Чтение онлайн

– Но разве вам… Не опасно… Здесь находиться? А, правее! – добавила, чуть не потеряв ход нити.

– Если не нарвёмся на Последнего – нет.

– А как же бездна? – Местный воздух сам по себе представлял опасность для духа, Гиацинт же точно не отдавал сердце подобно Жасмину и Колокольчик.

– Я могу выдержать больше, чем другие духи. Не обо мне думай, а направляй. Куда дальше?

Оставалось поверить в Гиацинта и воспользоваться помощью. Взять себя в руки, заткнуть беспокойство и сосредоточиться на деле. На пути. Сад всё ещё с завидным упорством не желал пускать дальше, но ничего не мог противопоставить волшебному мечу. Листья и ветки разлетались в стороны, воздух наполнили удушливый запах соков, свист, хруст, чавканье.

Наконец продравшись через заросли, Азалия увидела его: оплетающий камень золотой рододендрон. Ярко-жёлтые цветы слишком сильно контрастировали с мрачной серостью окружения, как факел в безлунной ночи. Хотя от всего сада становилось неуютно из-за сочетания буйства жизни и безумия, а сам Мир бесконечно угнетал погибельным запустением, именно здесь присутствие смерти ощущалось острее всего. И естественнее. А ведь окружающие растения не выглядели особенно вялыми и болезненными. Просто… Стоячий воздух насквозь пропитался смертью.

Требовалось всего лишь срезать веточку рододендрона – хотя речь и шла о цветке души, подразумевалось всё растение, так что принести можно любую часть. Однако Азалию непреодолимо сильно тянуло к камню. Заросшему, покрытому трещинами и сколами, точно не природной формы. Она опустилась на колени, осторожно отодвинула ветки и через мох с трудом разобрала единственное выдолбленное слово: «Родон».

«Чьё-то имя? Но садовника зовут Редрон… Хотя кто сказал, что после стирания памяти не дают новое? Я этого до конца не уловила, и всё же… Но тогда это – могильный камень?»

Ирис говорил, что изначально назначение Мира было другим. Каким? Уже после видений инициации стало ясно, а теперь мысль сформировалась окончательно: по ранней задумке Порядка Мир – кладбище богов, а Редрон – мёртвый бог её мира. Тот самый, о котором рассказывала бабушка? Тот самый, которого древние сначала расчленили, а потом проклинали, что посмел уйти?

– Чего зависла? – грубый голос Гиацинта прервал размышления.

Точно, он ведь тоже здесь. Нужно быстрее забрать цветок и уходить, пока воздействие яда не стало критичным. Хотя со стороны могло показаться, что Гиацинт в полном порядке, видения позволяли заметить, как постепенно темнеет аура, пропитываясь окружающей заразой.

– Извините. Я сейчас. – Азалия достала флористический нож, срезала один пучок соцветий и убрала в сумку.

Рука снова коснулась камня, пальцы обвели имя. Уходить совсем не хотелось. И совсем не из-за страха перед обратным путём, который может как оказаться ещё тернистее, так и удивительно простым. Просто, стоя на коленях и склонив голову перед могильным камнем, Азалия чувствовала себя на своём месте. Чувствовала дежавю.

Раздражённый вздох рядом заставил бросить на камень последний взгляд и встать, отвернуться. Для обратной дороги не было путеводной нити, оставалось идти по собственным следам. Растения больше не пытались схватить, но плотной стеной смыкались за спиной – Мир не желал снова подпускать кого-либо к правде. Азалия посмотрела на побледневшего Гиацинта, чья рука снова крепко держала её. Интересно, как именно он её нашёл? Хотелось спросить, да вряд ли соблаговолит ответить.

«Главное – он меня спас. Остальное… Как бы любопытно ни было – не так уж важно».

– Что собираешься делать дальше? – Никак Азалия не ожидала, что Гиацинт нарушит молчание первым.

– Дальше… – пробормотала и задумалась.

Да, цветок добыт, но напрямую Реду его не передать. Даже руками духов. В лучшем случае выкинет, в худшем – воспользуется ножом. Нет никакой гарантии, что это не отразится на растении в целом. И на душе.

– Это может оказаться не так эффективно, но, думаю, стоит спрятать его где-то в доме. Возможно, близкое нахождение цветка начнёт влиять. Если состояние Реда прояснится, можно будет думать о более… Открытых действиях.

– Разумно. Тогда передам тебя Колокольчик.

– На самом деле вы не против её общества, – не к месту ляпнула Азалия и прикусила губу.

Гиацинт сбился с шага и ошарашенно посмотрел на неё. Столь яркая эмоция всего на мгновение осветила лицо, быстро сменившись усталым раздражением. Вздох и молчание в ответ. Больше они не обменялись ни словом, пока не покинули заросли, но вышли не в незнакомом для Азалии месте. Похоже, именно отсюда начал путь Гиацинт. Здесь же ждала Колокольчик, переминаясь с ноги на ногу и нервно сжимая подол юбки. При виде них она широко улыбнулась, с очевидным трудом сдержав радостное восклицание.

– Как успехи? – прошептала, осматривая с беспокойством.

– Нашла. Но теперь мне понадобится твоя помощь, – так же тихо ответила Азалия.

Тем временем Гиацинт оглянулся и ушёл, не удосужившись даже попрощаться. Колокольчик опечаленно покосилась в его сторону и не стала ничего предпринимать – в самом деле, пускай поскорее уйдёт подальше от источника болезни, а обсудить грубое поведение можно как-нибудь потом.

– Конечно. Что именно от меня требуется?

– Нужно спрятать цветок в доме. В таком месте, где Ред не наткнётся на него случайно.

– Кабинет, – тут же предложила Колокольчик. – Он меньше всего подвержен изменениям, а ещё там за шкафом есть такое место, куда очень сложно добраться. Последний точно туда не полезет.

– Прекрасно. Тогда могу на тебя положиться?

– Конечно! А тебе, пожалуй, тоже пора уходить. Последний скоро закончит собирать цветы.

Кивнув, Азалия отдала рододендрон, попрощалась и поспешила прочь из сада, на ходу активируя дельфиниум. Она почти добежала до ведущей к калитке дорожки, как услышала надрывный кашель. И сердце дрогнуло, сжатое холодной лапой воспоминаний. О ночи в больнице. Поглощённая паникой из прошлого, не осознавая своих действий, Азалия побежала на звук.

«Ему стало плохо? Это приступ? Чёрт, да что я собралась делать?!» – Запоздалая вспышка осознания осветила омут мыслей.

В последний момент – когда оставались считанные метры – Азалия успела взять себя в руки, спрятаться за деревом, чтобы не проверять, до какого момента дельфиниум готов оставлять незамеченной. Ведь даже во время инициации на неё обращали внимание, если столкнуться или долго находиться рядом. Прижавшись к широкому стволу, она осторожно выглянула. И тут же зажала рот рукой, подавляя вскрик.

На траве валялись цветы, а над ними, заходясь в жутком кашле, склонился Ред. Руки до белых костяшек вцепились в ткань на груди. Из носа и глаз текла, капая на землю, слишком тёмная кровь. А чёрная субстанция крепко схватила горло и пыталась затечь в рот. Попытавшись отодрать её, Ред только расчертил шею красными полосами и, сдавленно вскрикнув, упал на колени. Азалия чуть не кинулась к нему.

«Ты здесь ничем не поможешь».

Сдержав желание огрызнуться на тему, что мешало Порядку подать голос раньше, Азалия упрямо сжала губы.