Чтение онлайн

— А где же твой абордажный крюк? — спросил Бродяга. — Где чёрный флаг с черепом и скрещёнными костями? А чёрная шёлковая повязка на глаз? На твоём месте я бы здесь не остался ни минуты. Этот ручей не для пиратского фрегата! Держи курс на юг, к Терра-дель-Фуэга!

— Я уже был там, — небрежно отмахнулся Мальчишка.

— Ну, тогда… — Бродяга понизил голос: — Были вы, досточтимый пират, в Лагуне Мертвецов?!

Мальчишка подпрыгнул.

— Вот это местечко для меня! — завопил он, подхватывая свою Обезьянку. — Сбегаю домой попрощаться с мамой — и в путь!

— Я не ослышался? — Бродяга приставил ладонь к уху. — Свирепый пират Одноглазый Карамбо бежит к мамочке? Предводитель пиратов тратит драгоценное время, чтобы сбегать домой? Непостижимо! — изумлённо развёл руками Бродяга.

Мальчишка заколебался. По правде говоря, он понятия не имел, что это за штука — Лагуна Мертвецов и сколько времени потребуется, чтобы до неё добраться. А пока туда сплаваешь да вернёшься обратно, можно и к ужину опоздать. Мама будет беспокоиться. Крове того, на ужин у них вкусные оладышки. Может, хотя бы сегодня стоит побыть самим собой? Карамбо может подождать и до завтра. Куда он денется?

— Обезьянку с собой берёте, господин пират, на счастье? — спросил Бродяга, насмешливо глядя на игрушку.

В ответ раздался истошный визг.

— Не смейте называть меня обезьянкой! — тараторила Обезьянка. — Я такая только снаружи. А внутри я Маленький Мальчик!

— Мальчик?! — воскликнул Бродяга. — Тогда почему же ты не в школе?

— Школа? — забеспокоилась Обезьянка. — Вы имеете в виду то место, где толкуют о том, что дважды два то ли пять, то ли двадцать пять? И обо всякой другой чепухе?

— Именно, — серьёзно кивнул Бродяга. — И поторопись, пожалуйста. Не то хватятся, что тебя нет, и строго накажут.

Он порылся в лохмотьях, достал две шоколадки и протянул одну Обезьянке.

Но она отвернулась. Школа? Такое ей и в голову не приходило! Не-ет, лучше уж оставаться старой, изъеденной молью игрушкой. Она вдруг почувствовала прилив необыкновенной любви к своей потёртой шкурке, к стеклянным глазкам и верёвочному хвосту.

— Возьми тогда ты, Карамбо! — усмехнулся Бродяга. — Пираты, я слышал, большие сластёны.

Он протянул Мальчишке одну шоколадку, сунув другую себе в рот.

Мальчишка облизнулся.

— Ладно, — буркнул он. — Пора мне!

Он приветливо помахал остальным, собираясь отправиться домой.

— И мне пора, — сказал Бродяга.

На этот раз он добыл из лохмотьев ломоть хлеба с маслом, откусил добрую половину и зашагал через мостик.

Мальчишка задумчиво глядел ему вслед. Вдруг он вскинул вверх руку.

— Эй! — закричал Мальчишка.

Бродяга остановился.

— Как вас зовут? Вы нам так и не сказали! И вообще, кто вы?

— Да-да! Га-га! — подхватили остальные.

— Кто вы? — спрашивала Пастушка, и гуси вторили ей.

— Кто же вы? — добивался Свинопас, и наперебой хрюкали свиньи.

— Ну кто же вы? — выкрикивал Осёл.

И даже Жаба высунула голову из-под камня, тараща глаза.

— Я? — простодушно улыбнулся Бродяга. — Если вам и впрямь это интересно… — Он серьёзно оглядел всех, тряхнул своими лохмотьями и громко сообщил: — Я — Ангел.

И, помахав им на прощание, двинулся дальше.

— Ха-ха-ха! Га-га-га! Хрю-хрю-хрю! — неслось ему вслед.

А Мальчишка, тот прямо согнулся от смеха.

— А-ха-ха! О-хо-хо! — гоготал он во всё горло. — Этот старый оборванец — Ангел!

Но вдруг его смех резко оборвался. Мальчик выпучил глаза, потом крепко зажмурился, снова вытаращился и опять зажмурился.

Бродяга радостно скакал по дороге, взмахивал руками и подпрыгивал всё выше и выше. Он даже и не подпрыгивал уже, а взмывал в воздух, легко отрываясь от земли.

— Такого не бывает! — ахнул Мальчишка, то задирая голову вверх, то опуская её вслед за немыслимыми прыжками Бродяги.

А тот одним махом перелетел через луг, не примяв ни одной маргаритки, перемахнул на лету заросли кустов, поднялся над верхушками деревьев и устремился прямиком в небо. Омываемый солнечным светом, Бродяга распростёр руки и ещё быстрей стал ввинчиваться в небесный простор. Развевавшиеся на ветру лохмотья обернулись сильными крыльями, будто враз выросшими у него за спиной. Сильными взмахами серебристых, как у чайки, крыльев он носился всё дальше и дальше, пока не превратился в едва видимую точку. Ещё через мгновение он и вовсе пропал из виду. Всё свершить так быстро, что оставшиеся на лугу и опомниться не успели.

— О боже! — выдохнула Пастушка.

Она была в смятении. Бедняжка уже смирилась, что всю оставшеюся жизнь ей придётся пасти гусей. И вдруг — на тебе! — у обыкновенного Бродяги выросли крылья! Если он и вправду Ангел, то его же тогда она? Пастушка или всё же?..

Мысли совсем перепутались в её бедной головке. Чему же верить?

В замешательстве она озиралась по сторонам. Взгляд её упёрся в Свинопаса, сидевшего на другом берегу ручья. И тут она невольно улыбнулась.

Свинопас, не отрываясь, глядел в небо. Волосы у бедняги поднялись дыбом, а глаза стали размером с блюдце.

— Эй! — окликнула его Пастушка. — Вы всё ещё намерены сражаться с драконом?

Свинопас вздрогнул от неожиданности. Но, увидев милую улыбку Пастушки, он просиял, вскочил на ноги и единым махом перелетел через ручей.

— У тебя будет золотая корона, как у настоящей принцессы! — воскликнул он. — Я сам сделаю её для тебя!

— Но золото такое тяжёлое, — застенчиво потупилась Пастушка, спрятав зардевшееся лицо в ветку папоротника.

— Только не моё! — загадочно улыбнулся Свинопас.

Он набрал целую пригоршню жёлтых лютиков, сплёл из них венок и надел его на голову девушки.

И в этот момент исчезли, улетучились воображаемые принц и принцесса. На лугу сидели счастливые Свинопас и Пастушка и неотрывно глядели друг на друга, позабыв обо всём на свете.

А гуси, переваливаясь с боку на бок, протопали к ручью и насмешливо загоготали:

— Бедные свинки! Не видать вам больше корыта с помоями! Щипайте травку!