Чтение онлайн

– Вчера мне позвонила из Англии леди Маргарита, графиня Эйрли. Эта дама - близкая подруга королевы Марии, и её звонок был бы большой честью для всех нас, если бы..., - и она вновь приложила платочек к глазам, исказив лицо, подобно маске Трагедии.

Майкл в досаде прикусил губу. Он по горло был сыт снобизмом теток, и неужели его позвали сюда, чтобы забивать уши сплетнями каких-то английских спятивших старух?

– И какое отношение я имею к сей даме?
– мрачно поинтересовался он.

Старшему Фрейзеру, видимо, тоже надоела ломаемая родственницей комедия. Холодно покосившись на заигравшуюся старушку, он сухо пояснил:

– Графиня приходится родственницей герцогу Кентсомскому, и она позвонила тете, чтобы высказать надежду, что ты поступишь, как джентльмен!

Сказать, что Майкл моментально догадался, в чём дело, было бы преувеличением. С громко застучавшим сердцем он растерянно присел на ближайший стул и, упершись взглядом в отполированную поверхность стола, начал напряженно соображать, что значит 'поступить, как джентльмен' в устах английской графини. Вывод напрашивался только один!

– Это то, о чем я думаю?
– затаив дыхание от волнения, спросил он отца.

Тот глянул на сына с таким брезгливым выражением, словно тот был неизвестно откуда заползшим тараканом.

– Когда тебе исполнилось шестнадцать,- с досадой покосился старший Фрейзер на тетку,- у нас был серьезный разговор на эту тему, и я не знал, что ты такой тупица, что не можешь усвоить элементарные вещи!

У тети Мэйбл очки засверкали нездоровым любопытством, а напрягшиеся уши, будто воочию вылезли из-под шляпки. По крайней мере, Майклу так показалось! Если бы здесь не было старой дамы, он бы доходчиво пояснил отцу, что не имеет обыкновения класть презервативы в карманы летной куртки. За ненадобностью! Кто мог подумать, что так получится?! А у Лайонела можно было найти все что угодно, касающееся марксизма и ленинизма, но только не столь необходимую для молодого джентльмена вещь.

Но с другой стороны...

– Ладно,- оживленно подскочил он со своего места,- я считаю этот разговор преждевременным, пока сам не поговорю с Хелен!

Отец только раздраженно перевел дыхание.

– Ты видимо забыл, что девушка в Англии. И вообще, давай все переговоры поручим моим адвокатам. Может, мисс Вормсли согласится за определенную сумму предать эту историю забвению?

Майкл снисходительно глянул на родителя. Умный человек, но иногда его заносит не туда!

– Отец, не путай Хелен со своими секретаршами! Я сам,- предупредил он возможные возражения со стороны родственников,- со всем разберусь!

– Но что ты собираешься делать?
– заволновался старший Фрейзер.

– Поступить, как джентльмен,- ослепительно улыбнулся Майкл, застегивая пиджак на все пуговицы,- а как же иначе?

– Майкл, - взревел отец,- я с тобой серьезно разговариваю! Стой!

Но его приказ повис в воздухе, потому что отпрыск, не желая больше ничего слушать, покинул кабинет.

– Майкл совсем распоясался,- гневно высказался старший Фрейзер перед родственницей, - он ведет себя, как болван!

– Как влюбленный болван!- с довольным смешком поправила его тетушка.- Дорогой, неужели ты не видишь, как его обрадовало сообщение о грядущем отцовстве? Быть в нашем доме скорой свадьбе.

– Только через мой труп эта английская девка переступит порог нашего дома!

– И это говорит человек, женившийся на фермерской дочке, которая, к тому же, годится ему во внучки? Хелен хотя бы леди, а твоя женушка провела юность, путаясь в хвостах дойных коров!

Ну, и что можно было возразить старой ведьме? Печальный опыт предыдущих баталий с престарелыми родственницами подсказал Фрейзеру единственно правильный выход из положения - сжать руки в кулаки и промолчать.

АНГЛИЯ.

Прошло всего три года, как Чарльз Линдберг совершил первый беспосадочный полет через Атлантический океан. На перелет во Францию герою понадобилось тридцать три с половиной часа, но с тех пор многое изменилось. Усовершенствовались и машины, и моторы, да и лететь Майклу предстояло в Англию.

– Риск, огромный риск,- тем не менее, сказал Фрейзеру его личный механик,- и что самое главное - неоправданный риск! Декабрь..., над Атлантикой бушуют штормы. Даже по океану плыть и то опасно - зато дня через три вы целый и невредимый причалите в доках Бристоля.

Майкл слушал его мнение, кутаясь в меховую куртку от пронзительного ветра, гуляющего по взлетному полю.

– Приготовьте машину к полету!
– резко распорядился он.
– Мне нужно срочно попасть в Англию, а погибнуть можно и попав под колеса велосипедиста!

Его не пугала опасная дорога, наоборот, Майкл даже надеялся, что трудности перелета помогут ему прийти в себя, но его взялся сопровождать в такой опасный вояж один из летчиков-испытателей их компании. Слух о том, что молодой Фрейзер собирается совершить безумство, очень быстро облетел летные ангары. И Джон Беккер, случайно оказавшийся в тот день на аэродроме, подошел к Майклу, задумчиво жующему не зажженную сигару.

– Вы действительно, решили рискнуть и лететь через Атлантику в это время года?

– Угу!
– беспечно кивнул головой Фрейзер.

Он был абсолютно спокоен, чего не скажешь о собеседнике.

– Опасная авантюра,- поежился тот,- если даже погода будет благоприятной, можно заснуть за штурвалом. Двадцать часов в воздухе без отдыха - не шутка! Я полечу с вами, вторым пилотом.

Майкл с уважением взглянул на веснушчатое лицо авиатора.

– Буду вам благодарен!

И им повезло остаться живыми.

Так иногда бывает, когда человек поступает безрассудно, но не из корысти, и не из тщеславия, а потому что сердце в его груди бьется настолько сильно, что он не видит ни трудностей, ни расстояний, и даже опасность его не пугает, потому что он не в состоянии её реально оценить.

Известие о беременности Хелен привело Майкла в такое состояние духа, что казалось, он мог лететь даже впереди самолета - настолько ему хотелось вновь увидеть милое лицо и таинственно мерцающие глаза любимой девушки. Интересно, она изменилась? Потеряла ли то восторженно-изумленное выражение лица, с которым глядела на мир?

Бескрайняя гладь сияющего седой сталью зимнего океана воспринималась им не более, чем декорация на пути к чему-то необычному, прекрасному, чему он и названия не мог дать, а вовсе не как злая и безжалостная стихия. И хотя Беккер часто сменял его за штурвалом, предлагая отдохнуть, Майкл был настолько возбужден, что заснуть так и не смог.

Он вспоминал события прошедшего лета, дом Лайнела, улыбку Хелен и свое глупое поведение в то злосчастное утро. Какой же он был дурак! Но теперь все будет по-другому, сам Господь дал ему знак, что это именно та девушка, которая сделает его счастливым.