Чтение онлайн

Конечно, молодым офицерам, отправляющимся в свои части было не слишком приятно осознавать себя всего лишь конвоем какого-то рядового... Но... приказы-то не обсуждают. Не обсуждают, но осуждают. Во всяком случае, у двух молодых офицеров (явно высокородных) это осуждение не слазило с лица всю дорогу.

– Что скажете, господа офицеры?
– капрал приблизился к тройке ребят, на которых обратил внимание с самого начала. Они были из одной военной школы и держались вместе. Но чувствовалось, что кроме того, что они одноклассники их сближают и личные симпатии. Явно получался интересный коллективец.

– Что тащимся мы непозволительно медленно, мэсс Витфорд!
– Герб Отарич был самым нетерпеливым из тройки и не скрывал того, что во время переходов любит только стремительное движение.
– Мы могли быть давно за пределами провинции, а тащимся, как...

– Ну, Герб, старина, не все могут, как ты, двигаться без остановки. Посмотри, мастаф картограф тот вообще на лошади еле сидит, удивляюсь, как мы его до сих пор не потеряли.
– это рассудительный Сэм Вутович чуть остудил пыл своего товарища.

– Мэсс Рутти, могу я вас попросить осмотреть лошадь мастафа картографа? У меня есть подозрение, что наш подопечный лошадке уже давным-давно все бока намулял. Я ему подпругу лично затянул, а приезжаем сюда, смотрю - она опять расхлябана, а сей кадр из седла буквально вываливается. И как он это умудряется. Правда, характер есть - не хнычет, хотя уверен, что вся задница у него в синыках.

– Может, наш дорогой Рутти осмотрит и задницу почтенного картографа?
– сострил Сэм.

– Можно, если только не возбудится!
– поддержал шутку Герб.

– Это нашему дорогому мэссу Рутти не грозит.
– с улыбкой отрезал капрал.

– Конечно, конечно. Идемте, мэсс Витфорд, не обращайте внимание на этих пошляков.
– сказал Рутти, поднимая с земли сумку с зельями, с которой никогда не расставался.

– Толковый этот вояка, старина Витфорд, - заметил Сэм, когда Рутти отправился вслед за капралом.

– Ага... только наше назначение - это еще одна проверка или как? Наверное, хотят проверить нашу выдержку...
– произнес Сэм. Герб промолчал, потом пожал плечами и пошел к костру.

Герб не мог сидеть и имнуты без дела, и теперь старательно чистил оружие, не доверяя это дело ординарцу. Его деятельная натура требовала действия. Даже когда отряд двигался по дороге, молодой офицер не сидел без дела - он самостоятельно отправлялся на разведку, даже если в ней не было необходимости, потом смотрел, что твориться у отряда в тылу. Если попадалась какая скала или высокое дерево, Герб неизменно успевал на него вылезти и осмотреть окрестности, чем совершенно вымотал своего ординарца. Сэм подошел к товарищу, когда от костра ушли их ординарцы.

– Герби, думаю, ты согласишься, у нас тут работа, а не прогулка. Смотри сам: капрал из малиновых мушкетеров, картограф, с которого пылинки сдувают. И эта тройка, ребята не простые, сдается мне, они пороха уж нюхнули. Слишком уж их повадки на повадки капрала похожи.

– Это верно, они даже оружие держат совсем не так, как нас учили.

– Вот-вот... Где дают конвой картографу? Еще на нашей земле. До мятежников еще через две провинции кроме нашей перется. Прибавь к этому, что идем не по трактам, а обходными дорогами.

– Получается, это не проверка, это уже работа.

– Ладно, Герб, все равно надо держать ухо востро. Будем шерстить.

– Да, Сэм, ты разобрался с бумагами Старика?

– У него шифр больно мудреный, и он его от бумаги к бумаге меняет. Пока только один документ прочитал.

– А вот и Рутти идет, чего-то машет рукой... ааа - это пора к котлу, жрачка подана, господин действительный стар-лейтенант Сэм Вутович!

Получив от приятеля легкий подзатыльник в ответ, Герб встал и быстро пошел к котлу. Один из ординарцев священнодействовал с поварешкой, одаривая господ офицеров свежей стряпней. Каша с кусками дичи и пряными травами, пахла изумительно. Мастаф картограф напялил на нос очки (не самые толстые). Как истинный представитель своей профессии он был близорук и несколько не от мира сего. Говорят, хорошие картографы всегда порядком чокнутые люди. Ел он быстро и жадно, вылавливая мясо кончиками пальцев, проглатывая кашу большими кусками, ужасно куда-то торопясь.

– Мэсс Витфорд, а вы действительно были малиновым мушкетером?
– спросил Сэм, когда первый голод был утолен.

– Конечно был, был и остался.
– усмехнулся старый вояка.
– Знаю я, куда вы, мэсс Сэм, клоните. Да, я был малиновым мушкетером как раз в то самое время.

Капрал устроился поудобнее, достал трубочку с курительным зельем, затянулся. Все - и солдаты, и молодые офицеры вежливо и сосредоточенно стали слушать ветерана.

– Это было как раз года через полтора после Катастрофы. Сначала была разруха. Власти не было. Магов всюду, где могли, давили, убивали, казнили. Любой вояка с пятеркой наемников-головорезов мог стать королем или бароном, на худой конец. Кому как везло. Конечно, там где люди были поорганизованней, там власть как-то передавалась поспокойнее, без больших кровопролитий. Вот и у нас, в Равенне, кучка князьков да окрестные бароны провозгласили императором старого князя Кая д'Анно де Барси. И провозгласили его только потому, что старик совершенно из ума выжил и думали князья да бюргеры, которые власти вдруг получили неумеренно, что будут сами править за его спиной. Бюргеры заседали в парламенте, а князья верховодили в Коронном Совете.

Бюргеры наши от спеси совсем одурели. Армию почти всю решили распустить - чтобы налоги не платить на вооруженные силы, а зачем? Когда везде бардак, можно пока одной полицией да ополчением обойтись. А чтобы еще расходы на армию сократить задумали они такой хитрый закон провести, мол, порох - это изобретение магов-алхимиков, посему армии пользоваться порохом запретить, а роты мушкетеров распустить самым первым делом. Кто же будет пороховым боем пользоваться, того привлекать к суду как мага, сажать на бочку с этим самым порохом и... того...

В Равенне тогда стояли два полка мушкетеров. Малиновые и синие. А командовали нами братья, оба молодые князья. Виктор д'Анно-Герфе и Силли д'Анно-Патен. Высокородный Силли д'Анно-Патен был маршалком императора, а потому, когда бюргеры начали противу мушкетеров закон принимать, отправился в парламент успокаивать горячие головы. Только головы там были не горячие. Они все уже просчитали и денежки армейские давно межу собою поделили. Так что на увещевания маршалка им, горлодерам было заранее наплевать с высокой колокольни.

Мы как раз на плацу стояли, строем вышагивали, как появляется наш командир, высокородный Виктор д'Анно-Патен, а с ним три его адъютанта. Все на взмыленных конях. "Господа!
– кричит.
– Измена! В Парламенте сидят предатели! Приказываю идти на парламент!"

Мы, конечно, к арсеналу, мушкеты похватали, через четверть стражи весь полк уже несся во весь опор к парламенту, а еще через четверть стражи туда и синие подтянулись. Они второе кольцо образовали. Как раз за нашими спинами. И развернулись, чтобы тыл нам прикрыть, на всякий случай. Тока долго стоять нам не дали. Наш красавец-полковник церемониться не стал. Стража у парламента как нас только увидала, тут же разбежалась, как мыши в амбаре. А он - красавец, высокий, статный, осанка - императорская уже тогда была. Врывается с первой ротой в зал и орет: "Измена! Приказываю арестовать изменников!"