Чтение онлайн

Почувствовав, как этот прекрасный свет входит в мое тело, я расплакалась от счастья, и в первый и единственный раз мои губы начали напевать очень гармоничную, незнакомую мне мелодию. Прекраснейший голос, вырывающийся из моего горла, был не моим. Это была причудливая средневековая рулада, ангельское песнопение… Эту божественно-возвышенную песню мне было позволено спеть лишь однажды, в тот самый раз. Я не имела представления о времени, температуре, о своей родне, стоящей вокруг меня… Я вдруг перестала ощущать себя в каком-то физическом месте. Бог коснулся моей души, заменив каменное сердце на плотское. В тот день я познала вечность, я узнала, что Бог существует, что Он реален, и Он здесь, рядом со мной.

Второй раз я столкнулась с любовью Господа в середине девяностых годов. Было воскресное утро. Я с родственницами находилась в доме Габи. Мы все были одеты в белое, потому что собирались принять крещение осознанно, а не так, как в детстве, когда решение за тебя принимают родители. Дом был подготовлен к этому таинству, и в нем находилось довольно много людей, восхваляющих Господа своим пением. Они стояли вокруг круглого бассейна. Мы в своем белом одеянии чинно выстроились в линеечку, ожидая свою минуту, чтобы войти в воду. Когда подошла моя очередь входить в воду, в моей голове пронеслось множество разных вещей. В тот момент, когда пастор окунул меня под воду, все замерло: сквозь воду я увидела и созерцала открытые небеса, Господа, сидящего на своем престоле, и сонм ангелов рядом с ним. Тогда я поняла смысл фразы, в которой говорится: «Так, говорю вам, бывает радость у Ангелов Божиих и об одном грешнике кающемся» [74] . В этот момент кающейся грешницей была я сама; грешницей, которая вышла из воды свободной, оставив позади свои оковы, разочарования, свою боль и грусть, словом, все то, что мне не принадлежало, чтобы стать целиком и полностью свободным существом.

После этих двух столь знаменательных и чудесных встреч, я провела несколько лет с ощущением глубокой потребности познания Бога посредством Его слова для того, чтобы лучше понять свою жизнь и свои ежедневные испытания так, как я видела их отраженными в стихах Библии. Много псалмов превратилось в надежно охраняющий меня щит. С начала и до конца дня я чувствовала себя счастливой, черпая силы в духовных песнопениях и молитвах.

Со временем моя связь с Господом перестала быть такой яркой, как в самом начале, но как бы ни была я занята, я всегда делала усилие, чтобы переключиться на Его столь живое присутствие, пробудившееся во мне. Понятно, что молитва, эта непосредственная наша беседа с Всевышним, всегда присутствовала в моей повседневной жизни. Я стараюсь, как можно чаще собираться с группой богомольцев, чтобы всем вместе читать Слово Божие. Я всегда нуждалась в присутствии и защите Бога как для себя самой, так и для близких, и Он постоянно был со мной на протяжении всей моей жизни. Так было и в тот день, когда, увидев в Луне великолепие и щедрость Бога, я попросила, чтобы Он привел меня к любимому. Так было и в тот день, когда мы с Томми вместе молились накануне нашей свадьбы. Так было и в тот момент, когда Господь явил мою беременность Феде. Эти моменты приближали меня к Его присутствию. На всех этапах моего жизненного пути в самые значимые моменты Он всегда был со мной.

Я думаю, во скольких моментах нашей жизни Бог находился рядом с нами. В точности так же, как и сказал нам: «…Я с вами во все дни до скончания века» [75] . Я полностью верю в это, и у меня нет ни малейшего сомнения в Его обещании.

На девятом месяце беременности я начала плохо себя чувствовать. Я не знала, что это было, и что со мной происходило, но я становилась большой домоседкой, поскольку вечно была усталой и измотанной. Поскольку ребенок был первый, все говорили мне, что это нормально, и я не слишком волновалась. Однако, когда Сабрина уже родилась, мое самочувствие не улучшалось, и я чувствовала себя хуже некуда. «У тебя послеродовая депрессия, — сказал мне лечащий врач, — все пройдет». «Роды были очень долгие, — добавил гинеколог, — не волнуйся». Хотя врачи и твердили мне, что мое плохое самочувствие результат послеродовой депрессии, в душе я с полной уверенностью знала, что у меня не было ни слабости, ни уныния. Ничего более далекого от истины. На самом деле я была очень больна, просто мы этого не понимали.

Врачи даже выписали мне антидепрессанты, которые я так и не стала принимать. Я постоянно возражала им: «Вы ошибаетесь, — говорила я, — это самый счастливый момент в моей жизни. Наконец-то после стольких лет борьбы я держу на руках и обнимаю свою дочурку. Это не послеродовая депрессия!» Но что бы я ни говорила, это не имело значения. Казалось, что я разговариваю со стеной. По-моему, меня не слушали или, скорее всего, мое мнение просто не принимали в расчет. Позже мне стали говорить, что мое состояние было вызвано тем, что я кормила ребенка грудью, и это «высасывало» из меня всю энергию. Это правда, у меня было много молока, но почему это грудное вскармливание должно было выкачивать из меня энергию? Этой сказочке я не верила. Потом мнения врачей снова изменились. Одни из них говорили, что у меня гормональная проблема, возможно, из-за того, что моя щитовидка снова стала такой, как была до беременности. Другие утверждали, что это было вовсе не так, и у меня анемия… Врачи никоим образом не могли прийти к соглашению. У каждого было свое мнение, но ни один не находил причину, и это пробуждало во мне смешанное чувство разочарования и ярости. Словом, помимо того, что мне и так было плохо, приходилось еще бороться и со своими чувствами.

Основным симптомом болезни была потеря всей энергии. С каждым днем мне было все хуже, я уставала все сильнее, и так до тех пор, пока я не поняла, что начала терять мышечную массу. Я была на грани полного истощения. Меня выматывали даже простые размышления. Наступил момент, когда я была настолько тяжело больна, что даже не могла держать на руках ребенка. «Господи, — просила я Бога, — дай мне силы кормить грудью моего ребенка. Пожалуйста, дай мне силы подняться с постели и заботиться о моей девочке, потому что я нужна ей сильной и здоровой». Я прикладывала усилия и выполняла все предписания врачей… но это не помогало. Я по-прежнему чувствовала себя так, словно по мне проехал грузовик, а потом проволочил меня за собой на скорости тысяча километров в час вкупе с дорожным катком, который раздробил все до единой косточки в моем теле. Я в буквальном смысле слова чувствовала, что умираю.

Ужасно, просто зверски, болели мышцы… Порой я не могла даже пошевелиться на кровати и только плакала и плакала, причитая себе самой: «Ну как такое возможно, что я даже ребенка на руках не могу подержать? Как это возможно?» Раз за разом я прокручивала в голове эту мысль, стараясь хоть как-то сдвинуться вперед. С рождения Сабрины прошло уже пять месяцев, мы находились во Флориде. Как-то утром я проснулась и почуяла, что смерть со мною рядом. «Костлявая с косой» кружила так близко, что я могла видеть ее краем глаза. В отличие от Плакальщицы, которая являлась потерянным духом, жила в моем доме и кружила по нему, когда я была совсем еще ребенком, этот неясный, расплывчато-смутный кошмар на самом деле был самoй смертью. Ледяная и худющая, она была готова схватить меня за руку и безвозвратно увести с собой. С громадным усилием я встала с кровати и остановилась перед мужем. Я так искренне была уверена в том, что смерть пришла за мной, что сказала: «Томми, посмотри на меня, посмотри хорошенько, потому что я умираю и чувствую, что это мой последний мой день». Конечно Томми встревожился не на шутку, и мы немедленно возвратились в Нью-Йорк, где началась еще одна бесконечно длинная вереница врачей, разного рода всевозможных исследований, анализов, консультаций, больниц… Так прошло больше трех месяцев, и ни-че-го.

Я проводила день, отдыхая в постели, но всякий раз, когда у меня были силы, я принималась выискивать в интернете болезни с похожими на мои симптомами. После многих и многих часов чтения и исследований на всех мыслимых сайтах, я обнаружила две болезни, симптомы которых были очень похожи на то, что чувствовала я, — красная волчанка и болезнь Лайма. В моей голове прочно засела мысль: «А не больна ли я одной из этих болезней? Уж очень похожи симптомы». Впрочем, если это и не так, то я, по крайне мере должна была исключить эту возможную вероятность. Я попросила своего лечащего врача сделать мне анализы, чтобы узнать, нет ли у меня волчанки или болезни Лайма. Я уже знала, что было только две лаборатории, специализирующиеся на выявлении болезни Лайма; результаты их исследований были наиболее точными из всех. Одна из них называлась IgeneX и находилась в городе Пало-Альто, в штате Калифорния, другая лаборатория находилась в Стоуни-Брук, Лонг-Айленда. Вскоре после того, как анализы были отосланы в лабораторию, пришли результаты. Интуиция меня не подвела, и мои предположения оказались верными.

— Талия, — сказал доктор, когда мы пришли за результатами анализов, — у меня для тебя хорошая и плохая новости. Хорошая новость та, что ты была права, у тебя действительно болезнь Лайма. Плохая новость та, что ты очень слаба, поэтому болезнь прогрессирует.

От тона, каким доктор сообщил мне новость, я почувствовала, что у меня живот свело от страха неизвестности. Я так сильно сжала руку Томми, что у меня побелели костяшки пальцев.

Болезнь Лайма инфекционная. Причиной ее является бактерия рода Боррелия бургдорфери, передаваемая клещами. Именно это со мной и произошло, меня укусил клещ; таким путем я и заразилась. Между собой врачи именуют эту болезнь «великой подражательницей», потому что протекает она очень тихо. Бактериям удается незаметно обмануть организм таким образом, что зачастую врачи не могут выявить ее при обычных обследованиях. Симптомы этой болезни достаточно широки, и ее можно спутать с хронической усталостью, деменцией [76] , офтальмией [77] , депрессией, фибромиалгией [78] , рассеянным склерозом, красной волчанкой или болезнью Альцгеймера [79] , и я живое тому подтверждение. Если болезнь Лайма не обнаружить вовремя, то она может прогрессировать и перейти в хроническую форму. Это означает, что заболевший будет вынужден несколько лет, а возможно, и всю оставшуюся жизнь принимать сильнодействующие антибиотики со всеми вытекающими отсюда второстепенными последствиями. Очень часто после укуса клеща на теле остаются заметными покраснения кольцевидной формы, известные как «бычий глаз». Это самое лучшее время для того, чтобы атаковать болезнь антибиотиками и избежать распространения сыпи по всему телу. После укуса человек испытывает симптомы, характерные для гриппа (усталость, ломоту во всем теле, головную боль и головокружение, тошноту), а в равной степени и иные симптомы, затрагивающие центральную нервную систему и вызывающие повышенную чувствительность к свету и звуку, радикальные смены настроения, беспокойство и бессонницу. В каких-то случаях болезнь затрагивает лицевой нерв, что может послужить причиной паралича лица.

Существует четыре стадии болезни Лайма: первая, вторая, третья и хроническая. На какой стадии находится больной, зависит, главный образом, от времени, которое потребовалось врачам для распознавания болезни. В моем случае я не заметила ни клеща, ни покраснений, ничего. Прошел почти год, когда у меня обнаружились первые симптомы заболевания, и я начала их ощущать. К этому моменту болезнь находилась уже в хронической стадии. Это означало, что бактерии распространились по всему телу, инфицировали все органы, включая сердце, мозг и, тем более, центральную нервную систему.

Судя по объяснениям врачей, опасность этого заболевания, на вид кажущегося безопасным, заключается в том, что бактерии атакуют непосредственно нервную систему человека, поражая сосуды, и последствия этого могут быть необратимы. В результате множество людей остались парализованными, другие ослепли, а некоторые не могли даже говорить. В самых тяжелых случаях, это стоило людям жизни. Нужно было узнать степень тяжести моей болезни, чтобы понять, что же со мной происходило. Я развернула сайт под названием www. sobrelyme.com с тем, чтобы делиться информацией об этой болезни с людьми, поскольку она не воспринимается с должной серьезностью, главным образом, из-за нехватки этой самой пресловутой информации даже в медицинской среде и в диагностических лабораториях, которые должны были бы распознавать это заболевание.