Чтение онлайн

мешок. Она натянуто улыбнулась, и я поняла, что она не так сильно рассчитывает на это

шоу, как я надеялась.

Отец протянул мне миску попкорна.

– Съешь, а то ты выглядишь так, словно упадешь сейчас в обморок, - приказал он.

Я неохотно сунула в рот пригоршню попкорна и посмотрела на часы на компьютере.

Семь часов вечера. Пора.

Я глубоко вдохнула, чуть не подавившись остатками попкорна во рту, склонилась и

нажала «Обновить» в браузере. Я быстро села на место и закрыла рукой глаза.

– Боже, не могу на это смотреть, - пробормотала я, подглядывая сквозь пальцы,

словно они могли закрыть меня щитом от неловкой ситуации.

– Потому мы и пришли смотреть с тобой, милая, - сказала мама. Я посмотрела на

экран. Он был черным с жутким и тихим звуком гитары в колонках. Слова «Эксперимент в

ужасе» вспыхнули на экране.

Я рассмеялась.

– Эксперимент в ужасе? Прямо как фильм Блейка Эдвардса.

Я покачала головой из-за нехватки оригинальности, хотя название было в тему. И

придумывал его явно Декс.

– Надеюсь, ты не собираешься подавать в суд, - сказал отец.

– Нельзя красть названия, пап, - возразила я.

Под названием вспыхнули слова «Погасший маяк».

– Погасший?
– мама скривилась.

– Да, в противоположность нормальному маяку, - ответила я, отметив, что и здесь

постарался Декс. Слова растворились, и появился маяк, окруженный туманом. Раздался

грубый рычащий голос, и я не сразу поняла, что это голос Декса, просто чуть ниже

обычного. Я слышала только его голос последние недели. И меня все еще удивляло, что он

принадлежал невысокому худому мужчине, а не высокому огромному бегемоту.

– На рубеже веков побережье Орегона было полным торговых суден, кораблей и

лодок, бороздящих воды на дальние и близкие направления, - рассказывал Декс. Я сжалась

из-за неряшливого текста, не понимая, почему меня не попросили что-нибудь написать.

Если бы я знала, что он будет читать за кадром, то настояла бы.

– Вы нашли для озвучки старого моряка?
– спросила мама.

– Нет. Это все Декс.

Мама не выглядела впечатленной. Она переглянулась с отцом и посмотрела на экран.

Декс говорил и дальше, устроив краткую историческую сводку, пока причал и старые

корабли не исчезли, и вдруг экран заполнило мое большое и толстое лицо.

– О боже, - я закрыла рукой глаза снова.

– Перри, - возмутился папа, мои слова задевали его религиозную сторону.

Ада убрала руку с моего лица.

– Ладно тебе, ты отлично выглядишь, - восхищенно сказала она. Я осторожно

посмотрела на экран. Я точно не выглядела отлично. Мне хватало ежедневных проблем с

телом и лицом, просто взгляд в зеркало выбивал из колеи. А камера добавляла не меньше

десяти фунтов, и в увеличенном изображении было еще хуже.

Я помнила этот момент, словно это было вчера (или пару недель назад). Мы с Дексом

были на пляже возле маяка, боролись с бушующим ветром и искали кадры для заставки. Я

нервничала, когда камера направилась на меня, а Декс ничего не объяснял, и я вдруг

начала вываливать все, что знала о маяке и его жуткой истории. Звучало дико, но откуда-то

я знала все, что нужно. Мне даже показалось, что я жила в те времена, что они

проносились передо мной, словно я была призраком-наблюдателем. И почему-то Декс

решил добавить эти сцены в эпизод. Я смотрела, как мое круглое лицо без выражения и

глупо смотрит на океан, а черные волосы разлетаются на ветру.

– Ты сама как призрак, - тихо сказала Ада.

– Не понимаю, - сказала мама.
– У тебя припадок?

Камера замерла на моем лице, Декс рассказал за кадром, как я, ведущая, ощутила

что-то темное и ужасное в маяке.

– Это было предчувствие или кто-то из призраков хотел предупредить? -

драматически спросил Декс.

Папа фыркнул со смешком.

– Похоже, она просто забыла текст.

Я уставилась на него и вжалась в кровать. Все пошло не очень-то хорошо.

К счастью, мое лицо пропало с экрана, и сюжет пошел по порядку. Многие кадры,

которые я думала, что не вышли, отлично дополняли атмосферу, и музыка, которую Декс

использовал (или сочинил) добавляла жуткости.

Мы смотрели шоу еще десять минут, и тут я поняла, что хотя видео интригует и

пугает меня, оно не влияет так же на моих родителей. Я все это пережила, я знала конец

истории, что пугал сильнее всего в этом. Но поймет ли хоть что-нибудь обычный человек,

не знающий того же, что и я?

Я посмотрела на маму. Она разглядывала свои ногти. Папа смотрел, но с

нетерпением в глазах. Даже в тех частях, где Декс снимал дрожащей камерой коридор в

воде, где огонь взбирался по стенам, а их дочь утянуло под воду, родители не были ни

тронуты, ни встревожены. Даже когда экран почернел, ведь Декс выбросил камеру в окно.

Ничего.

Ада наоборот была настолько поглощена, что с силой прикусила губу. Это радовало,

ведь она не знала обо всей настоящей опасности.

Когда программа закончилась, в комнате, конечно, повисла неловкая тишина.

– Ну, Перри, - сказал папа. Он встал, не закончив фразу.

Мама тоже поднялась.

– Это было интересно. И ты выглядела хорошо.

Ада недовольно посмотрела на родителей и повернулась ко мне.

– Это было круто.

Это не было круто. Я даже не знала, было ли это интересно. И я точно выглядела

плохо.

– И, - папа кашлянул.
– Думаешь, люди на это поведутся?

– Что?

Он рассмеялся.