Чтение онлайн

— Это она тебя послала? — насмешливо спросила я.

— Нет. — Он улыбнулся, проглотив колкость. — Алевтина, нам необходимо поговорить...

— Но у нас нет времени. — Я поднялась и быстро вышла в коридор, Виталий послушно вышел вслед за мной. — Не люблю, кода меня ждут... Мы можем идти. Антон, вы готовы?

Я не успела поднять руку, чтобы постучать в дверь его номера, как она открылась и появился Антуан, умопомрачительно элегантный, если не считать синяка под глазом. Увидев Виталия, он широко заулыбался, пожал протянутую руку и, смеясь, ответил на вопрос о самочувствии. У меня отлегло от сердца. Я опасалась, что Антуан может как-то себя выдать,но он оказался таким блестящим актером, что оставалось только позавидовать.

Встретившись в условленном месте с остальными членами нашей небольшой компании, мы потратили минут десять, слушая пререкания Галины Денисовны и Кузьмы Григорьевича по поводу того, как лучше добраться до заветного ресторана. Настроенная подобными серьезными сборами на долгую дорогу, вероятно, по пересеченной местности, я была страшно удивлена, когда через пять минут Галина Денисовна остановилась и, с гордостью показывая на небольшую неприметную вывеску, объявила:

— Вот мы и пришли!

С улицы ресторан совсем не производил впечатления райского места. Я скорее назвала бы его кабаком. Массивные деревянные двери, обитые толстыми полосами железа, потемнели от времени и, вероятно, от рук посетителей. С трудом оттянув на себя одну створку, Кузьма Григорьевич приглашающе махнул нам рукой. Вниз вела крутая каменная лестница. Освещение на ней было, прямо скажем, так себе, так что спуск был сопряжен с определенным риском.

— Ой! — боязливо пискнула Полина. — Подвалы Мюллера!

— Ну, — громыхнула за моей спиной Галина Денисовна. — Чего все встали-то? Вот ведь молодежь пошла! Спуститься здесь — не фокус, фокус — подняться, когда напьешься!

Она, решительно отодвинув всех плечом, начала спускаться. Мы дружно рассмеялись и потянулись следом за ней, судорожно пытаясь уцепиться за стены. Преодолев спуск, мы очутились в большом полутемном зале.

Наши новые знакомые были абсолютно правы: ресторан был замечательным. Низкие, словно в старинном замке, своды, мебель под стать входной двери — массивные потемневшие деревянные стулья, столы с замысловатыми витыми ножками, бордовые бархатные портьеры, тяжелые, оплывшие воском медные подсвечники. Стены украшали рыцарские доспехи. При более тщательном осмотре мы обнаружили еще два небольших уютных зала.

— Ах, — пролепетала наша фея, — мы словно в волшебном замке!

Кузьма Григорьевич довольно прогрохотал:

— Ну! А мы что говорили!

Акустика в ресторане была потрясающая. И немногочисленные посетители испуганно уставились на нас.

— Тихо! — цыкнула на него супруга. — Что ты как труба иерихонская! Гляди, вон человек чуть не подавился!

Это уж Галина приврала, но Кузьма Григорьевич присмирел, правда, ненадолго. Мэтр, решивший, что мы и вправду можем перепугать всех клиентов, любезно предложил нам места в одном из малых залов, на что мы с удовольствием согласились. Окон там, конечно, не было, зато был большой аквариум.

—-Угадайте, — таинственно склонившись к середине стола и сделав круглые глаза, спросила Галина Денисовна, — какая здесь кухня?

Все принялись наперебой гадать.

Занимались гаданием до того самого момента, пока официант не принес меню.

— Испанский! — удовлетворённо произнес Виталий, заглянув внутрь. — То-то у меня здесь все мысли об инквизиции!

— На горячее — испанский сапог! — засмеялась я.

Галина Денисовна с мужем сияли как именинники. Им

очень польстило, что всем здесь так нравится.

— Да, но вот как же заказывать? — Полина сморщила носик. — Меню-то на испанском!

Однако процедура выбора блюд прошла необычайно весело и шумно. Тыча пальцем в каждую строчку, мы добивались от официанта подробнейшего описания блюда, которое тот представлял с большим энтузиазмом, помогая себе и руками, и глазами, и губами. Но самое смешное заключалось в том, что минут через двадцать после захватывающего описания каждого блюда на международном языке жестов официант перевернул последнюю страницу, где мы увидели меню, напечатанное на русском. От нашего хохота тряслись старинные стены этого заведения, а официант выглядел донельзя довольным, ясно сознавая, что хорошие чаевые он сегодня заработал.

– Ну и ну! — Кузьма Григорьевич вытирал рукой выступившие от смеха слезы и тряс головой. — Вот ведь уморил, поганец!

— Капиталист!— удовлетворенно констатировала Галина Денисовна. — Знает, как свою копейку выжать!

Вскоре в большом зале зазвучала музыка. Четверо музыкантов в старинных испанских камзолах заиграли приятную мелодию.

Алевтина! Алевтина! — Я вздрогнула, потому что почувствовала на своем плече чью-то руку.
– Чудная музыка, чудная! Я вас приглашаю! Вставайте, вставайте! Не время скучать!

Я выслушивала эту тираду на ходу, растерянно волочась за Кузьмой Григорьевичем в большой зал. Приглашение вышло несколько своеобразным, потому что кавалер буквально вытащил меня из-за стола, и поняла я в чем дело, только оказавшись в центре зала в крепких объятиях партнера. Тут я сообразила, что звучит восхитительный блюз, а Кузьма Григорьевич, заглядывая мне в глаза, постепенно прижимает меня к себе все крепче и крепче.

Когда сила давления на мою грудную клетку превысила допустимые нормы приличия, улыбка превратилась в оскал, а кавалер, ничуть не смущенный этим обстоятельством, принялся нашептывать мне на ушко, как я восхитительно танцую и каким неземным чувством ритма обладаю. Я поняла, что пора это заканчивать. Не успела раскрыть рот, чтобы высказаться по этому поводу, как Кузьма Григорьевич пребольно наступил мне на ногу, чем я тут же и воспользовалась. Вскрикнув на весь зал, я элегантно поджала обе ноги одновременно, повиснув на руках партнера. Он такого поворота событий не ожидал, поэтому совершил ошибку: не сдюжив моего веса, ослабил хватку.

— Ах! Моя нога! — заныла я и, демонстративно прихрамывая, резво направилась к нашему столику.

Кузьма Григорьевич заохал, запричитал и направился вслед за мной, громко объясняя, что это досадная случайность. «Случайность, случайность! — зарычала я про себя. — Что ж за мужики такие! И нога-то у меня вроде не сорок пятого размера, так ведь нет, на тебе! И все на одну и ту же! Этак я здесь вконец охромею».

Подойдя к своему стулу, я плюхнулась на него с сердитым видом, а на озабоченные расспросы ответила чистую правду. До определенного предела. Ссорить супругов у меня желания не было. Виталий встрепенулся и, трогательно погладив меня по руке, принялся утешать рассказами о том, что все пройдет. К утру. «Гад, — я ласково заулыбалась ему в ответ, — ты же первый мне на ногу плюхнулся, Ромео недоделанный».

— А где же Антуан? — вдруг сообразила я, оглядываясь по сторонам.

— О! Месье Антуан танцует! — воскликнула чрезвычайно довольная Галина Денисовна. — Он у нас парень о-го-го!

Все дружно рассмеялись. Я оглянулась и действительно увидела Антуана, танцующим с какой-то жалкой сельдью. «Ну, пусть хоть он повеселится», — решила я, шаря рукой по спинке своего стула в надежде найти ремень сумочки. Такового, к моему безмерному удивлению, не нашлось, как не нашлось и самой сумочкй. Я глянула под стол, вокруг себя, но, увы, сумочки нигде не было.