Чтение онлайн

Временами, слегка наклонив голову, Он, казалось, прислушивался к слышимым голосам, а иной раз можно было видеть, как Он рисует какие-то знаки рукой или указательным пальцем в воздухе, как будто общается с невидимыми существами.

Время от времени прибывали другие посетители с Запада. Джек и Виктория Хислопы, который были преданными Бабы в течение нескольких лет, вошли в Его дом однажды утром вместе с другой американской супружеской парой. Как только Баба вошел в комнату, Джек начал, почти задыхаясь, говорить Ему: "Мы хотим поблагодарить тебя, Свами, за спасение наших жизней прошлой ночью". Баба улыбнулся и ответил: "Да, то было своевременно. Вы были все настолько потрясены, что никто из вас не позвал Свами. что никто из вас не позвал Свами. Но Свами спас вас все равно". Баба часто называет себя Свами. Затем Он обернулся к мужчинам, уже сидевшим в комнате, в основном -- индийцам, и стал оживленно рассказывать на телугу об этом происшествии.

Позже в тот же день мы также услышали эту историю от обеих пар. Оказалось, что в какой-то момент они все ожидали лобового столкновения с быстро движущейся машиной, которая, как они видели, приближалась к ним. Как раз тогда, как все все они пристегнули ремни и приготовились к аварии, каким-то таинственным образом машина уже была позади них. Позже они решили, что это было абсолютно невозможно, так как там не было достаточно места, чтобы машины могли разминуться, поскольку мешал большой автобус.

ВСе они выглядели пристыженными, когда поняли, что Баба прав и что они были слишком потрясены, чтобы сделать что-нибудь, кроме как ждать аварии, которая, все они были в этом уверены, должны была произойти.

Каким-то странным образом замечание Бабы произвело на меня несоразмерно глубокое впечатление, как будто Его слова были выжжены в моем мозгу. Мгновенно я мысленно дала обет постараться вспомнить и позвать Его, если бы мне когда-либо потребовалось помощь. Я вспомню эту сцену и слова Бабы, неизгладимо запечатлевшиеся в моей памяти, лишь год спустя после нашего следующего визита, когда был угнан самолет, на котором мы летели из Бомбея в Лондон.

Почему я так сильно прореагировала на слова Бабы? Могло бы быть так, что Он предупреждает меня о том, чтобы я не забыла позвать Его на помощь, подчеркивая, что, в отличие от учителя в тибетской жизни, Он не обманет меня? Знаю только, что это произвело на меня столь глубокое впечатление, что я не позабыла позвать Его на помощь в нескольких случаях. И каждый раз помощь приходила.

На протяжении того времени, когда Баба был в Мадрасе, а мы посещали другие ~ашрамы|, у меня были очень сильные головные боли и тошнота, которые я относила тогда за свет жары и влажности. Но по возвращении в Бангалор на несколько дней, где погода была более мягкая, случился другой, поистине ужасный приступ. В то утро мы пошли, как обычно, в дом Бабы, несмотря на головную боль. Я надеялась, что Он как-то избавит меня от мучительной боли. Как только Он увидел меня, то быстро материализовал какие-то большие белые пилюли и велел мне съесть их. Затем Он позвал Нанду, одну из женщин, живших в Его доме. Когда она спешно прибежала, Он велел ей уложить меня в одной из комнат и остаться при мне. Головная боль стала даже еще более сильной, так что я совершенно не осознавала, что Баба время от времени входил и растирал мой лоб рукой. Я услыхала об этом позже, когда выздоровела. По-видимому, я была настолько больна, что Нанда забеспокоилась. Позже она рассказала мне, что Баба увещевал ее, говоря: "Не волнуйся. Она не умрет. Она проживет долго". Следуя распоряжениям Бабы, я оставалась на ее заботливом попечении весь день, не возвращаясь в гостиницу на ланч. Вечером, когда настало время всем уйти, мы вернулись в гостиницу.

На следующее утро мы вернулись в дом, и как только Баба увидел меня, сидящую вместе с другими женщинами, то сказал: "Итак, ты все еще воюешь со мной!" Я пришла в ужас и выпалила, не подумав: "О, нет, Баба, я не воюю с тобой", на что Он ответил: "Нет, не ты, болезнь. Тебя там даже не было вчера".

Между тем, я поняла причину этих головных болей. У меня всегда была чрезвычайно сильная аллергия на мононатрийглутамат, вкусовую добавку, которая подается в США под фирменным названием "Акцент" и щедро употребляется в китайских ресторанах. Мы ели китайскую пищу в Мангалоре, а потом -- в Бангалоре накануне этого последнего приступа. Без сомнения, это было причиной обоих приступов головной боли.

На следующее утро Баба вручил мне маленький пакетик бетельного ореха, когда проходил мимо меня к мужской стороне комнаты. Когда Он делал это, то сказал: "Нарушение пищеварения; не Индра Деви". Это замечание приводило меня в недоумение многие годы, пока я не начала понимать, что нарушение пищеварения -- это противодействие принятию пищи. Мое тело, конечно, сопротивлялось мононатрийглутамату, но теперь я видела, что противодействие, о котором Он упоминал, имело более глубокий смысл. Я -- единственный ребенок чрезвычайно властной матери, которая так боялась, что меня избалуют, что мешала исполнению любого желания, которое у меня могло возникнуть. Единственным выходом для меня было сопротивляться ей, чтобы сохранить свою индивидуальность. Но вместо того, чтобы защищаться, я ушла в себя и умышленно старалась быть по возможности более незаметной, чтобы не привлекать ненужного внимания с ее стороны. Впоследствии я всегда избегала быть в центре внимания и ужасно боялась совершить какую-нибудь ошибку, которая заставила бы ее обрушить свой гнев на мою голову.

Индра Деви не проявляла такой нерешительности в разговорах или в том, чтобы быть на виду. Она отзывчива и полна энтузиазма и способствовала представлению Бабы тысячам людей, как только появлялась возможность. Когда я, наконец, поняла значения замечания Бабы, я поразилась Его проницательности и смогла лучше понять Его метод постоянного побуждения меня к тому, чтобы предлагать свои услуги, разговаривать и стараться быть на виду, обучения меня сохранению равновесия между сопротивлением и защитой.

За несколько дней до того, как мы запланировали вернуться домой, Баба спросил нас, когда вылетает наш самолет. Когда мы сообщили Ему, что запланировано вылететь утренним рейсом в Бомбей в определенный день, Он велел нам упаковать багаж, погрузить его в такси и приехать в Его дом на прощальную беседу. Мы уже знали, что это -- одна из Его любимых маленьких забав, который индийцы называют ~лилами|. Это доставляло Его преданным много часов беспокойства, пока они не выучили урок, который Он намеревался преподать им -терпение и доверие, когда Он даст достаточно времени, чтобы успеть на самолет. Однако, это был наш первый опыт в этом испытании, и мы оказались совершенно неподготовленными к последовавшему напряжению. В утро нашего отъезда мы сделали, как Он сказал, и подъехали к Его дому на такси, загроможденном всем нашим багажом.

Я столкнулась с дополнительной и типично женской проблемой, чт'о надеть! Как могла я надеть тонкое ~сари| для беседы, все же это недостаточно теплая одежда для полета с предстоящими остановками в местах с холодным климатом? Наконец, я решила надеть ~сари| поверх моей одежды и снять его позже либо в такси, либо в самолете. Оказалось, что это решение не было мудрым, так как в это время года наступала сильная жара.

Баба приветствовал каждого из нас, когда вошел в комнату в то утро, и, улыбаясь, снова спросил, когда вылетает наш самолет. Когда мой муж сказал Ему, Он ответил: "Это -поздний рейс. Увидимся". С этим загадочным замечанием Он вышел из комнаты. В течение следующих двух часов каждый раз, как Он появлялся, мы ожидали, что Он позовет нас на беседу, но Он даже не глядел ни на кого из нас. Нам дали возможность поволноваться и помучиться, и мы все больше расстраивались и беспокоились по мере того, как утекали минуты, и боялись, что опоздаем на самолет. Вдобавок к моему беспокойству, мне было жарко от лишней, которая была под ~сари|. Наконец, когда мы покорились тому, что, вероятно, пропустим наш рейс, Баба быстро вошел в комнату и кивком подозвал нас обоих с самым невинным выражением на лице, как будто не имел никакого представления о том, в каком напряжении мы были. Мы были уверены в том, что Он не только знает о нашем беспокойстве, но и намеренно провел это испытание этой веры и доверия. Боюсь, мы не слишком хорошо проявили себя на этом первом испытании. Когда мы последовали за Ним в комнату для бесед, Он подбадривающе улыбнулся, чтобы дать нам возможность почувствовать себя непринужденно после пережитого напряжения.

В тот день моему мужу подарили исключительно привлекательную фотографию Бабы, сделанную Сохан Лалом, старым преданным из Нью-Дели, с которым Он сидел и разговаривал на протяжении прошлых нескольких дней. Он держал ее в руке, когда Баба увидел эту фотографию, Он взял ее и написал на ней: "С любовью и благословениями" и подписался "Сатья Саи Баба". Затем Он продолжил беседу.

Помимо прочего, мы спросили Его, когда мы должны вернуться. Прежде, чем ответить, Он направил указательный палец прямо на меня, подобно школьному учителю, собирающемуся задать вопрос. Затем Он сказал: "Сначала пойми, что тебе нет необходимости возвращаться, чтобы увидеть незначительное тело", указывая на себя. После минутной паузы, Он добавил: "Найди меня в своем сердце". Он наблюдал, какой эффект произвели эти слова на меня. Я знала, что Он напоминает о моей недавней борьбе с идеей иметь учителем человека, с которой я, наконец, справилась с Его мысленной помощью. Подтверждал ли Он теперь решение, которое я, наконец, нашла, что Он символизирует Бога внутри каждого из нас? Когда Он увидел, что я поняла Его замечание, то добавил со Своей ослепительной улыбкой: "Но ты возвратишься, чтобы возродиться". Потом Он объяснил, что Его физическое присутствие позволяет последователям зарядиться Его энергией. Прошло много лет прежде, чем я поняла, что этим предостережением не привязываться в Его физическому облику Он подготавливал почву для особого обучения меня в будущем.

Мы ушли с Его благословениями, звучащими в наших ушах, и с большим конвертом, заполненном маленькими пакетиками с ~вибхути|. Мы поспешили к ожидавшему такси, надеясь, что водитель сумеет доставить нас в аэропорт вовремя, чтобы поспеть на самолет.

Когда я сняла свое ~сари| и осталась в одежде западного стиля, которую я носила под ним, я почувствовала, что этот простой акт символизирует изменение отношения, уже происходящее при подготовке к нашему возвращению на Запад и в земной мир самолетов самолетов и календарных планов.