Чтение онлайн

И еще вы любите фотографироваться втроем и проводить утро субботы вместе. И не терпите никакого вмешательства или грубых намеков в адрес Воробьевой Светланы. И… от этого больно так, что дышать невозможно, и колет во всем теле!

И, наверное, снова он угадал все ее мысли на этот счет, потому что продолжил говорить. Правда, перед этим он посмотрел на Владу, потом на Сашу и спросил:

– Ты уверена, что хочешь, чтобы я говорил при посторонних?

– Владка не посторонняя, – оборвала его Саша.

Чего ей было стыдиться? Того, что муж ей изменяет с секретаршей из их института? Так это ему стыдиться нужно, а не ей. О соблюдении приличий тоже вести разговор было неуместно. Времени в обрез, дефицит его был, чтобы откладывать все выяснения на потом. Для этого надо будет выпроваживать Владу из дома. Долго говорить, объясняться, пытаться выяснить, кто в романе Дениса виноват прежде всего, а кто потом. Почему так все получилось и что необходимо сделать, чтобы избежать этого в дальнейшем.

Бред!

– Влада не посторонняя, – повторила Саша, поежившись, как от холода. – Можешь говорить при ней.

– О чем?

Он что же, все еще пытается увильнуть? Все еще думает, что Саша в неведении? И что вчерашний утренний скандал в их семье – это не предстартовая подготовка к его уходу – правда, она сорвалась по какой-то причине, непонятно, – а всего лишь мимолетное раздражение?

– О том, что у тебя с этой Воробьевой Светланой роман. Что у вас общий ребенок. Кстати, дико похожа на тебя твоя дочка, Денис. Если бы встретила где-то ее на улице, а не увидела на фотографии, которую ты забыл в кармане штанов, непременно поняла бы, что это твой ребенок.

Все это она выпалила на одном дыхании. Не проговорила, а именно выдохнула. И поразилась тут же тому, как стало легче. И дышать, и смотреть на его посеревшее от гнева лицо.

Гневается? А и пусть его! Полгода она молчала, храня хрупкий мир. Полгода медленно умирала, ловя каждый его вздох, вслушиваясь в каждое его слово, предугадывая его настроение.

– Гадина!!! – вдруг просипел он, опустив голову и трижды ударив кулаками по столу. – Какая же гадина!!!

– Оп-па! Я же еще и…

Он не дал ей договорить, поднял глаза, такие виноватые-виноватые, что прямо верить хотелось и в раскаяние, и во все другое, что получше.

– Не ты, Сашенька, конечно, не ты! Эта дрянь, она…

– Саш, он про Свету говорит, успокойся. – Влада с чего-то вскочила с места и налила доверха тот самый стакан, из которого прежде ей за шиворот полилось, протянула его подруге. – Успокойся! Выслушай, пожалуйста! Денис, говори!

– Что говорить? – Он вдохнул, выдохнул, сжав пальцы в кулаки, снова ударил по столу. – Она… Она все врала мне, нагло изворачивалась. Я виноват перед тобой, очень виноват. Прости… Я запутался! Понимал, что это гадко и неправильно, а изменить все не получалось. Затягивало и затягивало, как в омут. Прости, Саш!.. Наверное, все мерзавцы вроде меня говорят именно так, да? Но нужно, чтобы ты точно знала: эта девочка на фотографии не моя дочь.

– Но она так на тебя похожа.

– Похожа, да! И Светлане нравилось всем говорить, что девочка очень похожа на меня. Будто… Я не хочу сейчас об этом, – вдруг оборвал он сумбурно начатый рассказ, принявшись похрустывать пальцами. – Светка была там в самом деле в тот вечер. Когда у Снегиревых была вечеринка, она туда приезжала. Я вчера спросил ее об этом. Еле призналась, дрянь!

– Зачем она туда приезжала?

Застрявшая, спрятавшаяся глубоко в душе обида вдруг начала пухнуть, разрастаться, подниматься огромным нарывом. Щипало в горле и носу, хотелось реветь и бить его, бить по плечам, рукам, по лицу. И кричать, очень громко и с надрывом, как ей было больно молчать, как было невозможно не молчать. Как хотелось все поменять и как нельзя было стронуть с места хоть что-то. Как она крепилась, терпела и проявляла мудрость, провалилась бы она в тартарары, когда он, бедный, «запутался», когда его, несчастного, «затягивало, как в омут».

– Сволочь!!! – вдруг выпалила она по неосторожности и, перегнувшись через стол, отвесила ему звонкую пощечину. – Ненавижу тебя!!! Наверное, так говорят все глупые обманутые жены, да?!

– Ты не глупая, – неуверенно опротестовал он, потирая щеку. – Я не оставлял в штанах той фотографии, чтобы ты знала.

– Плевать!!! – взвизгнула она и, не ожидая от себя такой прыти, еще раз ударила его по щеке. – Пускай это Воробьева ее подкинула.

– Именно! – успел он вставить и еще раз получил по лицу.

– Факт того, что вас снимали как счастливое семейство, имеется! Достаточно! И…

– Сашенька, миленькая, – взмолилась Влада, вытанцовывая возле нее со стаканом ледяной воды. – Давайте вы потом это обсудите, а! Антон… Он там… Пожалуйста! Денис, ты сказал, что Воробьева была в тот вечер возле домика. И?

– И? – покрутил тот головой.

– И что она там делала?

– Приехала за мной следить, – усмехнулся он невесело. – Отношений не было давно. Им и не суждено было долго продолжаться.

– Конечно, ты же запутался! – перебила его язвительно Саша и тут же была остановлена цепкой рукой Влады, иначе еще бы раз влепила изменнику. – А с какой это стати она за тобой следила? Не я, заметьте!!! Не законная жена, а любовница приехала следить за ним! С какой стати она следила за тобой?! Тебя ведь там даже не было!

– Она хотела убедиться, что я не поехал с тобой на вечеринку к друзьям, – нехотя пояснил Денис и на всякий случай пересел от Саши подальше, заняв место Влады за столом.

– Она ревновала тебя ко мне? – Саша аж засипела, заканчивая фразу. – Любовница ревновала законную жену? Приехала убедиться, что ты не там?! Она что… Ревновала тебя ко мне?!

– Да.

– Она что, идиотка?! Одноклеточная гадина! Она посмела… Мне подкинуть фотографию! Чужой ребенок! Это правда чужой ребенок?! – Денис кивнул. – Она мне подсунула фотографию чужого ребенка? Ревновала моего… Моего мужа ко мне! Приехала на вечеринку к Снегиревым, чтобы следить за тобой? Кто ей дал право, скажи? Как же ты посмел сделать со мной такое?

Ей сводило пальцы от желания расцарапать ему физиономию, саднило горло от обидных слов, которых говорить – не выговориться. Все ее вселенское терпение вдруг споткнулось о примитивное, острое желание орать и скандалить во все горло.

И она, наверное, так бы и сделала, если бы не Влада. Та просто взяла и в точности повторила поступок подружки, выплеснув Саше стакан воды за воротник пуловера. Взвизгнув, охнув и изругавшись, Саша притихла.

– Вот и хорошо, – примирительно пробормотала Влада, усаживаясь по центру между друзьями. – Давайте по делу… Денис, если Воробьева была в тот вечер там, а машина торчала на стоянке довольно долго, то она могла многое видеть.