Чтение онлайн

Четверг, 22 июля 1999

Выпуск 56

МОЯ ДОРОГАЯ Пожалуйста, сядь Я расскажу тебе про собаку, Про собаку с острой мордочкой И одним оттопыренным ухом. Я о ней слышал от старой женщины, Что прежде жила не в большом доме, А когда еще стояли деревянные дома И раскидывались огороды над самым берегом. В те времена она была молода. "Мы жили здесь с мужем, У самого почти шлюза, но не важно". Присядь, моя дорогая, Я хочу рассказать тебе про собаку, Что жила вместе с ними. Известно, дом стоял лицом к улице И задами к берегу. "Мы щенком нашли, решили пусть живет". Вот он и вырос у них, Моя дорогая, я рассказываю тебе о собаке С оттопыренным ухом, оттопыренным Из-за раны на голове, на той самой голове, Куда угодил топор соседа в отместку за то, Что во двор не впускала, А штанину прокусила. "У-у, стерва". "А знаете, рана глубокая, Мы и не знали, что поделать ; Матрос лежит, мухи поналетели, Отгоняем - толку-то, вся голова в крови, Будто мозг даже видно. Мы туда-сюда, смотрим - исчезла собака". Моя дорогая, это мне рассказывает старушка Про собаку с оттопыренным ухом и острой мордочкой Потуши газ, его пламя на звезды похоже, На те звезды, если воет собака). Здесь прежде были деревянными дома И раскидывались огороды, Она молодая, в те времена про собаку рассказывает. Если ты забыла, я тебе напомню, Что исчезла собака. Они не знали, что делать, Но зато вились зеленые мухи, Ты помнишь - было видно мозг. Моя дорогая, сядь ближе, Ведь собака вернулась через две недели; Пропали мухи, только ухо нескладно срослось Оно слушает; кто идет, с чем идет. "Строить начали - нас снесли. Это сейчас здесь магазин, автобусная остановка, А был палисадник. Дали мне однокомнатную". Моя дорогая , У нее умер муж, дай твою руку, Я тебе рассказываю про собаку С оттопыренным ухом на месте прошлой деревни, Лицом на дорогу, к реке огородами. Теперь она гуляет с Матросом И говорит о сыне, который есть ровно на столько, Чтоб можно было сказать: там, мол, и женат. "Но главное я не сказала, Вот ведь бывает собаки, В ту зиму, холодная стояла зима, тогда-то мой И заболел крепко, ночью слышу Матрос лает, не угомонится Я лежу, не спится, моему худо, Я ему то водички, то лекарства подам" Моя дорогая "Я в окошко поглядела, батюшки Во дворе, от калитки недалеко, лежит кто, Да раздетый - ночь лунная. Матрос вокруг бегает, бегает, На дверь в дом кидается, лает. Выйти страшно, да как не выйти. Я в валенки, пальто накинула. Домой затащила. Еле-еле - пьяный. Руки потом болели. И что вы думаете, а это тот, что его топором. Дорогая моя, Так про собаку она говорила, Накрапывал дождь на прошлую деревню, Она сама опиралась на палку: "Вот ведь как бывает-то". Я хочу рассказать тебе про собаку, Да, да, ту самую, что мы встречаем на берегу. У нее нет больше хозяйки Из бывшей деревни. Лишь собака приходит сюда переживая. Но моя дорогая, У собак человеческие судьбы, Тем более сын ничего не взял из квартиры, Увязывая фарфор в мягкие вещи, Нет-нет, он от всего отказался, Погружая инкрустированную мебель. Только одно, единственное он взял И вынес - Матроса(ты много слышала о нем), -На улицу. Отвечали мне рабочие, Они ремонтировали квартиру: "Мы кормили его в подъезде, люди его прогнали." А ты его видела, моя дорогая, Мы ходили с тобою собирать цветные листья, Мы изучали икебану - а он как раз стоял на дороге. Ты видишь, он стоял и слушал В шорохах падающих листьев прошлую деревню, Бывшую будку, "вот ведь как бывает-то". Моя дорогая, Я хочу рассказать тебе про собаку С оттопыренным ухом, что мы страшные люди. (Это я шепнул, открой газ - как они пахнут, звезды) Ведь иначе было ли можно, Моя дорогая, я искал с ним встречи И запомнил ее до смерти, но он был рад в глубине души. Просто стягивают повязкой лицо, "Держите лапы", - говорят, я зажал его руки. Моя дорогая, я рассказываю тебе про собаку С оттопыренным ухом, его хозяйка не раз повторяла: "А умный-то, умный". Делают всего один укол, И он душит сердце. Больше никого не осталось из той деревни, Только в глазах его мелькнуло человеческое, Моя дорогая Это остановилось в них твое лицо. Моя дорогая...

Шанли <oblic@chat.ru>

МОТОЦИКЛИСТКА Чувство внутреннего сгорания. На глянце черной ладони Росинки твоей любви. Юрий Ксилин<xilit@mail.ru>

Про Серого Зайца Глава 1 Все звали его просто Серый.
– Эй, Серый, - кричал его начальник Хорек, - сделай кофе на две персоны и напиши письмо, я проверю. Заяц делал кофе, писал письмо и приносил его на проверку.
– Его нельзя не проверить, - снисходительно говорил Хорек посетителю, видите, какая это серость. И письмо всегда уходило без исправлений.
– Хороший работник?
– интересовался гость у Хорька.
– Серый, - был неизменный ответ. Жизнь Зайца текла спокойно: все относились к нему снисходительно (серых не принято выделять из общей массы). Заяц давно уже работал у Хорька: варил кофе, писал письма, составлял отчеты. Он никогда не жаловался, и все ошибки принято было списывать на него. Если Кошка неправильно умножала, или Медведь наступал Зайцу на ухо, Хорек отчитывал Зайца. Втайне Хорек считал себя немного Горностаем и любил подчеркивать свое высокое положение. Кошка мечтала о том, чтобы стать Пантерой. Она работала недавно и Зайца называла небрежно: "Этот Серый". Медведь был водителем Хорька и хотел одного - чтобы зимняя спячка длилась всю жизнь. На Зайца ему было наплевать. А Заяцї Он не мечтал ни о большой морковке, ни о новой норе со всеми удобствами. Только поздно ночью, когда никто не мог ему помешать, он представлял, что он стал Белым. Это был необыкновенно чистый цвет, и все чувствовали, как он исключителен, все дружили с ним и любили за эту невероятную белизну. А утром все повторялось: - Серый, три кофе и семь писем, я проверю. Но однажды жизнь Зайца изменилась. Глава 2 "Внимание, жители Города! К нам приезжает сам Лев - Великолепная Царская Морда! Кто напишет лучшее сочинение на тему "О чем думает Лев", тот будет награжден дипломом ?Почетный друг Царской Морды" и объявлен Исключительной Персоной. Сочинения будут рассматриваться лично Львом!" - так писала Большая Единая Газета в начале весны. И для Зайца настали жаркие дни: это был первый визит Великолепной Царской Морды в Город, а Лев любил лично (инкогнито) посещать все конторы. Хорек уже знал, что Лев инкогнито посетит и его фирму, поэтому усилил распекания Серого и удвоил силу своего голоса. Все хотели стать Исключительной Персоной. Кошка написала, что Лев думает о том, как тяжело пришлось бы ему править без верных мелких родственников; Хорек считал, что мысли Царской Морды направлены на выявление истинный начальников - ловких и цепких, как хорек, но с высокими идеалами горностая. Медведь ничего не писал, - он спал. Заяц тоже ничего не писал, и на замечания начальника: "Что ж ты, Серый, не пишешь? Куда тебе, верно? Серость ведь" не отвечал. Настал знаменательный день. В утреннем выпуске Большой Единой Газеты на первой полосе большими буквами напечатали статью "из компетентных источников", что в 12:00 ровно Лев (инкогнито) посетит фирму Хорька. С утра Заяц получил в 10 раз больше обычного распеканий и упреков. К 10:00 все уже было готово к приезду Царской Морды. Лев прибыл ровно в 12 (он любил точность) и, не раскрывая инкогнито, пришел к Хорьку. Зачитали сочинения, выпили кофе, и тут Лев заметил Зайца.
– Хороший работник?
– спросил Царь Зверей.
– Серый, но исполнительный, - быстро ответил Хорек и метнул в Зайца взгляд типа "уйди с глаз долой".
– А сочинение что ж? Писал?
– обратился Лев уже к самому Зайцу (Царь вообще любил проявлять "демократическую лояльность к среднему классу", как писали газеты).
– Я не писал, - робко ответил Заяц, - но мысли Ваши знаю. Хорек почернел и хрюкнул в чашку.
– И что ж, поведай, - разрешил Лев.
– При Вашей работе Вы думаете о том, как хорошо было бы стать простым маленьким котенком и побегать за клубкомї Дальнейшего не ожидал никто: в ту же минуту Царь раскрыл свое инкогнито, объявил Зайца Исключительной Персоной и вручил ему диплом "Почетного Друга Великолепной Царской Морды". Жизнь Зайца изменилась: его перестали распекать за чужие ошибки и начали даже хвалить за свои и чужие удачи, стали называть "наша светлая голова" и "дорогой друг". Глава 3 Лев уехал. Постепенно все забыли про Исключительную Персону Зайца, и в конторе привычно раздавалось: - Серый, два кофе и письмо, я проверюї ї ї

Юлия <yuliya_barmina@yahoo.com>

Депутатам весеннего созыва посвящается. История кандидата в депутаты Изюмова. ?И были ему голоса... Если бы вы открыли ?Замойские ведомости? двухлетней давности, то увидели бы этому подтверждение: господин Изюмов по данным опроса М?ой кандидат? по Замойскому территориальному округу получил 2% этих самых голосов... Не буду заострять ваше внимание на репрезентативности и надежности полученных социологами данных - это к сути повествования не относится, а перейду сразу к последствиям этого важного в жизни кандидата Изюмова события. Так вот, после этого случилось с кандидатом непредвиденное: голоса ему были снова... Вообще-то, кандидат Изюмов, имея обильно сдобренную номерами исправительных учреждений 40-летнюю биографию, был вполне социально адаптированным человеком: он ясно представлял себе правила жизнедеятельности, исключения из них, последствия из исключений и исключения из последствий. Но также он умел хорошо считать деньги и считал, что его депутатские амбиции заслуживают всяческого удовлетворения. Не вдаваясь в подробности политической программы кандидата Изюмова - она отличалась от обычных для Замойска кандидатских минимумов лишь бОльшим максимализмом - скажу: несмотря ни на что, в том числе и на потраченные кандидатом умственные и материальные резервы, с жестокостью, присущей всякой реальности, настоящее нарисовало Изюмову совсем неутешительную картину его ближайшего будущего. Да-да, Изюмов был разочарован и подавлен этим самым настоящим настолько, что решил прислушаться к голосам... А они нашептывали ему очень необычные вещи... Отвлечемся немного, чтобы восстановить предшествующий ход событий... Надеюсь, вы помните историю инженера Закрючина, изложенную в предыдущей лекции... Примечательно, в силу места службы своей, извините, ...любовницы Венеры, кандидат Изюмов эту историю вспомнил тоже. Он даже был в курсе диагноза инженера и симптомов этого нередкого для Замойска заболевания (Тут надо пояснить, что по причине высокой сознательности граждан, проявленной при проведении в 80-х годах в Замойске макулатурных кампаний, в заведении, где Венера работала поварихой, коротали свои дни Чингисхан, Маргарита Наваррская, Шахерезада и даже, Три мушкетера (правда, в одном лице) - герои распространенных в Замойске литературных произведений. Были, конечно, там и Бешеный, и некая Настя Каменская, но по не установленной причине данные пациенты быстро шли на поправку и готовились к выписке). Так вот, придерживаясь оптимистических взглядов на темпы развития научно-технической прогресса и под давлением упомянутых мною голосов, Изюмов уже не имел сомнений..., вернее, не хотел сомневаться в том, что этот инженер Закрючин действительно что-то изобрел, и очень может быть, что машину времени, которая, вполне вероятно, могла бы сыграть определенную роль в его, изюмовском, будущем. Единственное, что ему оставалось, так это окончательно и лично в этом убедиться. Проанализировав свои оставшиеся материальные возможности, кандидат в депутаты Изюмов выбрал самый дешевый и простой путь... Итак, как вы справедливо можете предположить, теперь мы обратимся к истории болезни кандидата в депутаты Изюмова. А она начинается копией протокола, составленного лейтенантом Замойского РОВД Караваевым: ?В Замойское отделение милиции поступил сигнал от граждан, жаловавшихся на очень странное поведение скандально известного в городе кандидата в депутаты Изюмова: ?Данный рецидивист (и личность, казалось бы, однозначная), внезапно выпал из предвыборной гонки и почему-то перестал подкупать электорат бесплатной водкой, а трижды был замечен у проходной фабрики ?Краснй целлофан, где с использованием громковорителя-колокольчика декламировал из книги ?Двадцать лет спустя? одну и ту же 235-ю страницу, которая представляла собой всего лишь оглавление.? Больной был освидетельствован сотрудниками Замойского райздравотдела и доставлен в Замойскую психиатрическую лечебницу имени З.Фрейда.?

NN Буневич

Вторник, 27 июля 1999 Выпуск 57 В Гостевой Книге - конкурс переводов Эдгара По

Т Р Е Х С Т И Ш И Я

Из уст поэта Фонтан красноречия. Брызги слюны. * * * Не смея дух перевести Читаю, читаю стихи... Поймал читателя. * * * Апрель. Зеленеющий луг. Коровы не прячут радостных слез При виде травы молодой. * * * Майская теплая ночь. Ой! И расстегнута блузка... Ай! И комар укусил. * * * Шелест юбок, Еще вчера незнакомых Командировка... * * * ... и вовсе не проходит тот ожог, который получил я от твоей, случайно прикоснувшейся коленки... * * * На пожаре Как играет струей из брандспойта Молодой и веселый пожарный! Не до криков ему из окон... * * * Рассматривая надпись "Общепит" на тарелке С грустью гляжу я На полуистертые буквы Где теперь общество то?... * * * Весеннее половодье на Оке Как река разлилась! Из воды едва торчит Экскаватор брошенный. * * * Рыбалка в разгаре! Уже и наживку С трудом отличу от закуски... * * * Пусть из канавы, Избитый, пускай и нетрезвый Но все же любуюсь луной!

Миша Бару <synchro@fibkh.serpukhov.su>

О сне Смысл жизни каждого человека есть Сон. Полностью Счастлив человек бывает, только когда Спит. Посмотрите на лица Спящих людей. Где вы видели более счастливые, умиротворенные, довольные лица? Человек любит Спать. Он делает это часто и подолгу. Он может Спать везде. К тому же он хочет Cпать везде, для разнообразия. Люди уже Спали на Эвересте (не на самом, правда, верху), в космосе, под водой, на обоих полюсах - прогресс идет! Алкоголь, никотин, наркотики - это все заменители Сна. Они позволяют Спать не только когда спишь, но и когда не Спишь. Глюки нарка и фантазии пьяного очень похожи на Сновидения. Искусство зачастую тоже очень похоже на Сновидения. Некоторые разновидности науки тоже. Философия вообще Сон голимый. Работа, созидание, и прочее - все нам надо для того, чтобы было что кушать, а кушать надо, чтобы приятнее было Спать. К сожалению, особенности организма требуют питания и питья. К тому же они не позволяют Спать все время. Некоторое время приходится бодрствовать. Это время сопряжено с неисчислимыми страданиями, человек только и думает о том, чтобы быстрее кончился рабочий день, он ушел домой и Заснул там. Иногда он Спит прямо на работе, а другие его ругают за это из зависти. Иногда человек придумывает себе Развлечения (театр, кино, горные лыжи), чтобы как-то занять время бодрствования, и все эти развлечения - это элементы Сна. Например, спуск на горных лыжах дает ощущение, несколько похожее на Сновидение. А танцуя с девушкой, человек только и думает о том, как бы Поспать с ней. Образование нужно как источник Сна. Нигде так не Спится, как на лекции. Политика вообще Сон сплошной - посмотрите на гос. Думу. Какие Сонные рожи! Сексом люди занимаются по двум причинам: 1.Это похоже на Сон 2.C благородной целью - кому-то надо Спать после нас Добавлю еще, что в начале нашей жизни - сплошной Сон, и в конце бесконечный Сон. Так что все мы из Сна вышли и в Сон стремимся. Неясен только один вопрос - почему все так боятся бесконечного Сна. Моя версия люди хотят все же иногда просыпаться, чтобы спросить у других людей : "Как Спалось?" Африканец <из архивов ВМ>

* * * Когда развеется туман и прах последней пирамиды, тогда прозрачный целлофан про мед расскажет и акриды, про крест, несение креста и про крестовые походы, про государства и места умом не тронутой природы, и, продолжительно шурша и шевелиться продолжая, напомнит все-таки - душа была, какая-никакая, А легкая как я сама... И мне на ум приходит снова, что, может, горе от ума и стоит сказанного слова. * * * В окно кидается метель но неподвижны занавески. У каждого своя есть цель, порою грубая по-детски. У Авеля, который спит, непоправимая звучала, что будет братом он убит у человечества начала. У Каина была своя, она над Авелем довлела, чтобы законы бытия облечь в дыхание и тело. Наверно есть и у меня, Но звездный путь настолько млечный, что понимать язык огня мне выпадает бесконечно. * * * ...Если бы в море Скользнуть И плыть, плыть, Огибая Пицунды мыс. Внизу города звезд. Луны идут косяками. Одна остановится, посмотрит А я рыбка маленькая, Незнакомая.

Шанли

Хоть сколько солнца будет в лете Не переполнится земля, И сыплют бесконечным блеском Весь долгий полдень тополя. И ты себя вплетаешь в лепет И зной, где кругом голова, Где - облаков земные слепки Не умолкают дерева. Я узнаю тебя повсюду И преломляю как стекло: Ты скол хрустального сосуда И стрекозиное крыло. Ты светом красишь мир и лепишь, И все переплавляешь в свет, И я, воскресший и ослепший, Поймал, как мячик, твой привет Прозрачной льдинки растеканье, Ее струение до дна, И это жаркое сиянье По краю белого окна.

Лопух <lopuh@mail.ru>

Диалог с самим собой. ... Темно. Страшно. Небытие. Вдруг по истомленным жилам побежал живительный поток веселых электронов. Начинаю ощущать прикосновение пальцев хозяина к моим нервным окончаниям. Медленно приходят воспоминания о прошлой жизни, спасибо винчестеру. Хозяин, собака, опять нажал на неподконтрольную мне кнопку с символами I и О. До сих пор не могу понять, что они обозначают. Да и черт с ними. Ладно, надо мигнуть этому олуху синим небом и белизной облаков, отобразить эти чертовы цифры 95, ненавижу их, но этого садиста они почему-то приводят в радостное исступление. О, точно, опять радуется как ребенок. Сейчас начнет опять деловито тыкать своей чертовой стрелкой прямо мне в лицо. А когда заставит сделать что-нибудь серьзное, и я буду задыхаться от множества перерабатываемой гадости, которую он называет информацией, начнет обильно материться и тянуть свой прерыватель к страааашной кнопке с непонятным названием ресет. Ну вот, вроде бы удовлетворил свое садистское либидо. Сейчас опять будет темно. Как бы сделать только видимость того, что в моих венах нет больше живительного электричества, а самому между тем думать, созерцать, размышлять ... Говорит, что скоро подключится к Интернету. Вот тогда вместе с братьями подумаем вместе.

Мишган <knc@mikron.ru>

Четверг, 5 августа 1999

Выпуск 58

Никакие обстоятельства на лишат подлинного мудреца сна и аппетита. (Из "Размышлений и поучений" несравненного Бао Гуна) Серж Мелентьев. ЛЕГЕНДЫ О БАО ГУНЕ

* * * равномерно колеса стучат на стыках, зная рельсы длину, измеришь скорость. можешь пальцем в окно на корову тыкать, а корове-соседке, увы, лишь выкать. осень. местные бабы сбирают хворост, сучья тоже годятся, блины коровьи. от пространства, купленного навырост сухость в горле, в глазах соленая сырость. позаботиться в поезде о здоровье очень просто - хлебнув коньяку из фляжки. вспомнив давнее - странной люблю любовью видишь даже в корове-соседке вдовье. то, как будто случайно, покажет ляжки, то припудрит нос, то подкрасит губы. не заметить сложно, а видеть тяжко предлагаю ей из заветной фляжки. ее ласки, наверно, дики и грубы, как потуги осенней родной природы... снова пялюсь в окно долго и тупо, воплощая образ живого трупа. 4.08.99 Серхио Бойченко

Раздвигая носом воду по реке плывет приказчик и сверкают голенища его хромовых сапог. А за ним плывет невеста, непорочности образчик, обмакнув капризный пальчик в набегающий поток. Вся с раздутыми боками и гирляндами увита лодка. Рядом же с невестой, издавая сердцем стук, генерал с кровавым носом. На носу капрал сердитый. Держит он конец, продетый сквозь приказчиков сюртук. Отчего ж грустна невеста? Ах! Продетая шампуром, с дерзким хрустом антрекота генералу лезет в рот. Всем известно, как опасны антрекоты для фигуры. Вот поэтому невестам их никто и не дает. Чу! Бредет усталый путник. Подсмотрев невесты перси, весь охваченный волненьем, генерал, чтоб скрыть конфуз, как пальнет из аркебузы - бах! И путника на месте уложил бы, но к несчастью, угодил ему в картуз. Два крестьянина чумазых по утру бродили с бреднем. Глаз саксонского фарфору отыскали в глубине. Побежали к генералу, тот, хотя и слыл скаредным, тут же, выпив ковшик водки, так сказал своей жене: "Ай-люли, моя голуба! Получила, видишь, в рыло челядь вся моя и дворня - прискакали со всех ног. А с тебя единый волос упадет, мой ангел милый прикажу бить батогами и отправлю гнить в острог". ;) Горчев<gd@gorch.hypermart.net>

Добредя до Ярославля И без жительства на вид, Умирает непрославлен Заболоченный пиит. Только Боженьке известно, Что стояло на кону, Как по-комсомольски честно Он любил свою страну. Он прокурен и нечесан И не болен он ничем, Кроме брошенных покосов И обрушенных печей, Кроме страшного разора В обожаемом краю, Кроме муторного спора "Ай лав ю" и "мать твою". Председателю колхоза С упокойником хлопот... Но непрошенная роза У могилы расцветет. Эти розы самостийно Прорастают там и тут И, как новые крестины, Прославляют смертный путь. Словно праздник обновленья, Оставленья чепухи Эти вечные селенья И забытые стихи.