Чтение онлайн

Когда Марлоу вновь посмотрела на Адриуса, она с удивлением заметила, что он внимательно смотрит на неё, пока они двигались в следующей позе танца.

— Тебе это идёт, — заметил он, когда они снова сошлись, плечо к плечу.

— Что именно? — спросила она, слегка растерявшись.

Они медленно кружили вокруг друг друга.

— Твой костюм, — произнес он, когда они снова разошлись. — Ты спрашивала меня раньше, что я о нём думаю.

Они пробирались сквозь другие пары и остановились по разные стороны линии. Марлоу не знала, что ответить.

— Твой тоже тебе подходит.

— Лунная Воровка при дворе Короля-Солнца, — задумчиво продолжил он, когда вокруг них закружились другие пары. — Единственный вопрос — что ты украла?

Взгляд Марлоу следил за ним, когда они снова разошлись, её сердце забилось быстрее, а кожа начала покалывать от внезапного волнения.

— Кажется, я знаю, — прошептал он, его тёплые руки крепко держали её за талию, когда они снова закружились вместе. — Ты украла мой воздух.

Он цитировал оригинальное стихотворение, на котором было основано балетное представление, его голос был низким и бархатистым, как тот, что он использовал в шутку на борту дирижабля. Но если это была шутка, то она была на её счёт.

Они оба остановились, а другие пары продолжали танцевать вокруг, будто ничего не происходило.

— И я боюсь, если не буду осторожен, — продолжил Адриус с обвинительным блеском в глазах, — ты украдёшь и моё сердце.

Тепло разлилось по коже Марлоу. Её сердце упало куда-то в живот, бешено колотясь там, где руки Адриуса всё ещё лежали на её талии. Его лицо приблизилось к её, нижняя губа сверкнула в свете ламп, влажная от вина.

Толпа разразилась аплодисментами, разрывая натянутую тишину между ними. Танец закончился. Адриус, словно очнувшись от пьяного тумана, отпустил её и отступил, чтобы также начать аплодировать вместе с остальными.

Краем глаза Марлоу заметила Амару, пробирающуюся к ним сквозь танцующих, за ней следовали Дариан и несколько других.

— Я не верила, но, похоже, слухи верны, — сказала Амара. Она была одета как Морская Дева, её корсет был украшен белыми жемчужинами, а головной убор выглядел так же внушительно. — Вы действительно снова вместе.

— Видимо, мы не можем держаться вдали друг от друга, — ответил Адриус, обнимая Марлоу за талию.

Амара фыркнула.

— Вы встречаетесь сколько, неделю?

— Почти три, — с вызовом ответил Адриус. — Но я знал, что чувствую, задолго до этого.

Его взгляд был устремлён на Марлоу. Она почувствовала, как его глаза словно приковали её к месту, как маленькое существо, затянутое в трясину.

— На самом деле, я знал это больше года. С тех пор, как нам исполнилось семнадцать.

Сердце Марлоу тяжело ударилось в груди. Её дыхание прервалось. Было что-то запретное в том, что Адриус упомянул ту ночь, особенно в присутствии Амары.

— Марлоу даже не пригласили на ту вечеринку, — сказала Амара.

— Ты права, — согласился Адриус. — Именно поэтому я ушёл раньше, чтобы встретиться с ней. Мы наблюдали за рассветом на крыше Малахитового здания, и я помню, как думал, что откажусь от каждой вечеринки в Эвергардене, если это позволит мне быть с ней.

Марлоу напряглась. Ярость закипела в её груди. Ей отчаянно хотелось вырваться из его объятий и сбежать с танцпола. Адриус насмехался над тем, что значила для неё их дружба, над той ночью, и она не могла ничего с этим поделать перед всеми, кроме как стоять рядом с ним и улыбаться, как будто он только что не провернул нож в ране их разрушенной дружбы.

— Я должен был сказать ей это тогда, — продолжил Адриус. Его выражение лица было задумчивым, нежным, и даже прихлебатели Амары начали выглядеть слегка очарованными. — Но, когда я набрался смелости, она уже покинула Эвергарден. Я думал, что упустил свой шанс.

— Так что всё это было давно задумано, — задумчиво произнёс Дариан. — Я и не подозревал.

Потому что это неправда, подумала Марлоу с горечью. Это была лишь красивая ложь, украшенная крупицей истины. Она не могла даже смотреть на Адриуса. Не могла встретиться с его тёплыми, мягкими глазами, полными преданности, как будто он верил в каждую ложь, произнесённую его губами.

— Оглядываясь назад, думаю, что тогда я был немного разбит, — сказал Адриус, его голос дрожал от боли.

Ярость охватила её. Именно она осталась с разбитым сердцем.

Внезапно ей стало нужно быть где угодно, только не здесь.

— Извините меня, — сказала она, вырвавшись из объятий Адриуса и торопливо покинула танцпол.

Она добралась до лестницы, прежде чем Адриус догнал её.

— Минноу, подожди.

Она обернулась и сразу поняла, что они на виду у остальных гостей в костюмах. Схватив Адриуса за руку, она потянула его за лестницу.

Когда они оказались вне поля зрения, она отпустила его руку.

— Что, чёрт возьми, ты творишь?

— То, что ты сказала мне делать, Минноу. Притворяться, — его глаза были резкими и полными вызова, совсем не такими, какими он смотрел на неё перед Амарой.

Жар захлестнул её.

— Я рада, что для тебя это так чертовски легко. Но, видимо, у тебя была практика, да? После того, как ты столько времени притворялся моим другом.

— О чём ты говоришь?

Ярость кипела в венах Марлоу, горячая и неумолимая, как летний шторм, поглощая все разумные мысли. Ей не было стыдно; она была слишком зла. Всё, о чём она могла думать — это что ей нужно знать, что заставило Адриуса отвернуться от неё год назад.

— В прошлом году, — с трудом проговорила она. — Ты просто отвернулся от меня ни с того ни с сего. Что случилось?

Глаза Адриуса опустились, челюсть напряглась. Грудь вздымалась на неровном дыхании. Чем дольше вопрос повисал в воздухе без ответа, тем больше Марлоу хотелось взять его обратно.

Вместо этого она повысила голос и шагнула к нему.

— Что это было? Бедная маленькая Минноу была интересна на полсекунды, а потом тебе стало скучно?

Он встретил её взгляд, его тело наклонилось к её, словно какая-то невидимая сила притягивала их друг к другу.

— Да, именно так. Я потерял интерес.

Марлоу смотрела на него, и внутри неё нарастало неверие. Не от его слов, а от самой себя. От того, что ей вообще было дело до этого. От того, что она была настолько глупа, чтобы снова позволить Адриусу Фалкресту втянуть её.

Резкий смех вырвался из её горла, его края были острыми от осознания, что если она не засмеётся, то, несомненно, заплачет. А она не могла позволить ему увидеть её слёзы.

Она начала уходить, возвращаясь к танцам, к сверкающему водопаду и красивым людям со всеми их ужасными секретами.