Чтение онлайн

– Странно, – поддакнула подружка.

– Я ничего не понимаю.

– Я тоже. Но уже очень хочу понять! Как думаешь, ответ имеется?

– Будем искать, – пожал он плечами. – Начнем уже в понедельник. Я этот ответ вместе с душой вытряхну из этого гребаного автовладельца. Шучу, не охай! Да, кстати, забыл сказать. Сегодня днем я встречаюсь с Логиновым Вадимом.

– Зачем, о господи!!!

– Не знаю. Он сам попросил о встрече.

– Еще более странно. – Саша тут же вспомнила нежелание Логиновых поддерживать с их компанией дружеские отношения после трагедии, напомнила об этом Антону. – И что?

– Не знаю. И добавил еще, что это очень важно. Что я просто обалдею, когда узнаю…

Встречу Логинов назначил в уютном ресторанчике на набережной. Случайным был его выбор или нет, поскольку из окна ресторана был виден угол дома, в котором снимала квартиру погибшая Алла, Антон не знал. Но очень хотел бы узнать, поскольку звонок Логинова – первый после трагедии с Аллой – его встревожил не на шутку. Что было говорить про Сашку! Та просто зашлась от истеричных предположений. И умоляла его на встречу ту не ходить и отменить ее, и с ним напрашивалась. Еле-еле вразумил подружку, напомнив про ее семейные проблемы.

– Денис только вернулся, в доме худой мир только воцарился, а ты соберешься и уйдешь?

Сашка растерянно умолкла.

– Сиди подле мужа и приготовь-ка ты ему лучше что-нибудь повкуснее. Глядишь, путь к сердцу его снова найдешь. Он у тебя любит пожрать вкусно. И все равно, Сашок…

– Что?

– Все равно он урод!

И, не успев услышать, как она в очередной раз охнет, отключился.

Логинов запаздывал. Решив начать обедать без него, Антон заказал себе утку по-пекински со сложным гарниром, салат какой-то с труднопроизносимым названием. Девушка заверила, что он не пожалеет, вкусный салат. Кофе и мороженое.

Заказ принесли быстро, Антон приступил к обеду, а Логинова все не было. Наконец к кофе, он подоспел.

– Извини, старик, задержался, – протянул он руку Антону и сердечно ее пожал.

Это удивляло. После допроса в загородном домике Вадим даже в сторону его ни разу не глянул. И ушел, увлекаемый требовательной рукой своей жены, в отведенную им спальню. Потом, когда допрашивали, то есть беседовали, уже с Антоном, Логиновы уехали. И ни разу после этого не позвонили. Антон набирал как-то пару раз номер мобильного Вадима, тот не отвечал. Думать слишком плохо о нем не хотелось, решил, что тот сильно занят и не слышит звонка. Или закрутился просто.

Теперь вот сам позвонил и пригласил в ресторан. Значит, не зря не стал думать о нем плохо, нормально все.

– Как жизнь? Что нового? – скороговоркой поинтересовался Вадим, тут же принявшись заказывать. – Слышал, женишься?

– Да, женюсь, – еле удержался от мучительной гримасы, даже улыбнуться сумел. – Жизнь нормально вроде. Нового? Да ничего, кроме женитьбы, нового.

– Бизнес как? Слышал, процветаешь?

И Антону показалось, что в глазах Логинова засквозило что-то вроде зависти.

С чего бы это? Вроде не бедствовали они никогда. Может, перед ними старательно кичились? Пускали пыль в глаза? Саша не один раз предполагала что-то подобное, застав как-то Симу Логинову за примеркой в секонд-хенде. Сама Сашка туда шмотки какие-то притащила сдавать, а вот Сима там что-то точно покупала.

– Может, показалось? – еще поежилась брезгливая Лена Снегирева.

– Я совсем, что ли! – возмущенно откликнулась Сашка. – Перед зеркалом крутилась в короткой дубленке, а потом взвешивала ее. Не показалось мне ничего! Вруны они, приблуды эти!..

Поговорили и забыли. Антон и внимания не обратил на то, о чем подружки беззлобно сплетничают. Прошло мимо слуха. А вот сейчас почему-то вспомнилось. Нехороший алчный блеск в глазах Вадика пробудил в нем это воспоминание.

– Я усердно и много работаю, Вадик, – ответил с небольшим опозданием Антон. – И процветание мое как результат. Да слухи все это! А слухи сам знаешь – преувеличение.

– Да уж! – фыркнул недоверчиво Логинов, поковырял вилкой в мясе, поморщился. – Слухи всегда преувеличены, но что-то из правды во всем этом всегда отыщется, так ведь?

– Не знаю, – пожал плечами Антон, все еще не понимая, куда клонит Вадик и зачем вообще позвал его на этот обед, за который ему пришлось заплатить самому.

– Чего знать-то, Антоша! – фыркнул тот и отодвинул тарелку с мясом. – Все же знают, почему ты женишься, не дураки!

– И почему?

Хорошо, что успел все съесть к тому времени и мог теперь держать руки на коленках, а не сжимать в пальцах нож с вилкой. Кто знает, что сотворить бы мог? Взял бы, к примеру, и ткнул Вадима вилкой. А что? При таком бешенстве запросто мог бы.

Что-то он о себе все так нехорошо да нехорошо! Злился же и раньше и никогда не тыкал людей колющими и режущими предметами, и уж тем более не душил их. Вот ведь как за одну ночь может все перекувырнуться с ног на голову, и думать о себе можешь начать неизвестно что, и правды отличить от зла и лжи не способен становишься.

– И почему я женюсь, Вадик, не просветишь? – поторопил его с ответом Антон и поглядел на часы.

Сидеть тут еще час он не собирается. Логинов опоздал, его проблемы. И проблемы его тоже, если позвал лишь для того, чтобы наговорить ему пакостей из зависти или еще каких побуждений.

– Все торопишься? – хмыкнул тот, недобро покосившись на дорогие часы Антона. – Сегодня же суббота, а ты торопишься. Снова станешь усердно и много работать?

– Тебе-то что? – не стал особо манерничать Антон, надоело потому что.

– Правда, болтают, что Владка соврала ментам, выгораживая тебя? И еще кое-кого подбила на это вранье? И ты теперь в знак благодарности женишься на ней? Правда, Марин?! – Глаза Вадика непривычно сузились, сделавшись злыми и холодными.

У Антона похолодело в душе не оттого, что Логинов об этом узнал, а оттого, откуда он об этом узнал? Кто мог проболтаться?! И кому – Логиновым?! Может, блефует? Может, соединили все концы в одну кучку, связали между собой, картинка и вышла?

– Почему я женюсь на Владе, дело лишь мое, – начал медленно говорить Антон.

Ох какой он молодец был сейчас, просто горд собой был необычайно за сдержанность и улыбку снисходительную! Это внутри все клокотало, покалывало, застывало потом, а снаружи – молодец молодцом.

– Девушка очень давно меня любила. Верна была своему чувству. И после последней нашей встречи я подумал: а почему нет?

Марин мог бы и не говорить ничего этому скоту, мог послать бы его куда угодно. Но он говорил. Говорил внятно, убедительно и спокойно. Любопытство таких людей, как Логиновы и Рогулины, всегда должно быть удовлетворено. Иначе станут рыскать, додумывать, делиться сведениями, рождать сплетни и смогут этим чрезвычайно навредить. А оно ему надо? Перетерпит как-нибудь. Минут еще десять-пятнадцать отводил на встречу, не больше. Как раз Вадик мясо свое доковыряет.