой лучше, чем профессиональные конники, причём — военные, приученные и к конному строю и к дисциплине, чем люди искусства редко страдают?

— Да уж, та ещё задачка. — Полковник поморщился. — В полушаге от того, чтобы в цирке кривляться.

— Не кривляться, а оставить на плёнке будущим поколениям образ славных предков — воителей прошлого.

— Слова, конечно, красивые, но сути фиглярства не отменяют! — отмахнулся полковник.

Ну, у каждого свои взгляды на жизнь имеются. Моя бабуля ещё хлеще бы высказалась. Так что предпочёл переключиться на нейтральные темы, которые как-то плавно перешли на идею продегустировать новую настойку. Две бутылки я прихватил с собой из дому в начале октября, одна из них путешествовала со мной в саквояже, а вторая лежала в сейфе в кабинете дворцовой квартиры.

Как-то додумались энтузиасты не только сделать настой на некоторых изнаночных травах, но и придумали особый способ его употребления. Сама по себе настойка была прозрачной с лёгким зеленоватым отливом, а если добавить в неё сахарный сироп, не слишком сладкий и не слишком много, то синела до того самого сине-зелёного цвета, который именовали «цвет морской волны». Чистая настойка, которую можно было пить и так, имела крепость тридцать пять «градусов», правильно разбавленная — двадцать пять. И мы с полковником Летягиным, разумеется, попробовали оба способа, под заказанный в мой номер ужин на двоих. Но — без излишеств: мне завтра надо было идти в канцелярию, а моему собеседнику — присутствовать на приёме у Государя Императора.

[1] Умышленно не оговаривается, какой именно параметр, и не пересчитываются единицы измерения, чтобы голову не дурить. Для большинства читателей что модуль вязкости, что предел текучести, что твёрдость по Шору…

[2] Как это может выглядеть можно посмотреть, например, в журнале «ВПК. Беларусь». Не реклама ни в коем случае, просто одно из изданий, в котором видел такую подачу материала.

Свершилось!

Утром четвёртого ноября я отдал финальный вариант своего рапорта перепечатывать набело, а вместе с ним и свои соображения об отсутствии необходимости срочной поездки по воинским частям. Упирал на то, что критических недостатков в производстве тех экземпляров, которые ушли в войска не выявлено, значит, и на вооружении стоят образцы, заведомо отвечающие всем требованиям. Сделал только оговорку про естественный износ и возможно появившиеся в ходе эксплуатации замечания и пожелания, но тут же указал, что износ проверять ещё рано, а всё остальное можно узнать установленным порядком из рапортов по команде.

Отдать печатный вариант обещали после обеда, так что вновь возник вопрос — чем заняться? Очень хотелось домой, это желание подстёгивал и рассказ Мурки о том, что Ромка вчера опять раскапризничался, требовал папу и даже при помощи своего фамильяра пытался пролезть в мою «берлогу», думая, что я там прячусь. Жене пришлось его проводить внутрь, показать, что папы и там нет, а потом долго утешать и успокаивать, не без помощи той же рыси. В итоге Ромка так и заснул, обнимая зверюгу за шею и зажав в кулачках её шерсть.