Чтение онлайн

– Ну вот я и решила, что Аримани и есть он.

– Злой дух? – парень издевательски хмыкнул.

– Ну да. Звучит смешно. Особенно с учетом того, что его выловили в море. Не в характере злых божеств такое поведение.

– Ну так – сходи, пожалей его. Кошка.

Я поджала губы, а Митра начал ржать так мерзко, что мне захотелось его стукнуть.

– Да ты, Феич, никак ре…

– Так. Закрыли тему, – Жнец стукнул его за меня. – Вон, уже лезут сюда смельчаки. Что, первым на восстановленный дом никто сунуться не рискнул, выпихнули, кого не жалко?

– Да я сам вызвался, – возмутился Митра, – друзья же вроде.

– Вроде, – выплюнул этот… стрекозел.

Что на него нашло? Он сейчас такой же мерзкий и гадкий мажор, каким был при первой встрече. За эти дни я так отвыкла от его стрекозлиной сути, что теперь становилось не по себе. А не выдумала ли я его? А был ли тот обаятельный парень, каждая мысль о котором… отзывалась в сердце то страхом, то радостью?

Жнец поднял и надел пиджак, опять мерзко ухмыляясь и заставляя меня снова и снова жалеть, что я не убилась на люке. Митра же включил шута, и на выходки Жнеца не реагировал, как ни в чем не бывало интересуясь:

– Ты куда сейчас?

Мне стало совсем тошно от понимания, как мы все от него зависим. Не только я и друзья – весь город!

– Попробую найти тётку. Она конечно с капитальным прибабахом, но кто нынче без изъяна? – Жнец обжег меня презрительным взглядом, дернул щекой и отвернулся, делая шаг к краю крыши.

– Стой, – Митра поймал его руку, Жнец тут же её высвободил, но обернулся на друга. Тот кинул сочувственный взгляд на меня, но я помотала головой.

После всего что было с нами, и того, что он тут наговорил… я не хотела его видеть. Отчего-то сейчас мне было в сотню раз хуже, чем первого сентября. Я растянула губы в улыбке, но сжала их так плотно, что они онемели.

– Ладно, – и Митра обернулся к Жнецу. – Это явно не последний прорыв.

– Не последний, – холодно подтвердил стрекозел.

– Ты... поможешь?

– Пока будут силы. Мне всё равно отсюда не вырваться, пока есть периметр. Хреново, что прорывы быстро растут, а находят их поздно, – он раздраженно выдохнул. – Я полетаю, поищу заодно и зарождения прорывов. Сверху обзор лучше.

Из-за карниза показалась голова папы, но Жнец, не дожидаясь, пока он поднимется, спрыгнул с крыши и, развернув в воздухе крыло, взлетел. Заложив пару мертвых петель, он скрылся за какой-то из крыш.

Дальнейшее помню, как в каком-то тумане.

На крыше вдруг стало тесно и шумно. Распахнулось чердачное окошко, и в него тявкнула собачонка, а затем выглянула её хозяйка, расстроилась, что спасителя нет, и принялась взахлеб его нахваливать: “Ах, какой чудесный молодой человек! Ах, в доме все на месте, и даже цветы в вазонах не повяли и пахнут! Даже вуалехвосты в аквариуме бодро кусают друг друга за хвостики и требуют корма, как ни в чем ни бывало”.

В голове моей цветные рыбки водили хороводы, а внизу всё громче гомонила толпа. Когда я заглянула со ската крыши вниз – увидела целое море голов. Поглазеть на чудо явился едва ли не весь город. Ну половина его так точно – вторая, наверняка стянулась ко второму спасенному Жнецом дому в соседнем районе.

Нас с Митрой расспрашивали, куда делся Жнец, – я отмалчивалась, благодарная другу, включившему режим шута и балагура, и отбивавшемуся за двоих, – обсуждали, куда мог деться второй страж, и что случилось с командором.

Обреченность, царившую в глазах людей перед пожираемым хаосом домом, словно вымыло родниковой водой.

Но я не радовалась со всеми. И не только из-за ссоры со Жнецом.

Мне не давали покоя его слова. Куда как проще запечатать небольшую лужу, чем целый квартал восстановить. Со всеми фикусами и аквариумными рыбками.

– Пап, – подала я наконец голос, и отец, не раз бросавший на меня тревожные взгляды, склонился ко мне. – У Жнеца нет амулетов стражей, он слишком поздно получает информацию о прорывах. А закрывать большие прорывы – его надолго не хватит. Сейчас он летает, но летать круглосуточно тоже не сможет. Нужен патруль улиц и крыш.

– Понял. Ты права, Кать, – отец потер подбородок, – Думаю, надо сходить к бургомистру, что-то он подозрительно притих. Соберем вече и все организуем.

– Я с тобой, можно?

– Котенька, ты у меня умница, и очень смелая девочка. Но пожалуйста, побудь пока с мамой, я за неё волнуюсь. А если случится прорыв у нас дома… думаю, ты знаешь, что делать, – и он подмигнул мне, намекая на мою золотистую печать.

Я вымученно улыбнулась.

– Ладно.

– Вот и умница. Подожди тут, я уведу толпу, а то затопчут. Дим, ты присмотришь за ней?

– Да, дядь Сень, не вопрос.

Вскоре толпа внизу и правда поредела, остались в основном восхищенные женщины, сгруппировавшиеся вокруг хозяйки. Из восстановленного дома вынесли восстановленный стол, стулья и чайный сервиз, и теперь желающие робко пробовали восстановленный из Хаоса чай. Чай, кажется, хвалили. Было у меня подозрение, что вскоре Хозяйка неплохо заработает на продаже “восстановленного имущества”.

Если мы, конечно, выживем.

Никто не обратил внимания на спустившуюся по пожарной лестнице парочку. Митра поддержал меня, с удивлением отметив, что я вся дрожу.

– Замерзла?

– Угу, – вяло кивнула я.

– Иди сюда, – друг накинул на меня свой пиджак и приобнял за плечи. – Сейчас согреешься.

– Угу.

Вот только я не замерзла. Я выморожена. От воспоминаний о ссоре со… стрекозлом хотелось биться головой об стену.

Но я смеялась. Смеялась шуткам Митры, шутила сама, с прибаутками рассказывала о ночных приключениях в башне и о происхождении торбы мышей.

Митра хохоча рассказал, что вчера на его резонный вопрос “Куда мышей?” я послала его в лес, но так далеко друг не пошел, бросив торбу под окном своей комнаты.

– К утру мыши волшебным образом рассосались, – ухмыльнулся он. – Кроме парочки, нафига-то залезшей в окно и споткнувшейся о мою кровать, да там и уснувшей. Жаль, не догадался занести торбу под окно Каринке. Хотя, она на втором, до неё не долезли бы.

Мы снова рассмеялись. Митра, в отличии от нас с подругой, жил на первом – его родители понимали, что удержать ночью такого сорванца не сможет и замковый ров, так что обезопасили его хотя бы от незапланированных травм.

– А вот и лёгкая на помине, – я махнула рукой и меня повело в сторону – Митра прижал меня крепче.

– Осторожно, – проворчал он тихо, – и когда ты успела так ушатать себя?

И правда, что это меня так? Соберись, тряпка! Тем более что мы уже дошли до цели.

В палисадничке у распахнутой двери в мой дом беседовали мама с Кариной.

– Что-то она какая-то нервная, – нахмурился Митра, умевший определять настроение подруги с любого расстояния и даже со спины.

– Не мудрено, они наверно не знают ещё, что прорыв закрыт. Хотя мама сияет. Небось приукрашивает действительность, дабы не пугать “ребенка”.