Чтение онлайн

— И используй женское седло, Лионария. Не забывай, что ты уже почти замужняя женщина.

— То есть ты не передумаешь? — попробовала я ещё раз воззвать к совести родителя.

— Ты всего лишь дочь барона, дорогуша. А он — герцог. Да ты должна провидение благодарить, что тебе выпало такое счастье. Ты будешь герцогиней.

— Лучше бы я была простолюдинкой, — прошипела я, — чем жить с таким… — чтобы не высказаться, захлопнула себе рот ладошкой.

— Вот, наконец-то, хоть что-то сделала правильно. Вот так и ходи всё время! — отрезал отец. — Надеюсь, ты меня услышала.

— Папа, — прибегла я к ещё одному доводу, — он напал на меня во дворце!

— А что здесь такого? — удивился барон. — Он просто не удержался от желания. Это же даже хорошо! Значит, мужчина полностью уверен в своих силах.

— Папа, но он же Бубун! — выкрикнула я последний довод. — Ты хочешь, чтобы твоя дочь стала Лионарией Бубун?

— Герцогиней Бубун, дочь! Герцогиней. Причём одной из самых богатых.

Я поняла, что отец не передумает, и развернулась, собираясь уйти. Главное, не сорваться и не наговорить лишнего, а то запрёт, и тогда точно не вырвусь.

Два года назад отец переселил меня на самый верхний этаж нашего четырёхэтажного особняка. Из семьи там больше никто не жил. За окнами моей комнаты были совершенно ровные стены. Ни тебе колонн, ни карнизов, даже плющ сюда ещё не дотянулся. И ни одного дерева внизу. Так что сбежать я оттуда не могла. А три месяца назад ещё и решётки поставили, после того как я всё же рискнула спуститься по связанному постельному белью и отправиться на свидание с Джонсом. Кто же знал тогда, что он окажется такой скотиной. Хотя, если честно, он мне никогда особо и не нравился. Сейчас больше страдало моё эго, чем душа.

— Совсем забыл, — кинул мне в спину отец. — Дата вашей свадьбы с герцогом уже назначена.

— Он же только свататься завтра приедет? — замерла я, сжав кулаки.

— А это больше для проформы, Лионария. А так мы уже с ним всё обговорили и обсудили.

— И когда? — не поворачиваясь, поинтересовалась я.

— Через десять дней. Как раз перед королевским балом ваш медовый месяц подойдёт к концу.

— Теперь я могу идти? — прошипела я, едва сдерживаясь, чтобы не высказать отцу всё, что про него думаю. «Медовый месяц, — фыркнула я про себя. — Не медовый, а чесночный. Будет потом мне послевкусие на всю жизнь».

— Теперь можешь, — разрешил он. — Надеюсь на твоё благоразумие, Лионария. Пожалей свою бабушку.

— Что ты задумал? — резко развернулась я.

— Я изгоню её из своих земель, если ты ослушаешься.

Я вылетела из его кабинета. Щёки пылали. Я сжимала и разжимала кулаки. Если бы было можно, я бы разгромила всё в кабинете отца. Он нашёл моё самое уязвимое место.

Мать давно умерла. Отец женился на другой, намного моложе себя. Она уже родила ему двух дочерей. Я старалась не мозолить ей глаза, но чувствовала, что мачеха ревнует отца ко мне. И даже догадывалась, почему она меня не любит. Я была похожа на маму.

Бабушку отец переселил от себя подальше, в лесной домик, стоящий подле самых гор. Я обожала бывать у неё в гостях, чувствуя тепло и заботу. Здесь я ощущала себя вольной птицей, не скованной условностями и приличиями. А ещё бабушка была моей единственной родственной душой.

С отцом наши отношения всегда были больше формальные. Я пыталась изображать любящую дочь, а он — заботливого родителя. Хотя надо отдать ему должное, меня он никогда не притеснял, позволяя жить, как заблагорассудится. До сегодняшнего дня.

Я даже не заметила, как добралась до комнаты. В голове настойчиво билась мысль, что надо как-то сбежать, пока не состоялась помолвка.

С герцогом я впервые столкнулась на королевском балу. Я бы не обратила на него внимания — ни один он пялился, пуская слюни, в моё декольте — но герцог решил пригласить меня на танец. Если бы я тогда знала, что задумал этот немолодой лин, то оттоптала бы ему все ноги. Я хорошо запомнила сальный взгляд, которым он пытался меня раздеть. Похотливый индюк! Он так таращился на мою грудь, что захотелось прикрыть её рукой.

Герцог был невысокого роста, с достаточно поредевшей шевелюрой, от которой на макушке остались одни воспоминания, носатый, один глаз у него здорово косил, словно пытался рассмотреть родинку на ноздре. Ко всем своим прелестям он слегка прихрамывал на левую ногу. А вот состояние его было огромным. И думаю, что при желании он вполне мог найти себе жену. Если бы спросил, я бы подсказала ему парочку имён. За такие деньги эти линаи были согласны на всё.

А вот мне он был не нужен. Отвертеться не представлялось возможным, пришлось принимать приглашение. Герцог радостно сообщил, что его зовут Франк, и он готов продолжить наше знакомство. Но я-то была не готова! Я не могла дождаться, когда закончится эта пытка. Весь танец занималась тем, что пыталась от него отодвинуться. Он же делал противоположное — старался придвинуться.

А вот когда я после бала возвращалась к себе, этот упырь поджидал в коридоре за статуей. Набросившись, герцог тут же попытался схватить меня за грудь. Он, видно, не удосужился поинтересоваться, что я за нежный цветочек, за это и был вознаграждён кулаком в глаз и коленом по причинному месту.

Я думала, что навсегда отбила у него желание связываться с собой. Но этот упырь, видно, решил по-другому завладеть моей грудью.

Пока я, разъярённая, бегала по комнате из угла в угол, разрабатывая планы побега, кто-то подошёл к моей двери. Я только услышала, как провернулся ключ в замке. «Неужели отец меня запер?» Бросившись к двери, я что было сил принялась стучать. Вначале кулаком, потом в ход пошли и ноги. Однако никто и не подумал открыть. «Поджечь, что ли?» — мстительно подумала я, но потом решила: надо быть хитрей. Мне бы только вырваться, а там бабушка обязательно что-нибудь посоветует.

Весь оставшийся день я вела себя вполне прилично. Поужинала и рано легла спать, всем своим видом демонстрируя, что смирилась с неизбежным. Утром меня разбудила служанка.

— Линая Лионария, пора вставать. У нас сегодня много дел. Барон Вельгард приказал одеть вас так, чтобы герцог потерял дар речи.

— Для этого достаточно оголить мою грудь, — буркнула я, вспоминая красную рожу герцога. Если бы знала тогда, что он задумал, специально бы довела его до кровоизлияния.

Служанка фыркнула, стараясь не рассмеяться.

— Сейчас придёт Виола и сделает вам причёску, линая Лионария. А пока давайте примем ванну.

— Только без твоих вонючих масел, — предупредила я. — Терпеть их не могу.

— Но вы же должны стараться не для себя, а для вашего будущего мужа, — проворковала Жаклин, и я поняла, что она уже налила в воду пузырьков пять.

— Ты хочешь, чтобы я померла раньше времени? — накидывая халат, пробурчала я.

— Ну что вы такое говорите, линая Лионария! — служанка с укоризной взглянула на меня. — Я добавила всего несколько капель, и то только те, что велел ваш отец.