Чтение онлайн

– Телеграмма из Лондона, мистер Вулф.

Дэвид развернул телеграмму. Она гласила:

«Начало съемок „Грешницы“ назначается на первое марта. Корд». Он протянул было телеграмму Розе, но тут в кабинет снова вошла секретарша.

– Еще одна телеграмма, мистер Вулф.

Дэвид быстро распечатал ее и, пробежав глазами, испытал чувство огромного облегчения.

«Макаллистер выдаст все необходимые средства для борьбы с Шеффилдом», – говорилось во второй телеграмме. Как и первая, она была подписана «Корд». Он передал обе телеграммы Розе. Она прочитала их и посмотрела на мужа сияющими глазами.

– Мы победили! – воскликнула она, и в этот момент дверь снова открылась.

– Ну что еще, мисс Вильсон? – раздраженно спросил Дэвид. Девушка в нерешительности остановилась в дверях.

– Простите за беспокойство, мистер Вулф, но только что пришла еще одна телеграмма.

– Хорошо, не стойте там, давайте ее сюда. Это нам обоим, – сказал он, протягивая телеграмму Розе. – Прочти.

Роза посмотрела на телеграмму, потом на Дэвида. На лице ее сияла улыбка. Дэвид прочитал телеграмму, зажатую в ее руке: «Желаю счастья! Надеюсь, что у вас будут двойняшки!»

Эта телеграмма была подписана «Джонас».

– Черт возьми, какую глупость мы совершили, – выругался Форрестер, поднимая в воздух КЭ-200 вслед за группой «спитфайров».

– Какую? – спросил я из кресла второго пилота, оглядываясь на Лондон, подернутый утренним туманом. Внизу кое-где еще виднелось пламя пожаров – результат вчерашнего ночного налета. – Они не купили наш самолет, зато купят все В-17, которые мы сможем выпустить.

– Да я не об этом, – проворчал Роджер.

– Первый и второй двигатели проверены, – раздался позади нас голос Морриса, – третий и четвертый двигатели проверены. Теперь можешь убавить подачу топлива.

Роджер убавил подачу топлива.

– Я вот что имею в виду, – сказал он, оборачиваясь к Моррису, выполнявшему функции бортинженера. – Мы совершили глупость, что полетели все вместе в одном самолете. А если он рухнет? Кто тогда будет управлять компанией?

Я улыбнулся.

– Не стоит так беспокоиться.

– Но именно за это ты и платишь мне деньги. Президент компании обязан беспокоиться, особенно при таком темпе роста доходов. В прошлом году наш общий доход составил тридцать пять миллионов, а в этом году, за счет военных заказов, он составит свыше ста миллионов. Надо начинать подбирать персонал, который смог бы заменить нас в случае, если с нами что-нибудь произойдет.

Я достал сигарету.

– А что с нами может произойти? – спросил я, глядя на него сквозь клубы табачного дыма. – Разве что ты позавидуешь королевским военно-воздушным силам и вновь вернешься на службу?

Он вытащил у меня изо рта сигарету и затянулся.

– Ты же знаешь, Джонас, что я не могу иметь дело с этими парнями. Если уж мне суждено летать в председательском кресле, то я предпочитаю делать это у тебя. Здесь хоть я, по крайней мере, возглавляю генеральный штаб.

Конечно, он был прав. Война вынуждала нас к такому расширению производства, которое нам и не снилось. К этому мы не были готовы.

– Нам нужен управляющий канадским заводом, – продолжал Роджер.

Я молча кивнул. И здесь он был прав. На своих американских заводах мы будем выпускать детали для самолетов, а потом отправлять их для сборки в Канаду. После сборки канадские военно-воздушные силы будут перегонять самолеты в Англию. Если отладить такую систему, на производство одного самолета у нас будет уходить около трех недель.

У этой идеи имелись значительные преимущества в плане налогов. Строительство завода брались финансировать канадское и английское правительства, и это было нам выгодно. Во-первых, само строительство обойдется дешевле, потому, что мы не будем выплачивать проценты, а во-вторых, налоги с чистого дохода будут выплачиваться в Канаде, где налоговая скидка в четыре раза меньше, чем у дядюшки Сэма. Пилотам это тоже будет выгодно, так как они смогут заработать американские доллары.

– Хорошо, я согласен. Но ни у кого из наших служащих нет опыта по управлению таким громадным производством. Только у Морриса, но его мы отдать не можем. У тебя есть кто-нибудь на примете? – спросил я.

– Конечно, но эта кандидатура тебе не понравится.

Я посмотрел на него.

– Скажи кто, а там видно будет.

– Эймос Уинтроп.

– Нет!

– Он единственный, кто сможет справиться с таким производством. И надо бы поторопиться. При нынешнем развитии событий его обязательно кто-нибудь перехватит.

– Ну и пусть забирают этого говнюка и пьяницу. За что бы он ни брался, всегда заваливал дело.

– Он знает производство самолетов, – продолжал упорно настаивать Форрестер. – Я слышал, что произошло между вами, но к делу это не имеет отношения.

Я молчал. Впереди нас самолет командира группы «спит-файров» покачал крыльями. Это был сигнал вхождения в радиосвязь. Форрестер наклонился и щелкнул тумблером рации.

– Слушаю, капитан.

– Старик, в этой точке мы покидаем вас.

Я взглянул вниз. Под нами расстилались воды Атлантического океана, мы находились в сотнях миль от Британских островов.

– Все в порядке, капитан, – сказал Форрестер. – Спасибо.

– Счастливо добраться домой, ребята. И не забудьте прислать нам побольше самолетов, они понадобятся летом, чтобы отплатить немцам.

Форрестер рассмеялся. Над Англией нависла серьезная угроза, а эти парни уже думают о том, как будут бить немцев.

– Вы получите их, капитан.

– Все, конец связи.

«Спитфайр» снова покачал крыльями, и вся группа пошла на разворот, беря курс к родным берегам. Наступила тишина, и мы остались одни над Атлантикой. Я отстегнул ремень безопасности, поднялся.

– Если у вас все в порядке, то пойду немного вздремну.

Роджер кивнул. Я открыл дверь кабины.

– Подумай над моими словами, – бросил мне вслед Форрестер.

– Если ты об Эймосе Уинтропе, то считай, разговора не было.

Моррис с унылым видом сидел в кресле бортинженера. Когда я вошел, он поднял голову и произнес печальным тоном:

– Я этого не понимаю. Ведь все легко можно посчитать. Экипаж В-17 пять человек, а у нас девять. До Германии им лететь самое большое две тысячи миль, значит, им не нужен самолет с дальностью полета пять тысяч миль. Производственные расходы на выпуск В-17 немного больше половины наших расходов. Но у нашего самолета потолок высоты больше на тысячу футов и скорость на двести миль в час больше. Кроме того, в два раза больше бомбовая нагрузка.