Чтение онлайн

Настя оставила Ванечку стоять внизу. А сама, не отвечая друзьям и ничего им не объясняя, понеслась наверх по лестнице. Дежурный поморгал, стараясь прогнать эффект дежавю, ведь еще час назад по лестнице точно так же неслась другая женщина, также остро желавшая видеть Лешку. А минуту спустя сверху раздался вопль Насти:

— Пустите меня к нему! Дайте я ему врежу!

— Спокойно, девушка, — произнес голос Мурашова, а спустя еще мгновение его же крик, но куда более испуганный: — Сержант, держи ее! Она же его прибьет!

— Да что у них там происходит?! — встревожился дежурный, также кидаясь наверх.

Кира с Лесей побежали за ним, а Эдик с Лисицей, подхватив Ванечку за руки, припустили следом.

— Не знаешь, что такое с твоей мамой приключилось? — спросил Эдик на бегу у Ванечки.

— Нет, — помотал головой мальчик. — Я ей только сказал, что у дяди, который меня увел, не было ногтя на мизинце, как у нашего дяди Леши, тут она и взбесилась.

— Не было ногтя?

— Да, дядя Леша себе ноготь повредил, и он у него слез. И у того дяденьки тоже ногтя не было.

Если мальчик еще не понимал значимости этого открытия, то Настя уже давно сообразила, что к чему. И сейчас она изо всех сил рвалась из рук полицейских, крича:

— Пустите меня! Дайте мне набить ему морду! Нет, я его убью! Прихвостень папашин! Струсил, что его наследства лишат! Трус! Ничтожество! Ребенка у меня украл! Меня уговаривал про Ваньку забыть!

— Настя, я не крал! — оправдывался Лешка, у которого сегодня был явно не лучший день в его жизни. — Я просто отвел его в безопасное место! Я боялся, что в поселке с мальчиком может что-то случиться.

— Ложь!

— Отец сказал, твой ребенок — это плод греха. Я боялся, что его могут… искоренить.

— Гад! Сволочь! Я тебя убью!

— Погоди-ка, — окончательно растерялся Мурашов, глядя на Лешку. — Это что же такое получается? Вы украли ребенка у своей невесты?

— Переместил его в безопасное место.

— В лес? В простой шалаш из веток? Да еще держали его там на наркотиках?

— В поселке ребенку могла грозить опасность. Я сделал это ради него самого.

Мурашов не знал, что ему и сказать. Но Лешка отнюдь не считал, что сотворил что-то ужасное. Он вопросительно взглянул на Настю и произнес:

— Дорогая, ты непоследовательна в своих желаниях.

— Я? — задохнулась от возмущения Настя. — Я просила, чтобы ты украл Ваньку?

— Но ты же сама все время повторяла, что мечтаешь отдохнуть от мальчика. Вот я и дал тебе такую возможность.

— Ты что… Ты… Ты — идиот?

Настя не находила других слов, чтобы выразить свое возмущение. Да и подруги, если честно, слегка прибалдели. И только один Ванечка сохранял подобие здравого смысла. Он подергал Эдика за рукав и, когда тот к нему наклонился, тихонько спросил:

— Так это что, меня дядя Леша с собой забрал? А зачем он лицо от меня прятал?

В самом деле, зачем? Когда человек задумывает доброе дело, ему маскировка не нужна. А на уме у Леши было отнюдь не доброе, это было ясно всем. А его неуклюжие уловки и попытки уйти от ответственности лишь прибавляли ему вины.

— И костюм назарея зачем ты надел?

— Я не хотел, чтобы меня узнали. Назарей — идеальная маскировка. Их в деревне двенадцать человек. Десятеро примерно одного роста и телосложения. Меня бы никогда не вычислили.

— И когда ты провернул это дело? — недоумевала Настя. — Мы же все время были вместе!

— Когда ты спала после обеда.

— Мы спали вместе!

— Это ты так думала, дорогая. Но я ушел после того, как ты заснула, а вернулся, когда ты еще не проснулась.

— Но зачем ты забрал моего ребенка?

Лешка вновь замялся, явно не зная, что ему ответить на этот вопрос.

— Зачем? — подступала к нему Настя. — Отвечай!

Но Лешку неожиданно спасла Леся, мысли которой закрутились совсем в другом направлении. И она, шагнув поближе к парню, спросила, глядя ему прямо в глаза:

— Так получается, что ты знал о том, что твой отец мертв, еще до того, как об этом узнали все другие? Откуда ты это узнал?

— Виссарион мне сказал.

— А он откуда узнал?

— Зашел к отцу, чтобы получить от него указания, касающиеся церемонии очищения.

— Этого не могло быть. Никто бы не решился побеспокоить молитвенный покой старца!

— Никто, кроме Виссариона. Отец во многом уже уступил ему бразды правления. Виссарион пользовался большим авторитетом у него. Когда отец не появился ни утром в субботу, ни днем, ни даже во второй половине дня, когда должна была состояться церемония очищения, Виссарион забеспокоился. Прошел к нему через потайной ход и… и увидел!

— Что увидел?

— Что мы все увидели, то и он увидел. Мертвого отца, вот что он там увидел!

— Почему же он никого не позвал на помощь?

— Он и позвал.

— И кого же?

— Меня.

— И что вы с братом сделали?

— А что нам было делать? Отец был мертв уже давно. Помочь ему было нечем. Мы решили, что сделаем вид, будто бы ничего не произошло.

— Но почему вы сразу же не подняли тревогу? Хорошо, сначала Виссарион испугался, пошел за тобой, но потом… потом-то почему вы не позвали людей?

— Не хотели. Ведь мы оба проникли в молельню к отцу через потайной ход. А он нам обоим еще мог пригодиться в будущем, если бы кто-то из нас или даже мы оба заняли место отца.

— Значит, вы с Виссарионом знали о потайном ходе?

— Сначала он один только знал. Отец показал ему этот ход ночью.

— Ночью? Какой ночью?

Лешка смутился:

— Ладно, я скажу вам всю правду. Виссарион не просто так пошел к отцу, чтобы справиться о его здоровье, он имел все основания, чтобы тревожиться за здоровье отца. Дело в том, что ночью, оставив меня под присмотром Иеремии, он пошел в обход поселка. Он давно присматривал за Иеремией, и ему показалось подозрительным поведение мальчишки. Иеремия сначала куда-то отлучился, а вернувшись, выглядел очень возбужденным. Виссариону показалось, что мальчишка что-то натворил. Он пошел посмотреть, все ли в порядке в поселке, и нашел нашего отца. Он лежал на земле, на нем была кровь, и он был без сознания. Виссарион привел отца в чувство, хотел поднять тревогу, но отец запретил ему это делать. Сказал, что сам покарает своих обидчиков. Он лишь разрешил Виссариону проводить себя. Сказал, что ему нужно вернуться в молельный дом и в тишине и уединении поразмыслить, как быть дальше. В это время над молельным домом горел белый огонь, и, конечно, Виссарион удивился, как отец мог выйти незамеченным. Также он спросил у него, как же они проникнут внутрь. Отец же в ответ сказал, что пришло время узнать Виссариону его тайну. И показал ход в свои личные покои.

У отца Захария просто не было другого выхода. Ослабев после драки, он нуждался в поддержке своего сына.

— Значит, это Виссарион сопровождал твоего отца и помог ему вернуться обратно в молельный дом!

Вот откуда на рясе самого Виссариона взялись пятна крови старца. Ослабевший после драки с подростками старец опирался на сына. Да и свою пряжку Виссарион мог потерять тогда же, транспортируя отца до его покоев.

— Ну, а на следующий день, когда Виссарион обнаружил отца мертвым, он и мне показал потайной ход.