ЖАНРЫ

Сага о джиннах: Спящий джинн. Кладбище джиннов. Война с джиннами (сборник)
Шрифт:

– Ничего себе! – проговорил Артем. – Что произошло?

– Нас сбили, – уверенно сказал Селим.

– Кто?!

– Думаю, одна решительная молодая особа.

– Зари-ма?! Но зачем?! И как?!

– По-видимому, мой внучек пришелся ей не по нраву, и она решила его не пускать сюда совсем. А вот как она это сделала – вопрос! Такое впечатление, будто у чедома высосали всю энергию до капли и даже прихватили верхний слой корпуса.

– Но это же… – У Артема перехватило дыхание, он с трудом сглотнул. – Такой эффект может создавать только…

– «Джинн», – кивнул Селим. – Именно такие и подобные этим следы оставлял «спящий джинн», за которым гонялся твой дед и мой друг Игнат.

– Но откуда здесь еще один «джинн»?! И почему он слушается Зари-му?! Она же девушка… женщина…

– Ну, женщины способны на многое, – усмехнулся Селим, – даже на то, что недоступно ни одному мужчине. – Посерьезнел. – А вот как ей удалось законтачить с «джинном», если только наши предположения верны, это вопрос. Правда, у меня есть догадка…

– Какая?!

– Не спеши, все скоро выяснится. Убивать Ульриха она не хотела и стреляла, не зная, что внутри чедома сидим мы, поэтому лишь сбила его средство передвижения. Подождем немного, она вот-вот появится.

Артем прислушался к ватной тишине подземелья, и ему показалось, что кто-то тихо окликнул его по имени. Он чуть было не закричал: «Зари-ма!» – но вовремя остановился.

Внезапно воздух над головами землян засветился красивой переливчатой медузой. Резко похолодало. «Медуза» внимательно посмотрела на землян, прощупывая их мыслесферы бесплотно-неощутимым «щупальцем», и, словно удовлетворившись полученной информацией, подпрыгнула вверх, вытянулась красивой многолепестковой светящейся лилией и стянулась в ярко просиявшую нить, погасла. Волна холода спала, разошлась морозными струйками, оставившими на рыжем мху полосы инея.

– Что это было? – шевельнул занемевшими губами Артем.

Его спутник пожал плечами, прислушиваясь к тишине странного леса, собрался ответить, и в этот момент из-за колючей колонны дерева, напоминающего земную елку, в сотне метров от чедома раздался приглушенный вскрик:

– Артем?!

Путешественники оглянулись.

В зарослях перистого кустарника мелькнуло что-то белое, и между деревьями показалась фигурка стройной девушки в пушистом, серебристо-белом, обтягивающем тело костюме. Это была Зари-ма.

Артем замер, разглядывая исчезнувшую больше года назад полюсидку, которую уже не чаял увидеть, сорвался с места, уже ни о чем не думая, подчиняясь властному зову сердца. Зари-ма тоже бросилась к нему навстречу, они столкнулись на полпути и замерли в объятиях друг друга.

Селим фон Хорст задумчиво наблюдал за этой сценой, склонив голову к плечу. И лишь ему удалось увидеть облачко опадающих искр над головами влюбленных, похожее на внезапно возникшую просыпавшуюся струйку снежных иголочек.

– Кажется, я не ошибся, – пробормотал он себе под нос. – Ульрих был прав: девочка имеет защитника, и этот защитник…

Струйка опадающих снежных искр возникла совсем рядом, сопровождаемая дуновением холодного ветра. Селим почувствовал чей-то заинтересованный взгляд, покалывание в затылке, давление на мозг. Кто-то настойчиво пытался проникнуть в его тело, заглянуть в душу, прочитать мысли, но не агрессивно и враждебно, а как ребенок, точнее, щенок, познающий мир с простодушным любопытством и дружелюбием, «виляя хвостом».

Фон Хорст вытянул к струе снежных искр удлинившуюся на несколько метров руку-щупальце, ощутил мгновенный укол холода, но не отдернул руку, продолжая слушать энергетическое дыхание невидимого существа. Волна холода побежала от пальцев руки до плеча и дальше в голову.

Селим втянул щупальце обратно, погрозил струйке изморози пальцем:

– Не шали, малыш! Я тебе не враг. Твоя хозяйка это подтвердит.

С мелодичным хрустальным звоном струя снежных иголок превратилась в переливчато-прозрачный ком шерсти, близкий по форме к гигантской собаке, словно отвечая на мысли человека, и растаяла. Селим с облегчением вздохнул, понимая, что произвел на защитника Зари-мы благоприятное впечатление. Теперь он был абсолютно уверен в своей оценке этого существа.

Зари-ма и Артем перестали целоваться, взялись за руки и направились, раскрасневшиеся и возбужденные, к сбитому угаагскому киберу.

– Селим, она приручила «джинна»! – сказал еще не совсем пришедший в себя Ромашин.

– Я знаю, – улыбнулся фон Хорст. – Мы только что познакомились. Единственное, чего я не понимаю, так это как ей удалось договориться с ним.

– Бриллиантида, – заговорила девушка-полюсидка, порозовев под взглядом полковника.

Он поднял брови, переведя взгляд на Артема.

– Я подарил ей бриллиантиду, если помните, – пояснил тот. – И она превратилась в «джинна».

– Вот оно что! – протянул Селим фон Хорст глубокомысленно. – Значит, бриллиантиды и в самом деле являются чем-то вроде «икры», свернутых геномов, из которых могут вылупляться «джинны». Вот почему «спящий джинн» твоего деда останавливался в кольцах Сатурна: он «метал икру»! И вот почему этот защитник-«джинн» показался мне щен… гм, ребенком. Он еще совсем мал.

– Я так и зову его – Лам-ка, – застеснялась Зари-ма.

– Малыш, – перевел Артем, не выпуская руки девушки из своей.

Селим засмеялся.

– Все хорошо, что хорошо кончается. Я был уверен, что эта девица не пропадет. Надеюсь, ты расскажешь мне, как бриллиантида превратилась в «джинна»?

– Ульрих… он… когда я была одна… попытался… я сопротивлялась… и бриллиантида вдруг ударила его… – Зари-ма беспомощно посмотрела на Артема. – Не так, как рукой, а иначе… засветилась ярко и превратилась в облако искр. Вот… а потом…

– Я догадался. – Селим перевел взгляд на Артема и понял, что Ульриху не поздоровится при следующей встрече с пограничником. – Ладно, поговорим об этом позже. Остается один нерешенный вопрос: как тебе удалось целый год обходиться без воды и пищи?

– То есть как – целый год? – удивилась Зари-ма. – Я была одна всего чуть-чуть… может быть, два дня. А потом появился Ульрих.

Селим и Артем переглянулись.

– Время, – неуверенно сказал Ромашин.

– Выходит, что так, – кивнул фон Хорст. – Время в этом «червивом» раю течет по-другому, нелинейно, иначе трудно объяснить парадокс. Ульрих ведь попал в канал связи на год позже, а встретились они буквально через два дня. Впрочем, не стоит забивать этим себе голову. Предлагаю найти более уютный уголок, где мы сможем отдохнуть, поесть и побеседовать. Есть тут такой?

Поделиться с друзьями: