Рыжий фей
Шрифт:
— Угу, я… А ты вообще кто?
— В каком смысле?
— В прямом, — на его лице заиграла самая неотразимая из всех его улыбок. — Нет, мне приятно, конечно, когда меня целует такая красавица, но хотелось бы всё же узнать твоё имя.
— Это юмор у тебя такой? — я начала злиться, всё ещё надеясь на то, что он меня разыгрывает.
— Тебе нечего стесняться, — мой сердцеед томно взглянул на меня и втянул через зубы воздух, издавая такое неприличное «сссс». — Ты и правда чудо как хороша!
— Милый, мне некогда играть в игры, — меня сначала торкнуло, но через секунду я взяла себя в руки и уже не на шутку рассердилась. Умеет же он меня выбесить иногда, чёрт задиристый. — У нас мало времени, так что давай определяйся — или секс, или о деле поговорим.
— Секс ИЛИ о деле? Какое ещё ко мне может быть дело у таинственной незнакомки?
— Прекрати идиотничать!
— Вот что, милочка, будь добра, смени тон, — его лицо стало серьёзным и весьма недобрым. — Или ты прямо сейчас объясняешь, кто ты такая, и какого афхана тебе от меня надо, или до свидания.
— Ты не шутишь? — до меня постепенно начал доходить весь ужас услышанного. — Ты правда меня не узнаёшь?
— Я тебя впервые вижу.
— Но это неправда… Ещё совсем недавно ты представил меня матери как свою невесту…
— Да ладно! — он расхохотался. — Ты явно плохо подготовилась. Я отродясь никого не знакомил с матерью! А уж невест у меня тем более не было, нет и не будет. Я и женитьба! Ты бы хоть посоветовалась с теми, кто меня знает, прежде чем такое заявлять. Вот бы они повеселились…
— Ты. Меня. Знаешь. Давно. — отчеканила я, глядя ему в глаза. — Ты действительно представил меня Эдне как свою невесту. Мы вместе проделали долгий путь.
И я вкратце пересказала ему все наши совместные злоключения. Как он был моим куратором. Как забрал с земли. Как создалмне райский сад. Как я вывела его на чистую воду и занималась с ним сексом в его ночном обличии. Как мы прошли пустыню, пещеры и прочее. Он слушал, не перебивая.
— Говоришь ты убедительно, — произнёс он наконец. — Я ещё ни с кем не занимался сексом после трансформации, но если бы такое случилось, то вышло бы примерно то, что ты описала. Либо это действительно было с тобой, либо это был другой трансфей, иначе ты не могла бы знать таких подробностей. Разве что другая отважная барышня и другой… Ладно, неважно. Но я по-прежнему ничего этого не помню.
— А Пламя? Я смогу тебе его показать, когда мы выйдем в реальную реальность.
— Я не ходил за Пламенем. Ну, или просто не помню.
— А Саралита? В последний раз мы виделись, когда она зашвырнула меня голую в мир моего отца…
— Саралиту я не видел уже лет сто, наверное.
— А что вообще с тобой происходило за последний… год?
— Ну, как что? У нас война идёт, если ты вдруг забыла. Все мои браться погибли. Я собирал войско. Вот, собрал…
— То есть никаких следов меня… — и тут я решилась задать самый неприятный вопрос. — А другие женщины? Были?
— Ну, ты смеёшься что ли? Были, конечно! Как у меня может их не быть?
— Много? Сколько ты можешь вспомнить?
— Ну, вот вчера, например, какую-то принесло…
— А раньше? — я поморщилась, но понимала, что это пока не противоречит моей задумке, ведь сейчас он меня не помнит. — Кого ты можешь вспомнить раньше, месяц, два, три назад?
— Ну, не запоминаю я их! — расхохотался Эльдис.
— Я прошу тебя вспомнить хоть что-то, это правда важно. Я не верю, что ты совсем ничего не запоминаешь. Ты для этого слишком… гедонист. Неужели ни одного яркого приключения? Не поверю.
— Ну, ярких, конечно, много!
— А за последний год что было самого яркого?
— Ты на себя намекаешь? Не помню я тебя!
— Просто вспомни самый яркий секс. С кем он был.
— Хм… Возможно, этот год был не слишком ярок. Всё как-то приедается — потрахайся с моё, и поймёшь, земная женщина. Через пару столетий уже ничего яркого не останется.
— То есть ты, великий Эльдис, целый год тупо справлял половую нужду, не особо замечая, с кем? Что-то типа мастурбации о партнера? Я не могу представить себе тебя за таким занятием. Ну, прости, не могу.
— Ну, нет. Конечно, было что-то, просто сейчас на ум не приходит… — он задумался, а потом в его глазах отчётливо заплясал испуг. — Я не помню! Я ничего не помню!
— Кто мог быть заинтересован в том, чтобы ты забыл меня? — я деловито перешла к следующему шагу.
— Не знаю, кто-то из баб, наверное… Кто уже знал о нас?
— Саралита…
— Ну, ей ловить нечего, и она побоялась бы бесить мою мать… Мама! Ну, конечно. Больше некому.
— Но мне показалось, она благосклонно ко мне отнеслась.
— Тебе показалось! — эхом рассмеялся Эльдис. — Я, конечно, не ожидал от неё такой подлянки, но «благосклонно» — это точно не про неё. Видимо, я поставил её перед фактом. Возможно, хотел позлить — притащить смертную без роду и племени и объявить своей невестой! Это должно было её изрядно выбесить.
— Все изменилось. Оказалось, что я дочь короля Норба.
— Ну, незаконнорожденная и официально непризнанная…
— Я унаследовала его кровь и прочие таланты.
— Это уже кое-что, но маму вряд ли утешит. Она не горит желанием становиться свекровью.
— Теперь уже неважно, не так ли? Ты меня даже не помнишь. А может быть… — я замялась. Это было произнести труднее всего, а уж ждать дальше ответа — и подавно. — Ты хоть что-то ко мне чувствуешь? Хоть какое-то притяжение есть?
— Хм. Я бы трахнул тебя с удовольствием, пока ты не засыпала меня всеми этими подробностями, от которых у меня голова пухнет. Но сейчас — извини. Надо как-то переварить это всё.
— Надо вернуть тебе память.
— Это долгосрочная задача. Моя память хранится у того, кто её забрал. А сейчас мне не до этого. Скоро рассвет, и мы выступаем. Началось.
— Я понимаю, что всё изменилось и я тебе сейчас кажусь чужой. Но ты можешь на меня рассчитывать. Я твой друг. И я тоже собрала для тебя кое-кого. У меня есть для тебя целое войско рыболюдей.
Глава 11. Штурм
Столица была укрыта мощным силовым полем. Тысячи магов, окруживших её со всех сторон, с земли и с воздуха сверлили невидимую преграду лучами, долбили фаерболами, таранили волнами радужных искр. Поле жужжало, но не поддавалось. Воздух гудел от бормотания и выкриков тысяч глоток, исторгающих заклинания. Какая там безмолвная речь, когда нужно вложить столько энергии!