Чтение онлайн

Замысел Тодорского был прост: чтобы пресечь возможный отход бандитов за границу, блокировать силами стрелковых подразделений горные перевалы, а активными действиями кавалерийских частей отбросить басмачей к вечным ледникам и снежным вершинам Алайского хребта. Одновременно перед войсками ставилась задача не только преследовать басмаческие шайки, но и охранять жизнь дехкан, их жилища, плоды их труда.

В ходе подготовки к наступлению территория Ферганской области была разбита на боевые районы. В каждом из них создавались летучие истребительные отряды, призванные обезвреживать в первую очередь курбашей – главарей банд. В специально разработанной инструкции для командиров истребительных отрядов отмечалось, что важнейшие условия их успешной деятельности – быстрота натиска, легкость передвижения, умение свободно ориентироваться, отсутствие обоза, беспрерывность преследования противника. В своей деятельности, указывалось в инструкции, отряды должны стремиться к тому, чтобы каждое их действие, каждый поступок показывал мирному населению все те преимущества, которые несет с собою Красная Армия [218] .

Значительную помощь командованию Ферганской группы войск оказал С. С. Каменев. Ознакомившись на месте с обстановкой, он написал брошюру-наставление «Система борьбы с басмачеством». В этом документе освещались войсковые приемы борьбы с противником, вопросы закрепления в освобожденных районах и т. д. Для полной ликвидации басмачества, писал главком, необходима согласованная работа военных, партийных, советских и хозяйственных органов. Сделанные им выводы были положены в основу деятельности командования войск Ферганской области.

В начале лета значительно усилилась политическая работа среди местного дехканства. Успех боевых действий, неоднократно подчеркивал Тодорский, во многом зависит от поддержки Красной Армии местным населением. Завоевать же симпатии дехкан можно лишь совместными усилиями командного, политического и красноармейского состава. «Необходима чрезвычайная чуткость и внимательность в повседневном подходе к населению, исключительная добросовестность в разрешении всех вопросов, прямо или косвенно затрагивающих его интересы» [219] .

Для укрепления местных кадров ЦК Компартии и Совнарком Туркестана направили в Фергану 200 лучших партийных и советских работников [220] . Реввоенсовет Ферганской группы войск снарядил военно-политическую экспедицию, которая проводила большую разъяснительную работу среди населения по важнейшим вопросам советского строительства, изучала настроения масс [221] .

В течение десяти дней подготовка к наступлению на басмачей была завершена. 9 июня 1923 года командующий Туркестанским фронтом телеграфировал Тодорскому: «Операцию согласно приказа главкома и выработанного Вами плана начать 11 июня» [222] .

Первый удар по басмачам наносился в Андижанском уезде. Введение здесь военного положения прервало связи курбашей с их городской агентурой. Предпринятые накануне по приказу Тодорского широкие наступательные операции в Кокандском уезде дезориентировали противника. В результате летучие истребительные отряды Андижанского боерайона застали басмаческие шайки врасплох. Они несли большие потери. Не давая врагу опомниться, советские войска неотступно преследовали его.

Боевые операции против басмачей умело сочетались с политической работой среди населения. Агитаторы разъясняли дехканам ленинскую национальную политику, решения партии и правительства по вопросам хозяйственного строительства, разоблачали контрреволюционную сущность буржуазного национализма – идейной основы басмачества. За месяц боевых операций под председательством Тодорского состоялось восемь заседаний Реввоенсовета Ферганской области, преобразованного из РВС Андижана. На каждом из них рассматривались вопросы, связанные с расширением и улучшением деятельности местных партийных и советских органов. Так, 16 июня члены Реввоенсовета констатировали, что в настроении жителей Андижана и его пригородов произошел перелом в пользу Советской власти. Чтобы закрепить этот успех, РВС постановил продолжить взятую политическую линию в борьбе с басмачеством, развивать наитеснейшую связь с населением, приступить к подготовке созыва ряда беспартийных дехканских конференций [223] .

Не довольствуясь докладами с мест, Тодорский придавал большое значение личному знакомству с положением в районе, встречался и беседовал с красноармейцами, партийными и советскими работниками, дехканами. «На специальной карте, – писал он впоследствии, – я отмечал красным цветом те кишлаки, где побывал. Делал я это с определенной целью – планово добивался, чтобы в Андижанском округе все кишлаки, неблагополучные по басмачеству, обвести красными кружочками, то есть побывать в них и на месте изучить все необходимые данные для успеха борьбы» [224] .

Вскоре Тодорский хорошо знал особенности обширного края, обычаи и обряды узбеков, многое постиг в душе и характере народов Востока. Это диктовалось прежде всего глубоким уважением к народу, на земле которого он находился. И люди очень скоро это поняли. По Ферганской долине пошла молва о Тодорском: «Большой начальник, большой человек».

Решительные действия военного командования в сочетании с широкой партийно-политической работой дали положительные результаты. 13 июня С. С. Каменев телеграфировал из Туркестана в Москву заместителю председателя РВСР Э., М. Склянскому: «Нажим в Ферганской области уже начался буквально по всем линиям, разработаны меры для поддержания этого нажима и в будущем. С первых же дней нажима чувствуется растерянность басмаческих руководителей» [225] .

За три недели боевых операций басмачи понесли значительные потери: было убито или захвачено в плен свыше 30 курбашей (предводителей басмачества), 450 бандитов и их пособников; у басмачей отобрали сотни винтовок и револьверов, тысячи патронов [226] . Небольшие отряды басмачей предпочитали укрываться высоко в горах, в камышах и тому подобных местах, избегая столкновений с Красной Армией.

В ликвидации бандитизма активно участвовали добровольческие отряды, партийные и комсомольские дружины. Жители кишлаков выдавали басмачей военным и советским властям, указывали места расположения их отрядов. Многие дехкане вступили в Красную Армию [227] . Об этих успехах в борьбе с басмачеством говорилось в написанном Тодорским обращении «От РВС населению Ферганской области». Здесь же разоблачались провокационные слухи о том, будто вскоре советские войска уйдут и тогда басмачи расправятся с теми дехканами, которые помогали Красной Армии. Не верьте этим слухам, убеждал трудящихся Тодорский, «нами получен приказ командования уничтожить басмачество до конца, и мы этот приказ выполним. Недалеко то время, когда Фергана залечит свои раны и будет цветущей и счастливой. Все на борьбу с басмачами! Смерть басмачеству!» [228] .

Многие бандитские шайки были деморализованы в результате наступления Красной Армии. Но другие оказывали бешеное сопротивление советским частям. В ожесточенных схватках с басмачами командиры, политработники и красноармейцы проявляли массовый героизм. Вот несколько характерных примеров.

12 сентября 1923 года в схватку с крупной бандой басмачей вступили 1-й батальон 6-го стрелкового полка и истребительный отряд 4-го кавалерийского полка. Под напором превосходящих сил противника наши бойцы вынуждены были отступить. Шесть красноармейцев, потеряв в бою коней, оказались в окружении 300 бандитов. Им предложили сдаться. В ответ на это красноармейцы под руководством Семена Гутовского заняли круговую оборону и отразили десятки атак рассвирепевших басмачей. Подоспевшая помощь спасла героев от неминуемой гибели. За этот подвиг Тодорский представил Гутовского к награждению. Командование Туркестанского фронта поддержало представление, и в начале 1924 года отважному воину был вручен орден Красного Знамени [229] .

Этой же награды был удостоен начальник штаба Ферганской группы войск и 2-й Туркестанской стрелковой дивизии В. Д. Соколовский. Представляя его к ордену Красного Знамени, Тодорский писал: «РВС области считает, что товарищ Соколовский принес неоценимую пользу делу замирения Ферганской области, честно выполнив свой долг перед революцией» [230] .

Отважно сражался с басмачами боец-разведчик X. Турсункулов. Однажды, вспоминал Тодорский, «крупная басмаческая банда держала под огнем проход в ущелье. Пулемет не давал поднять головы нашим бойцам. Во время атаки был ранен доблестный командир кавалерийской бригады К. П. Ушаков. Он оставался на поле сражения, и трудно было добраться до него, чтобы оказать помощь и выручить из беды. Тогда, ежесекундно рискуя жизнью, Хамракул Турсункулов и разведчик Николай Микулин ползком преодолели обстреливавшийся участок и вынесли командира в безопасное место. После этого Турсункулов сам добровольно вызвался уничтожить вражеское пулеметное гнездо. Он скрытно пробрался в тыл басмаческих пулеметчиков и меткими выстрелами уложил их на месте. Проход в ущелье был открыт» [231] .

Большую партийно-политическую работу среди красноармейцев и населения проводили комиссар 4-го стрелкового полка М. В. Татьянин, в прошлом московский рабочий; бывший рабочий кокандской фабрики, комендант Коканда К. Г. Афанасьев и многие другие командиры и политработники.

Бойцы Ферганской группы войск не только громили басмачей, но и участвовали в хозяйственном возрождении области. Красная Армия, писал 23 июля 1923 года Тодорский, должна прийти на помощь дехканам, принять самые срочные меры к улучшению их экономического положения [232] . Красноармейцы расчищали арыки для полива хлопка, заготавливали дрова и фураж, ремонтировали жилые помещения, восстанавливали железные дороги, строили мосты, просвещали дехкан.