Чтение онлайн

После битвы Стурла выехал дальше на юг к Оградам <хутору Торлейва>, и они основательно разграбили хутор. Оттуда угнали почти три десятка волов, а еще сотню валухов Стурла велел перегнать к нему на Овечью Гору осенью. Они также разобрали на Оградах отличную горенку и увезли ее оттуда на Гейров Островок [693] . Многое из награбленного там и в других местах осело на Овечьей Горе, Лощине и прочих их землях.

Стурла передал Дымный Холм Торлаку сыну Кетиля [694] , а сам тогда же весной отбыл к себе на Овечью Гору и обновил тамошний хутор. Сыновьям Хравна он велел отправляться на запад во Фьорды, и они вернулись на свои хутора.

[1237 г.] Той же весной Стурла отправился на север в Островной Фьорд проведать своего отца Сигхвата.

Сигхват радушно его принял и много расспрашивал о Надворной Битве, но речь его часто переходила в издевку.

Вот он спрашивает Стурлу:

— Никак ты устроил у себя битву, родич?

— Так сложилось, — сказал Стурла.

— Недолго бушевала та буря, — говорит Сигхват.

— Нам не показалось, что так уж недолго, — говорит Стурла.

— Ты, похоже, считаешь, что поднялся на самый верх, — говорит Сигхват, — и это легко почуять.

— А почему бы и нет? — сказал Стурла и улыбнулся в ответ, — я же не говорю об этом вслух.

Тут Сигхват сказал:

— Теперь ты, родич, должно быть, подыскиваешь себе новый хутор, ведь ты, как мне доложили, выпустил Дымный Холм из рук. На обычные хутора ты уже глядишь свысока; где же найти усадьбу, которая будет тебя достойна?

— Предоставляю выбор тебе, — говорит Стурла.

— Таких усадеб от силы две, — говорит Сигхват, — если не принимать в расчет епископские престолы. Одна — это Двор Одди, а другая — Подмаренничные Поля в Долине Капищной Реки. Это — лучшие хутора, но и они не покажутся тебе чересчур большими.

— Оба хутора мне по душе, — говорит Стурла, — но я не думаю, что они сейчас свободны [695] .

— Для хорошего хутора нужно многое, родич, — говорит Сигхват, — прежде всего, тебе потребуются управляющий и распорядительница. Эти люди должны быть бережливы и знать счет деньгам. Я ясно вижу таких людей. Это твой зять Хальвдан с Ключей, и твоя сестра Стейнвёр. Подобная работа подходит им в высшей мере [696] .

Стурла отвечает:

— Эти, конечно, были бы на своем месте.

— Затем, родич, тебе первым делом нужно нанять пастуха, — говорит Сигхват. — Он должен быть небольшого роста, легок на подъем, женолюбив и подолгу находиться в хлеву. Я ясно вижу такого человека: это Бьёрн сын Сэмунда [697] . А провожатых, которые будут ходить за тобой по пятам на двор и со двора, я выделю тебе сам. Пусть это будут твои братья Торд Крюк и Маркус [698] .

Стурла сказал, что подобное занятие его братьям вполне подходит.

— Много еще тебе нужно, родич, — говорит Сигхват. — Тебе также понадобятся люди с умелыми руками, которые могут ставить силки и латать разные вещи, чинить корабли и делать другую полезную работу на хуторе. Я ясно вижу этих людей: это твои родичи, Бёдвар с Усадьбы и Торлейв с Оград [699] .

Стурла воспринял эти слова холодно, но признал, что оба названных люди умелые.

— Вот еще что, родич, — говорит Сигхват, — тебе явно потребуются люди, которые знают толк в лошадях и решают, что нужно взять с собой в каждую поездку. Я ясно вижу этих людей. Это Лофт Епископский Сын и Бёдвар со Двора.

— Я не рассчитываю на то, — говорит Стурла, — что все вокруг будут мне прислуживать, и слова эти лишние.

— Теперь осталось совсем немного назначений, но от них очень много зависит, — сказал Сигхват. — Тебе еще понадобятся люди, которые могут закидывать сети, ездить на торговые сходки и к кораблям; они должны быть в меру смышлены и быстро принимать решения, надзирать за другими людьми и отправлять их с поручениями. Я ясно вижу этих людей: это Гицур сын Торвальда и Кольбейн Младший.

Тут Стурла вскочил и вышел вон.

Но когда он вернулся, Сигхват обратил все в шутку, и они со Стурлой начали другой разговор.

Стурла пробыл там недолгое время и уехал к себе домой на Овечью Гору.

Когда Лофту Епископскому Сыну стали пересказывать беседу Сигхвата со Стурлой, он отвечает:

— Все это очень забавно и отлично придумано: каждому в точности подходит именно то занятие, которое нашел Сигхват.

Но когда дошло до того места, что им с Бёдваром надлежит присматривать за лошадьми, Лофт сказал:

— Черт бы побрал их брехню, и чтоб им всем было пусто! Надеюсь, что кончат они вовсе не тем, что все люди будут хлопотать ради них [700] .

[1237 г.] Летом Снорри сын Стурлы покинул страну, выйдя в море с Отмели. С ним вместе отправились Торд Какали, Торлейв и Олав. Они пристали на севере Норвегии и провели зиму в Нидаросе.

[1237/1238 гг.] Снорри находился при Петре, сыне герцога Скули, а сам герцог той зимой сидел в Осло, как и конунг Хакон. Конунг и его тесть герцог тогда еще хорошо ладили.

Орэкья находился при герцоге.

[?1238 г.] Весной после Пасхи герцог отбыл на север в Нидарос, а конунг и фру Рагнхильд [701] уехали в Тунсберг вместе с ее дочерью, королевой.

Там же весной, в канун Мессы Двух Апостолов [702] королева Маргрет родила Магнуса, который впоследствии стал конунгом. Ребенка крестили в день Мессы Креста [?3 мая 1237 г.].

[1237 г.] Стурла в то лето сидел на Овечьей Горе. С Бёдваром с Усадьбы и прочими сыновьями Торда он держался враждебно: он считал, что те чересчур привержены Снорри в их распрях между родичами.

Осенью Бёдвар и Стурла встретились на хуторе Стены; после этого их отношения потеплели.

Позже осенью Бёдвар отправился на Овечью Гору, а оттуда выехал на север к своему зятю Кольбейну, с которым они отлично ладили.

А к посту перед йолем Стурла сын Торда и его брат Торд, по совету Паля сына Халля, отправились вместе с ним к Овечьей Горе. И Стурла отлично их принял и обещал осыпать почестями, если они будут вести себя как надо [703] .