Чтение онлайн

Темнота сгущалась. Ядовитый воздух заполнял лёгкие, уже начало покалывать сердце, ведь Азалия поглощала отраву за двоих: сама Белладонна не выдержала бы не то что казнь, а нахождение в пещере. Эхо шагов множилось ненормально, но так даже лучше – не понять по звуку, одна она или с кем-то.

– А что же ты Последнего за порогом оставила, подруженька? – послышался голос то ли сбоку, а то ли сзади… Или спереди? Сверху? Возможно, со всех направлений разом.

Азалия напряглась. Она бы предпочла оказаться замеченной позже – когда и сама Настурция покажется, чтобы Белладонна могла начать оплетать сердце той чарами. А если дотянется, так и не показавшись? Нервный вдох. Не паниковать. Только не паниковать. Пальцы накрыли цветок амариллиса. Даже если есть шанс справиться без одолженной храбрости, сейчас лучше проявить излишнюю осторожность. В момент, когда страх лишит способности мыслить, поздно будет что-то менять.

– Ошибаешься. Последнего тут нет. Ни тут, ни в Мире.

– Так ли это? – Искажённый смех заполнил коридор, отражаясь от стен. – Ничто не берётся из ниоткуда и не исчезает в никуда. Последний всегда был частью садовника. Я всего лишь помогла ему проявить себя в обход навязанных Порядком рамок.

– Заменив их другими рамками, – возразила Азалия. – Что Порядок, что Хаос выкручивают имеющиеся черты до неадекватных значений. Так любой из нас может стать хоть мессией, хоть погибелью, но это не значит, что мы таковы на самом деле. Ред, как и все, не является воплощением какой-то одной черты.

– Гладко стелешь, но где здесь опровержение моих слов? Последний всё ещё существует, всё ещё может проявиться при верном стечении обстоятельств.

Азалия почувствовала, как скользнул по шее воздух, будто обнявшая её рука. Одновременно горячая и холодная, мягкая и колючая, ласкающая и угрожающая.

– Избавиться от Последнего можно только избавившись от садовника. Тогда в этой форме уже ничего не сделает, а новая… Не будет им. Новое может быть чем угодно, но нас же это не волнует, да?

– К чему бы ты ни клонила, я на это не согласна.

– А жаль… Жаль, что я до последнего верила в твою сообразительность.

На это оставалось пожать плечами и войти в тёмный зал, где воздух казался плотным и тяжёлым, а за чертой обрыва клубилась переливающаяся грязной радугой чернота. Враждебная энергия липла к телу, бесформенными скользкими щупальцами пробиралась под одежду, забивала нос, давила на глаза. Азалия дала знак Белладонне, чтобы та оставалась у входа, а сама прошла дальше. Оглянулась. Никого.

В сжатом кулаке появился белый цветок, готовый вот-вот расцвести, выпустить дурманящий белёсый туман. Но пока рано. Азалия пошла вдоль стены, не рискуя сильно приближаться к краю. И что теперь делать? Настурция точно здесь… Где именно? На плечи легли руки. Азалия резко обернулась. Отпрянула.

Кто стоял перед ней? Чёрная Роза? Настурция? Некое иное существо, сочетающее в себе беспорядочно сменяющие друг друга черты обеих? В пустой глазнице клубилась тьма – та же, что и над бездной. Улыбку иначе как оскалом не назвать. Азалия почувствовала себя загнанной в угол, дышала через раз. Во взгляде Настурции читались насмешка, безумие и желание убить. И последние она бы уже претворила в жизнь, если бы не считала себя хозяйкой ситуации. Вот только ложь – суть, всё ещё лежащая в её основании – не умеет действовать прямо. Лишь сейчас Азалия поняла, что до сих пор её спасал именно этот факт.

– И что же ты тут забыла? – проворковала Настурция, наступая.

Пришлось отступать. Ха, и как прикажете при этом не столкнуться со стеной и не сорваться в бездну? Но подпускать к себе нельзя. Заговаривать зубы, сбегать – делать что угодно, только бы удерживать внимание на себе, пока нити заклинания пробираются к сердцу Настурции. Медленно, с трудом пробиваясь через слои враждебной магии.

– Жизнь свою? – вопросом на вопрос ответила Азалия.

Настурция рассмеялась, будто услышала очень смешную шутку… И закашлялась. Скривилась, прикрыв нос рукой. Буйная аура искрилась от раздражения, бурлила и лопалась, сталкиваясь с полярной энергией. Казалось, сам воздух между ними готов затрещать от напряжения.

Меж пальцев Азалии медленно струился видимый только ей белёсый туман, в то же время что-то запульсировало в голове. Миазмы кошмаров заструились по сознанию. Нет. Нельзя поддаваться. Провалившись в очередную ментальную ловушку, выхода не найдёт. В другой руке появился кристалл, один из острых концов проткнул ладонь. Тёплая кровь начала заполнять папиллярные линии.

– Разве так встречают давних друзей? – прошипела Настурция сквозь сжатые зубы: ей тоже становилось дурно от дурмана – это особенно хорошо отражалось в движениях, не таких резвых и резких, как обычно, в своевольности магических потоков.

Не только в дурмане было дело. Тело Настурции… Кажется, оно не выдерживало усилившегося влияния вышей сущности, не могло как следует восстановиться и, более того, постепенно разрушалось. Теряло возможность поддерживать прежнюю форму, переходя в состояние аморфной массы, в ожившую тень, сгусток энергии. Последствия контрактов без метки всегда хуже.

Однако подобное изменение едва ли давало Азалии преимущество. Только увеличивало шанс увернуться от атаки. Настурция тоже понимала это, поэтому кружила хищно, пытаясь загнать в угол, но не спешила нападать. Выжидала. Давала возможность совершить ошибку.

– Не я с тобой дружила. Да и не с тобой, если так подумать…

Задетый ногой камень покатился звонко вперёд… Или вернее сказать «назад»? Если уж выражаться точнее, то в бездну – потому что звук резко оборвался. Азалия нервно сглотнула и свернула. Куда-то. Лишь бы не ближе к обрыву. Она не могла обернуться – как только сделает это, Настурция воспользуется шансом. И жуткие длинные когти вспорют шею. Или грудь.

В местах, где белёсый туман касался ауры, образовывались бреши, через которые быстрее проникали нити заклинания. Усилием воли Азалия попыталась задать туману направление. Каждая новая петля, затянувшаяся на сердце, заставляла Настурцию скривиться. От груди по нестабильному чёрному телу поползли тонкие светлые трещинки. Туман забивался в них и исчезал с колючим шипением.

– Есть ли что-то более твоё, чем трусливые оправдания?

– Есть ли что-то более твоё, чем подлая игра и слепое потакание своим желанием? – парировала Азалия, морщась.

Пульсация повторилась. Уродливая рука кошмара крепче сжимала разум, а запах собственной крови только подпитывал иллюзию. Перед глазами вспыхивали клочки леденящих душу картин. Изуродованные тела жертв её амбиций, эгоистичных решений и лицемерно благих намерений. Уши забивали хрипы, крики, стоны. Проигнорированные мольбы о помощи.

Азалия крепче сжала кристалл. Это была не она! Так было нужно! Да даже если нет – поздно муки совести испытывать! Ничего уже не изменить. Никого не спасти. В прошлом. Но всё ещё можно спасти будущее. А для этого нельзя поддаваться. Стоило отвлечься на иллюзию, как терялся контроль над туманом, и нити снова застревали в вязких вихрях ауры.

– А разве мы в этом отличаемся? Уж ты-то должна меня понять. Ведь такая же.

– Знаю. Мы похожи. Даже слишком. Но это не ставит нас на одну сторону.