С днем рождения, Мэри Поппинс
Шрифт:
Джейн выпросталась из-под пледа, как из кокона, и встряхнула мокрыми волосами.
— Вот незадача! — расстроилась она. — Я потеряла пёрышко!
— Ну и угомонись, — спокойно сказал Майкл. — Теперь ты никакая не Миннехаха!
Он освободился от пледа и пошарил в кармане.
— Мой муравей! — обрадовался он. — Я его не упустил!
— Мне вовсе не обязательно быть именно Миннехахой. Но хотя бы кем-нибудъ, — упорствовала Джейн. — Я же знаю, чувствую, что внутри совсем не такая, какой кажусь.
Чёрный муравей споро бежал по столу.
— А я нет, — весело откликнулся Майкл, внимательно следя за муравьём. — Ничего не чувствую внутри себя, кроме Майкла Бэнкса и съеденного обеда.
Но Джейн не унималась.
— И Мэри Поппинс, — продолжала она, — тоже не совсем Мэри Поппинс. Внутри она наверняка какая-то другая. Как и все мы.
— Ничего подобного! — возразил Майкл. — Только не она! В этом я уверен.
На лестнице раздались лёгкие шаги.
— Только не кто? — донёсся до них строгий голос.
— Только не вы, Мэри Поппинс, — повторил Майкл. — Джейн уверяет, будто мы внутри все не такие, как снаружи. А я говорю — только не вы. А вы…
— Так кто я? — грозно спросила Мэри Поппинс.
— Никто! — растерялся Майкл.
Она негодующе вздёрнула подбородок и смерила Майкла холодным взглядом.
— Можно ли считать, — произнесла Мэри Поппинс с ужасающим спокойствием, — что я не слышала того, что только что услышала? Ты, кажется, сказал, Майкл Бэнкс, что я — никто?
— Да! То есть нет… — лепетал Майкл. — На самом деле я имел в виду, что вы на самом деле… Я хотел сказать, что вы не просто… э… кто-то там…
— Ах, так! — Синие глаза Мэри Поппинс стали чёрными, как пуговки на её туфлях. — Если я где-то там, то кто здесь, перед вами, желала бы я знать!
— О-о-о! — простонал Майкл. — Совсем я запутался! Вы не просто неизвестно кто! Вот что я хотел сказать.
Это же надо придумать! Неизвестно кто в её шляпке с тюльпаном! Неизвестно кто в её чудесной синей юбке! Отражение в зеркале убеждало, что не где-то там, а здесь — именно она! И, как всегда, само совершенство!
— Да-а! — Мэри Поппинс выпрямилась, глубоко вздохнула и, казалось, выросла под потолок. — Ты не раз оскорблял меня, Майкл Бэнкс. Но я никогда не думала, что наступит день, когда ты назовёшь меня неизвестно кем! Как будто я всего-навсего нарисованный портрет.
Она подошла к нему вплотную.
— В-в-вы… — заикался Майкл, вцепившись в руку Джейн. Тёплая рука сестры вдруг успокоила его, и нужные слова сами собой слетели с губ: — Вы не кто-то там неизвестный, Мэри Поппинс. Вы, наоборот, известно кто: Мэри Поппинс — и внутри, и снаружи! Вся-вся настоящая! Это мне как раз и нравится!
— Ну-ну, — с сомнением покачала она головой. Но глаза её потеплели.
Со вздохом облегчения Майкл кинулся к ней и прижался к влажной после дождя синей юбке.
— Не тискай меня, Майкл Бэнкс, я тебе не кукла!
— Конечно, не кукла! Вы только снаружи как куколка. А на самом деле живая! Ведь правда, Мэри Поппинс? Я очень хочу, чтобы вы вся целиком были такая, как есть!
Чуть заметная улыбка скользнула по губам Мэри Поппинс.
— А ты в этом сомневался, Майкл? — Она возмущённо фыркнула и высвободилась из его объятий.
— Но скажите, Мэри Поппинс, — не унималась Джейн, — если бы вы всё-таки были не Мэри Поппинс, кем бы вам хотелось быть?
Широко открытые синие глаза под шляпкой с тюльпаном с удивлением воззрились на неё.
Конечно же, на такой глупый вопрос мог быть только один ответ.
— Мэри Поппинс! — отрезала Мэри Поппинс.
Глава вторая. Верные друзья
— Побыстрее, пожалуйста! — потребовала Мэри Поппинс, нетерпеливо постучав по стеклянной перегородке ручкой своего зонтика.
Этим утром Джейн и Майкл побывали сначала у парикмахера, потом у зубного врача. Все эти неприятности были возмещены редким удовольствием — поездкой домой на такси.
Таксист отрицательно покачал головой.
— Если я поеду быстрее, то опоздаю к обеду, — глухо донёсся сквозь перегородку его голос.
— Почему? — удивилась Джейн, стараясь тоже говорить громче.
Ответ таксиста ей показался странным. Ведь чем быстрее он поедет, тем раньше будет дома!
— Почему? — откликнулся таксист, не отрывая взгляда от руля. — Авария — вот почему! Если поеду быстрее, то врежусь в кого-нибудь, вот и будет авария! А это, само собой, задержит нас. Вот и не поспею к обеду. Эх, — взорвался он, — опять красный, будь он неладен!
Таксист наконец обернулся. Выпученные глаза и обвислые усы делали его похожим на тюленя.
— Одни нервы с этими светофорами! — пожаловался он, кивая на вереницу машин, ожидавших зелёного сигнала.
Теперь была очередь Майкла спросить: почему?
— Неужели не понятно? — раздражённо хмыкнул таксист. — Всё из-за того малого в каске!
Он указал на постового, который высунулся из окна стеклянной будки и, подперев голову руками, лениво озирал дорогу.
— Рассеянный он! Уставится в одну точку, задумается, и хоть караул кричи! Так и будет красный гореть полдня! Если такое случится и сейчас, я вообще не пообедаю. У вас случайно не найдётся бутерброда? — Он с надеждой посмотрел на Майкла. — Нет? И шоколадкой не запаслись?
Джейн улыбнулась и отрицательно покачала головой.
— Вот времена настали! Никто ни о ком не думает, — уныло вздохнул таксист.
— Ко мне это не относится! — отрезала Мэри Поппинс.
Она так сурово и неодобрительно взглянула на таксиста, что он смутился и поспешил отвернуться.
— Наконец-то зелёный! — облегчённо воскликнул он и, нервно вцепившись в руль, рванул по Парковой улице с такой скоростью, будто улепётывал от волков.
Бум! Бам! Блямс! Все трое так и подпрыгнули на сиденье.
— Сядьте прямо! — приказала Мэри Поппинс, непроизвольно съезжая в угол. — Вы не чёртики, выскакивающие из коробочки!
— Может быть, и нет, — выдохнул Майкл. — Но мне будто все кости перетрясли…
Он нервно сглотнул и тут же чуть не прикусил язык. Машина дёрнулась и резко затормозила. Их всех швырнуло на пол.
— Мэри Поппинс, — придушенно пискнула Джейн, — вы, кажется, сидите на мне!
— Ой, моя нога! Она во что-то вмялась!
— Буду весьма благодарна тебе, Майкл, — с холодной вежливостью произнесла Мэри Поппинс, — если ты вынешь ногу из моей шляпы!