Чтение онлайн

Император не зря устроил торжественное шествие через половину столицы: в это время служба безопасности в карете без опознавательных знаков доставила Теверу с сыном к чёрному ходу в храм.

Обряд коронации проходил с тем единственным отличием, что императорский венец на голову княжича Дантора Берийского возлагала сама императрица. Толпа на площади приветственно горланила, когда патриарх подтвердил волю Нерождённого – в род императоров Манских вошёл новый представитель. Однако ни гости, ни аристократы не сделали ни одной попытки встать со своих мест и выказать уважение новому императору.

Дантор с Теверой и сыном на руках медленно двинулся через проход и вскоре оказался на крыльце храма. Народ в очередной раз приветствовал своего императора, в императорскую семью полетели букеты цветов, но ни один не коснулся даже подола платья Теверы – Дантор держал защитное заклинание.

Император осторожно поднял сына повыше, чтобы каждый человек, присутствовавший сейчас на центральной площади Дармата, мог увидеть наследника. Затем они вернулись в храм.

Через несколько минут Дантор вновь появился на площади, но уже в сопровождении гостей коронации. Торжественный кортеж протянулся по улицам столицы в обратную сторону, ко дворцу. Казалось, в храме уже никого не осталось, на самом же деле в потайной комнате дожидалась брата Тевера. Наргид тайным ходом привёл её на коронацию и теперь также должен был отправить назад. Гортен сонно возился на руках матери, пока ещё не понимая, чего хочет больше. Тевера мягко улыбалась подходившим к ней жрецам, но ни на миг не оставляла малыша, выискивая в его лице черты своих родителей.

Наконец, Наргид заглянул в дверь и поманил сестру за собой. Они прошли по узкому коридору и оказались в главной зале храма. Прямо на Теверу смотрело иконописное лицо Нерождённого. Она замерла на миг, глядя прямо в его глаза, точно встретилась лицом к лицу с самым страшным своим врагом.

– Я не враг тебе, а ты – не враг мне, - по наитию проговорила Тевера, крепче прижимая к груди сына. – Твоим именем спаяна воедино империя, создана императорская семья. Но править должен человек, взгляд которого не затмевает пламя веры.

Наргид обернулся и понял, что Тевера не следует за ним. Он вернулся к сестре, коснулся её плеча, но та словно и не заметила его, продолжая говорить:

– У меня две опоры под ногами – храм и магия. Утрать одну – и рухнет вся империя. Так пусть воля твоя направит нас на путь истинный, без войн и потерь, без зла и зависти, а лишь во благо и процветание.

– Да будет так, - эхом отозвался патриарх, когда императрица умолкла.

Тевера подняла на него глаза, которые мерцали в неровном свете свечей, и улыбнулась, благодаря за поддержку.

– Идём, Тева, - улыбнулся Наргид в ответ, - Дантор будет переживать, что ты задерживаешься.

Взял Теверу под локоть и уверенно шагнул в потайной ход, который вел к поджидавшей сестру карете без гербов. Её ждали приём и бал во дворце, назначение титула новым герцогам, тяжёлая беседа с их предшественниками и многие другие государственный дела, которые теперь о праву она может разделить с супругом.

* * *

Дорогие читатели!Следующая прода будет заключительной.Эта книга далась мне тяжело. И следующую скоро вам не обещаю. Есть у меня несколько замыслов, но пока они все далеки от совершенства.Есть несколько рассказов, которые обязательно принесу для читателей, которые любят короткую прозу.Буду рада услышать ваши мнеия о прочитанной книге. А также хотелось бы узнать - помогали ли вам во время чтения эпиграфы или они отвлекали от повествования.Спасибо всем, кто остаётся рядом и продолжает верить в автора!

На северные рубежи империи Тевера ехала неохотно. Император сумел уговорить её, что поехать всё равно необходимо – это долг императрицы, а малый совет, прошедший ритуал получения герцогских титулов, присмотрит за империей. Тевера согласилась, но подросшего сына впервые оставила одного дома под присмотром дяди и единственной няньки, которую замучила наставлениями. Женщина лишь покладисто кивала, сдерживая понимающую улыбку, и обещала выполнить всё в точности по слову её величества. Наргид добавил, что берётся присматривать ещё и за нянькой, если вдруг та не будет справляться с его высочеством Гортеном.

Хотя прошло больше года с момента завершения мятежа, ехать туда, где гибли люди и лилась кровь имперцев, Тевере отчаянно не хотелось. Лишь Дантор с трудом убедить её: люди не должны подумать, будто о них забыли или перестали с ними считаться. А доказать это можно единственным способом – приехать лично. Заодно и убедиться в том, что императорский наказ о восстановлении разрушенных селений, исполнен. Поэтому, как только установился санный путь, императорская чета отправилась в путешествие по империи, решив начать с севера.

Встречали их в основном с опаской – многие новому императору до сих пор не доверяли. Тевере даже вспомнились месяцы перед мятежом, когда она бестолковой куклой сидела на троне, а Дантор стоял в качестве молчаливо поддержки за её плечом. Теперь они поменялись местами, потому что все обращались в основном к императрице, которая все дела и переговоры доверила мужу.

Герцогства Дарун и Ауртан, несмотря на свежеотстроенные дома и храмы, казались потрёпанными и пустыми. Сначала думалось, это от того, что многие жители погибли или деревни обезлюдели. Тевера до сих пор с содроганием вспоминает прошлое страшное лето, когда лихорадка бродила по здешним местам, чудом не задев Наргида. Только помощь магов сумела остановить разраставшуюся эпидемию. Сейчас же всё было нормально, и даже амбары ломились от припасов. Потом Тевера сообразила – причина в остовах храмов, мрачными руинами возвышавшихся то тут, то там. Оплоты Нерождённого были разрушены самими жрецами в надежде погубить «узурпатора» и над ними чувствовалось эхо давней злобы. По приказу патриарха храмы отстроили в новых местах с основания, оставив эти памятники скорби.

– Всё это натворили те, кто говорил о милости Нерождённого, - пожаловались в одном селе, где остались разрушенными несколько домов – хозяева не объявились, а имперская команда строителей решила себя не утруждать. – А где теперь та милость, когда с детьми по чужим углам мыкаться приходится?

– Отчего же дом пустой не заняли? – спросил император.

– При храме мы жили, прислуживали там за кров и кусок хлеба, - ответила жаловавшаяся женщина. – А теперь – вот…

И она развела руками.

– Если в том ваше желание, вас доставят в другой храм. А если нет – выбирайте дом и начинайте устраивать хозяйство.

Когда такая беседа произошла первый раз, Тевера даже вздрогнула от жёсткого тона супруга, но потом поняла: стоит пойти на поводу у одних и определить их в дом призрения, половина севера забросят свои дома и поля. И в дальнейшем на подобные жалобы она отвечала в том же духа, правда, более мягким тоном.

Вообще же в каждом новом селении императрица выслушивала немало жалоб, порой даровала десяток золотых или обещала прислать магов на помощь. Кто-то отказывался от этого предложения, кто-то соглашался. Недовольных посылали к соседям, от которых императорская чета накануне уехала и в котором точно также боялись магов, а потом соглашались на их помощь и не могли нарадоваться.

Путешествие затянулось, и Тевера уже начала тосковать без сына, когда Дантор однажды пригласил её одну на прогулку. Императрица даже рассмеялась: мол, не нагулялся драгоценный супруг?

– Под присмотром трёх десятков глаз мне даже жену обнять неловко, а я так по вам соскучился, - лукаво ответил Дантор, и Тевера согласилась.

Был стылый вечер, собиралась метель, однако императорская чета всё равно велела седлать лошадей и выехала из села. Лошади, пробираясь по колено в снегу, привезли их к очередным развалинам обители Нерождённого.