Чтение онлайн

Ей снился родной дом, и родители были ещё живы, а Канбер дразнил её за то, что заплетённые гувернанткой косички больше напоминали крысиные хвостики. А потом был большой бал, на который её не пустили, и обиженная девочка уговорила какого-то дворового мальчишку выпустить в бальную залу двух настоящих крыс. Почему-то эти крысы бросились кусать императорскую семью, а потом обернулись патриархом Тсинаром и одним из его помощников. Лицо это помощника показалось смутно знакомым, но в тот момент, когда Те6вереп показалось, что она его узнала, это лицо вдруг стало вытягиваться в огромную крысиную морду. Она испуганно отшатнулась, не удержалась на ногах – и проснулась.

Первым ощущением было тепло, потом – что-то мягкое, к чему её прижимала сильная рука, и боль прошла. А вокруг было серое небо, укутанное пеленой дождя, но ни капли не касалось кожи. Потребовалось несколько минут, чтобы осознать – она сидит на ком-то огромном и очень тёплом, кто машет крыльями и несёт её неведомо куда.

– Ты очнулась, радость моя? – мягко поинтересовался знакомый голос, и Тевера едва не расплакалась от облегчения.

– Дантор! – она бы обняла его изо всех сил, но боялась пошевелиться и лишь сжала руку, удерживающую на спине животного. – Что это?..

– Скорее кто, - весело ответил муж. – Ты же не думала, что берийцев просто так называют драконами?

– Это кто-то… из твоих подданных?

– Приземлимся, и я всё тебе расскажу. А сейчас можешь полюбоваться видами с высоты нашего полёта.

Тевера послушно умолкла, чтобы не отвлекать Дантора. Она лишь иногда утирала выступающие слёзы. И хотелось бы сказать, что виной всему был бьющий в лицо ветер, но магия сдерживала ветер, и по лицу императрицы катились слёзы радости, благодарности и отчаяния.

Приземлились они только к вечеру на обширной поляне посреди густого леса. Дантор тут же развёл костёр, около которого усадил жену. Рядом с ней уложил спящего Шакаха и скрылся среди деревьев – отправился на охоту. Дракон, сложив крылья, расположился неподалёку. Его хвост нервно вздрагивал, как у кошек, когда они чем-то недовольны, но зверь не делал ни единой попытки навредить людям.

Вернувшийся император отрезал от туши косули немного мяса, чтобы пожарить его на костре, а остальное отдал зверю. Тевера отвернулась, чтобы не видеть кровавой трапезы, и спросила:

– Как ты оказался здесь и почему Шаках спит? Разве ты сам – не дракон?

– Как ты себе представляешь, моя дорогая, превращение человека в гигантского ящера? Это просто невозможно, однако мы не торопимся разубеждать наших соседей в том, что умеем это делать. На самом деле со зверем образуется ментальная связь, поэтому он слушается своего всадника. Ты – моя супруга, поэтому тебе я отрыл секрет, а всех остальных, кому доводится летать на драконах, мы погружаем в сон. Поэтому твой спаситель сейчас спит.

– Значит, наш ребёнок – это обыкновенное человеческое дитя?!

– Да, так и есть. Только способности у него будут особые – как минимум дар управления драконами.

– Почему же тогда повитуха этого не определила?

– Косность мышления, внушаемость, слово жрецов – всё это перевешивает здравый смысл, отсюда и дикие слухи. Ну, ещё слабая ментальная связка со зверем может привести к жертвам, но обычно таких всадников за пределы княжества не выпускают.

Тевера помолчала, обдумывая услышанное, а после спросила:

– Так долго… Ты не приходил очень долго, хотя Наргид мне рассказывал, что год назад, когда инквизиция обвинила меня в колдовстве, тебе потребовалось всего три дня.

– Я узнал о твоём похищении, когда у тебя отобрали уже все артефакты, а именно они были для меня ориентиром, благодаря которому я чувствовал, где ты находишься.

– Ди-Варканы…

– О них не стоит больше думать, Тевера, - не дал договорить жене Дантор.

– Медальон жаль, - вздохнула она, пододвигаясь к мужу и устраивая голову на его плече. – Его папа мне на восемнадцатилетие подарил.

– Я постараюсь отыскать его. Иди маги помогут. Оказывается, много интересного в столице успело произойти. Но тебе об этом пока не стоит думать, главное – здоровье нашего наследника.

– Что будем делать дальше?

– Ты отправляешься в Берий, - строго заявил Дантор. – Не хочу рисковать ни тобой, ни нашим первенцем. Побудешь там до родов или пока ситуация в империи не станет менее напряжённой. Мне же придётся вернуться на север. Наргид, конечно, на нашей стороне, но нехорошо сваливать на него одного все проблемы. Пока с нами воюет не только храм, но и мирное население, и с этим надо справиться.

Императрица понимающе кивнула.

– Ночуем здесь, а на рассвете вылетаем. Чем раньше я доставлю тебя к своим родителям, тем спокойнее мне будет.

* * *

Наргид, оставшись один во главе войска, чувствовал себя неуверенно. Его беспокоили косые взгляды воинов на жреческое одеяние и молчание противника. Словно после проявления мощи драконов мятежники затаились в самых густых чащах и ждут полного уничтожения. Ещё заставляли нервничать подменные полководцы-драконы. Они вроде бы ни во что не вмешивались, держались спокойно и отстранённо, но Наргиду никак не удавалось забыть, что рядом с ним не Дантор, а совершенно посторонний маг. Но и советы давали вполне разумные.

– Вам стоит медленно сдвигаться на восток, - в первый же вечер посоветовали драконы. – Княжич полетел на запад, а значит там усмирять будет некого.

– Дантор не станет никого уничтожать, - возразил было патриарх.

– Не будет. Но даже вида дракона достаточно для того, чтобы люди сложили оружие. Потом вам останется только навестить ваши монастыри и объяснить, что пощада за предательство есть величайшая милость его светлости, и повторно ждать её не стоит. А вот восток остался у нас за спиной, и он может зашевелиться. Вы ведь не хотите удара в спину?

Наргид прислушался к этому совету. Сам он не был стратегом и ожидал от чужаков подвоха. Но им доверял Дантор, а Дантору верил он сам. Бессонная ночь, которую патриарх впервые провёл не в молитвах, заставила его сделать вывод: император не желает вреда своей новой родине.

Войско двинулось назад по пустынному краю. Одни воины возмущённо роптали – с кем им сражаться, с собственным хвостом, что ли? Другие тихо радовались – раз повернули назад, значит, и до возвращения домой недалеко. Третьи качали головами и готовились к предательству: патриарх, как ни крути, тоже жрец, а почти все уже поняли, что эту войну затеяли жрецы.