Чтение онлайн

С обворожительной улыбкой Аламея обернулась к холодильнику, где висел календарь, прикреплённый к стенке магнитами в виде черепов, мистических трёхглазых котов, гробиков и звёздочек. Одной как раз было отмечено двадцать седьмое число.

– Как быстро летит время. В понедельник у нас будет гостья. Пора бы подготовиться. – Аламея снова взобралась на подоконник, вернулась к вышивке. Пауль только-только приступил к чаю: тот на редкость долго остывал. – Что, по-твоему, является доказательством существования человека?

Он задумался. Первый – глупый, порождённый погрязшей в бюрократии современностью – ответ: документы. Однако достаточно на мгновение притормозить, чтобы понять его ошибочность. И даже не потому, что потерять все записи вполне реально, как и создать фальшивые. В них нет человека. Вот и всё. Имя, фамилия, дата рождения – что ещё можно добавить? – едва ли хоть что-то расскажут о личности. В могильном камне правды больше.

– Память. Наследие. Оставленный след. Когда не остаётся следов, ты уже не можешь быть уверен, а существовал ли человек. Точнее, – Пауль посмотрел на дно кружки, где темнели мелкие чаинки, – даже вопросом о существовании не задашься. Но если есть… Ты можешь не знать, кто их оставил, однако в существовании автора не усомнишься. И, может, что-то о нём поймёшь.

– Хороший ответ. И скоро кое-кому придётся удостовериться в его правильности.

========== Глава 15. В красивом доме не делают зла ==========

Если бы не данное маме обещание, этим утром Азалия бы не встала. После вчерашнего побаливала голова, ощущалась слабость в теле, а веки всё стремились сомкнуться обратно, чтобы поспать ещё пять раз по пять минуточек, плавно переходящие в пару часов.

«Вообще не помню как легла», – подумала, нащупывая на тумбочке очки.

После размышлений о других мирах голова стала совсем мутная, и оставшиеся действия выполнялись на автопилоте. Удивительно, как сильно некоторые вещи вошли в нашу жизнь, раз даже телефон оказался поставлен на зарядку. Небось и стирка с таймером запущена была – как раз и вещей накопилось, и штаны грязными оставлять не хотелось.

Азалия немного взбодрилась, пока разбиралась с рутиной: развешивала одежду, готовила завтрак, собиралась. Бытовые дела не позволяли ленно валяться, тем самым не давая от безделья хандрить, оправдывая всё неважным самочувствием, и тонуть в мрачных мыслях, раздувая мух до размеров слона.

«В конце концов, вчера всё обошлось, – подумала, запирая входную дверь. – Серина отписалась по возвращении. Рон в порядке. Но если бы меня не проводил тогда Люмьер… Неужели спасти Рона было настолько важно, что Аламея решила не оставаться в стороне?»

Очень уж хорошо отложилось в памяти: ей нет дела до жизней незнакомцев, и заставить шевелиться могут только собственные интересы или удержание мира от окончательного падения в бездну. Конечно, новость о смерти друга сильно подорвала бы моральное состояние Азалии, но… Чутьё говорило: есть и другая причина.

«Она предсказывала, что мы ещё встретимся. Тогда смогу спросить напрямую, а не гадать».

Всю дорогу хотелось слушать музыку и бездумно листать ленту в социальной сети в поисках смешных картинок, иногда поглядывая в окно. Сегодня Азалия принадлежит своей семье, а значит мысли о мире и ответственности перед ним нужно оставить за порогом. В последний раз маму и братьев она видела на папином дне рождения – почти месяц прошёл! Слукавит, если скажет, что не соскучилась. Особенно по маме. Сколько раз хотелось уткнуться ей в грудь и спрятаться ото всех невзгод. Кто ж знал, что во взрослой жизни всплывут такие трудности?

Дома она не была ещё дольше, чем в кругу семьи. Кажется… Со времени новогодних праздников? В кого-то спокойные окраины вселяли уныние, другие находили радость в скучной стабильности, где знаешь, чего ждать от нового дня. И кого. К последним и относилась Азалия – без раздумий выбрала бы жизнь, в которой ничего не происходит, но и беспокоиться не о чем. Видеть одни и те же лица, гулять по одним и тем же улицам среди похожих домов. В детстве поездка в центр города становилась событием, но сидеть в своём районе, редко выходя за калитку, совсем не напрягало.

Несмотря на наличие ключей, Азалия нажала на звонок, оповещая о прибытии. Ведущую к дому дорожку как всегда украшали всевозможные зимние фигурки, недалеко от входа стояли санки, козырёк над дверью украшала гирлянда, а саму дверь – венок. Просто еловый, не относящийся к приближающемуся празднику.

– Ты пришла! – Мама выскочила на улицу, не дав времени подойти и дотянуться до ручки, схватила за руку и утянула в дом.

– И тебе привет, – рассмеялась, на ходу отряхивая с шапки снег.

Разуваясь и вешая одежду, Азалия ощущала на себе пристальный, встревоженный взгляд. Не стоило и надеяться, что мама не заметит плохое самочувствие. Даже после рождения близнецов она не переставала беспокоиться о дочери: та выросла, но в глазах родителей всегда будет ребёнком, о чьём здоровье невозможно не беспокоиться.

– Аззи, как ты себя чувствуешь? – спросила Альбина, трогая лоб. – Если тебе нехорошо, стоит отлежаться.

– Всё в порядке, мамуль. Легла поздновато: над книгой засиделась. Ничего такого. И я ведь обещала, что помогу.

– Я очень ценю твою ответственность, но Марк и Ник мои дети. Как и ты. Я не должна нагружать тебя заботой о них, если позаботиться надо и о тебе тоже.

На хмуро сведённые брови Азалия ответила улыбкой и обняла маму. Закрыла глаза, вдыхая такой родной запах цветов, и чувствуя, как ласково гладят по спине тёплые руки. Мама. Любимая. Родная. Рядом с ней не так сильно давил груз ответственности. И становилось яснее, ради чего стоит приложить усилия, выстоять: чтобы спокойно проводить время с близкими и отплатить им за заботу. Бороться ради мира – благородно, но слишком альтруистично. Мир не оценит в полной мере потраченные на него силы. Близкие – куда более реальная причина. Искренняя. И с ощутимой отдачей.

– Да, я понимаю. И всё равно мне стоило прийти. Я соскучилась по вас.

– Мы тоже скучаем по тебе.

– Давно папа уехал? И куда? Как ты справляешься одна? – поинтересовалась, нехотя отпуская.

– Во вторник. В Небелфлен. Сказал, по работе. А справляюсь не так хорошо, как хотелось бы. Думала, больше за неделю успею по работе сделать, но мальчикам совсем не хватало внимания.

«В тот же день, что и Роза», – заметила Азалия.

Совпадение? Каспер – один из владельцев сети баров, хорошо известной в Фогенриве. Ему нередко приходилось ездить по делам, но именно сейчас… Стоит спросить у сестры, не встретились ли они. И как с этим связаны обстоятельства смерти Линнеи.

– Постараюсь хоть немного разгрузить тебя сегодня. Братья сейчас в детской?

– Да. Мы недавно погуляли, так что они набегались и пока что отдыхают. Но ты долго на спокойствие не надейся, – подмигнула мама, направляясь в рабочую комнату. – У Марка голубая футболка, а у Ника зелёная.

– Прекрасно помню, какие они бесята.

Ник и Марк на радость всем росли крепкими и здоровыми. Поначалу были опасения, что близнецы окажутся слабыми, как Азалия. Оказалось напротив: они быстро научились ходить – теперь днями напролёт носились, искали приключений, познавали мир – и почти не болели. Да и внешностью явно пошли в отца: обычные светло-русые волосы и голубые глаза. Красиво, чудесно, но не так примечательно.