Чтение онлайн

По поручению Всеволода Святослав предпринял попытку вооруженным путем принудить перейти из Переяславля в Курск Андрея Владимировича, сына Мономаха. У него были причины выполнить это задание особенно старательно, поскольку Всеволод пообещал передать старинное и относительно богатое Переяславское княжество ему самому. Андрей наотрез отказался покинуть город, где раньше правили его отец и дед. Военное столкновение закончилось не в пользу Святослава, Всеволод же не стал проявлять настойчивость и примирился с Андреем. Не исключено, что для хитрого Всеволода Ольговича более важным было не только изгнание Андрея из Переяславля. Ему важно было дать понять, что тот может находиться в своем родовом княжестве лишь столько, сколько будет угодно Всеволоду.

Святослав же удовлетворился полученным от Всеволода Новгород-Северским княжеством.

Тем временем опять освободился княжеский терем в Великом Новгороде. В отличие от других русских земель, в Новгороде князь не был высшим правителем. Его положение было близко к современному понятию министра обороны или верховного главнокомандующего в случае ведения военных действий. Вопросы административного управления, гражданского и уголовного судопроизводства не входили в компетенцию князя. Они решались выборными должностными лицами Новгородской республики. Тем не менее княжение в Новгороде было привлекательным для князей, поскольку давало возможность использовать богатейшие финансовые и людские ресурсы всех его владений, которые простирались от побережья Балтики до побережья Белого моря. Основными статьями дохода новгородцев были торговля, добыча пушнины, ремесленное производство.

В 1138 году Святослава Ольговича в Новгороде сменил Ростислав Юрьевич, внук Мономаха. Его отец, Юрий Долгорукий, потребовал от новгородцев военной помощи в борьбе против занявшего киевский престол Всеволода. Те ему отказали и в 1139 году пригласили к себе вторично на княжение Святослава Ольговича. Тот приехал, но со строптивыми и непоследовательными жителями Новгорода ужиться было нелегко. Очень скоро, будучи не уверен в собственной безопасности, Святослав выехал опять из Новгорода. Случилось это, как отмечается в «Славянской энциклопедии», в 1141 году. Как писал С.М. Соловьев, он послал сказать своему брату, великому князю киевскому: «Тяжко мне, брат, с этими людьми, не могу с ними жить; кого хочешь, того и пошли сюда».

Дальнейшие годы жизни Святослава Ольговича вплоть до 1146 года не отмечены какими-то радикальными событиями. Вместе с другим своим братом, Игорем, он предъявлял претензии Всеволоду, поскольку они считали себя обделенными. Дело дошло даже до небольших вооруженных стычек, но потом Всеволод пошел на компромисс и братья помирились. Рассматривая их взаимоотношения, поневоле приходишь к выводу, что Ольговичи вообще были не склонны враждовать друг с другом. Наоборот, их характерной чертой является взаимопомощь в трудных ситуациях, и особенно этим отличается как раз Святослав. Несмотря на чувство обиды, Святослав и Игорь выступили вместе со старшим братом в поход на Володаря Ростиславича, который вошел в конфликт с сыном Всеволода, Святославом, правившим во Владимире-Волынском.

Относительно спокойная жизнь Ольговичей кончилась вместе со смертью Всеволода в 1146 году. Оба брата пережили торжество по случаю восшествия на престол Игоря, которому преданно помогал Святослав, а через короткое время их постиг сокрушительный разгром от Изяслава Мстиславича, призванного киевлянами на великое княжение. Особенно трагичной была судьба Игоря, который был арестован, посажен в земляную темницу, потом пострижен в монахи, а спустя немногим более чем год после своего изгнания из Киева был убит разъяренными горожанами. Святослав спасся, но в короткое время утратил все свои владения: новгород-северские земли, Курск, Карачев, Колтеск.

Особенно обидным для Святослава было то, что на стороне его врага, Изяслава Мстиславича, выступили его собственные двоюродные братья, Изяслав и Владимир Давыдовичи. Именно они гонялись за Святославом по северским землям. Н.М. Карамзин пишет: «Они не устыдились всенародно объявить в стране Вятичей, чтобы жители старались умертвить Святослава и что убийцы будут награждены его имением!»

В это время ему было уже не менее 55 лет. Возраст более подходящий, чтобы подводить итоги, а не начинать новую жизнь. Святослав Ольгович к 1147 году потерял обоих своих братьев. Всеволод умер от болезни в 1146 году, а Игоря растерзала озверевшая толпа киевлян, вытащив его из храма прямо во время богослужения. Святослав лишился почти всех своих территориальных владений, а значит и источников содержания самого себя и своей семьи. Даже сильный человек наверняка испытал бы психологический надлом.

Святослав, как оказалось, был очень сильным человеком. В ответ на предложение отказаться от брата Игоря в обмен на возвращение ему территорий он, как писал С.М. Соловьев, сказал: «Не хочу ни волости, ничего другого, только отпустите мне брата». Ему удалось договориться с половцами, родственниками своей первой жены. Не отличавшийся хитростью и изворотливостью, он все же смог установить контакт с самым сильным противником Изяслава Мстиславича и убедить его в своей неизменной поддержке. Речь идет о Юрии Владимировиче Долгоруком, который считал, что по праву старшинства в роде Мономашичей киевский престол должен был принадлежать ему.

Правда, самым старшим был Вячеслав Владимирович, но его кандидатура всерьез никем не воспринималась. Еще в 1139 году его практически без всяких усилий согнал с престола не имевший никаких прав на него Всеволод Ольгович. Более того, Вячеслав, по сути дела, добровольно передал ему власть, заявив: «...Будь Государем Киевским...» Как дальше пишет Н.М. Карамзин, Вячеслав добровольно уехал из столицы в Туров и не претендовал более на великое княжение. Изяслав Мстиславич возил с собой время от времени 64-летнего Вячеслава, делая вид, что на самом деле он изгнал Игоря из Киева ради того, чтобы восстановить законные права сына Владимира Мономаха. Возможно, такое почтение к старцу, как его называл Н.М. Карамзин, и могло кого-то ввести в заблуждение, но, пожалуй, только самого старца. Не для того Изяслав рисковал своей жизнью в сражении с Ольговичами под Киевом, чтобы отдать власть в слабые руки Вячеслава.

Итак, поскольку Вячеслав в свое время сам отказался от престола, то автоматически права на великое княжение переходили именно к Юрию Владимировичу Долгорукому. Чтобы занять тому Киев, надо было преодолеть небольшое препятствие: изгнать оттуда Изяслава Мстиславича. Честолюбивый Юрий был готов на все, чтобы уничтожить своего племянника, в том числе и на союз со своим бывшим врагом Святославом Ольговичем.

Жизнь показала, что общая ненависть может стать прочной основой для взаимной дружбы. Юрий ненавидел Изяслава за то, что тот стал на его пути в Киев. Святослав ненавидел Изяслава за то, что тот стал виновником смерти его родного брата, а его самого принудил спасать свою жизнь бегством. До самой смерти одного из них Юрий и Святослав старались сохранять верность друг другу в сложнейших военно-политических условиях. Вскоре после заключения между ними союза и произошла та самая знаменательная для потомков их встреча в Москве.

Заручившись помощью родственников своей первой жены и опираясь на поддержку Юрия, Святослав смог в боях вернуть себе большую часть своих владений. Жизнь Святослава - наглядный, но, к сожалению, редкий пример того, что верность своим обязательствам может быть вознаграждена. Он был верен своему брату Игорю, а затем своему союзнику Юрию. Другой урок, который можно усвоить, изучая его жизнь, состоит в том, что в любом возрасте и в любом положении надо не сдаваться, а искать средства для достижения своей цели.

Уже через два года после самой большой трагедии в своей жизни, 23 августа 1149 года, Святослав испытал чувство триумфа. В сражении под Переяславлем войско Изяслава Мстиславича было разбито, через три дня Юрий Долгорукий вошел в Киев, Святослав вернул себе все свои владения.

Военное счастье переменчиво. Еще через два года оно оказалось на стороне Изяслава, и тот стал править в Киеве до самой своей смерти в 1154 году. Он даже вынудил Святослава выступить на его стороне против Юрия в кампании 1152 года.