Чтение онлайн

– С этого дня сразу говори мне всё, что тебя тревожит. Я вас с Мирини в обиду не дам!

Губы дочки задрожали, глаза наполнились слезами.

– Мама… – лишь смогла выдохнуть Верини.

Я обняла её, и она расплакалась. Мы долго сидели, прижавшись друг к другу. Верини всхлипывала, а я гладила её по голове и шептала успокоительные слова. Раздался сигнал, свидетельствующий, что у нас гости. В гостиную неуверенно заглянула Мели:

– Госпожа… Э-э… Мирини вернулась. Впускать?

– Что за глупый вопрос? – искренне возмутилась я и торопливо поднялась. – Разумеется!

Мирини ворвалась в дом и застыла, глядя на меня так, будто увидела привидение:

– Мама?

Следом за моей старшей дочерью вошёл Фирран.

Мы с магистром обменялись быстрыми взглядами. Я посмотрела на него с волнением, мужчина ответил едва заметной улыбкой, и у меня отлегло от сердца. Фирран обещал помочь Мирини, и он это сделал. Моя дочка не погибнет, если на неё обрушится весь груз переживаний, которые она отбрасывала на потом.

– Приятно видеть вас, магистр Энедх, – поприветствовала я гостя, показывая, что при детях буду держать с ним дистанцию. – Что привело вас в наш дом?

– Прошу прощения за неожиданное вторжение, – принимая правила игры, Фирран почтительно поклонился. Выпрямившись, взглядом указал на Мирини. – Я проводил для вашей дочери индивидуальное занятие. Это был сложный и выматывающий урок, поэтому после подвёз Мирини домой. Надеюсь, вы не сердитесь.

– Что вы, – с чувством выдохнула я, больше всего на свете желая сейчас обнять мужчину. – Я вам очень благодарна!

Фирран снова ответил мне улыбкой, таящейся на кончиках губ, и у меня быстрее застучало сердце. В воздухе разлилось напряжённое молчание, которое никто не хотел нарушать первым. Дочери уже недоумённо переглядывались, и я торопливо предложила:

– Может, хотите бодрящего отвара?

– Благодарю, я с удовольствием останусь на ужин, – таким же тоном ответил Фирран.

Я подавилась воздухом, а магистр как ни в сём не бывало повернулся к Мирини:

– Мне показалось, или повозка припадала на правую сторону?

– Возможно, что-то с колесом… – неуверенно пролепетала старшая дочь.

– Пожалуй, я воспользуюсь любезным приглашением вашей матери, а пока пошлю возницу за мастером, – с удовольствием подытожил Фирран и поклонился: – Я скоро.

Он вышел из дома, и будто кто-то отпустил туго натянутую тетиву.

– Мама! – Мирини бросилась ко мне и повисла на шее. – Мамочка!

Она захлебнулась рыданиями, и к старшей присоединилась младшая дочь. Она подбежала и обняла нас с Мирини. Я тоже не выдержала и расплакалась. И эти слёзы смывали с наших душ обиды и недопонимания.

– Прости, – всё повторяла Мирини. – Прости меня, мама! Я не хотела…

– Родная моя, – я гладила дочь по голове. – Я не злюсь. Всё позади. Теперь я с вами.

– Но как?.. – успокаиваясь, Мирини, отстранилась и вытерла щёки рукавом. – Как тебе удалось вернуться?

– Она разрушила магический щит папы и поставила свой, – тут же похвасталась Верини. Старшая дочь посмотрела на сестру, как на сумасшедшую, и та возмутилась: – Я правду говорю! Своими глазами видела, как мама магией поднялась над землёй. И как ударила папу… Наша мама теперь драконица! А ты не заметила?

Мирини всмотрелась в моё лицо и прошептала:

– А ведь правда. Ты выглядишь иначе. Молодой и… Очень сильной! Но как такое возможно?

– Вторая ипостась Сирини Эстелар избрала меня, – мягко пояснила я. – Когда девушка умерла, её драконица осталась со мной.

Глаза моей старшей дочери снова наполнились слезами:

– Рини… больше нет?

Весть о том, что девушка, которая прожила здесь недолгое время, погибла, сильно расстроила моих дочек. Мирини притихла, но они с Верини всё равно не отходили от меня и на шаг, следуя по пятам, пока я раздавала слугам распоряжения на счёт ужина.

Казалось, я занималась привычным делом, но было странно, что меня беспрекословно слушались. И, что таить, очень приятно. Будто бесплотная тень внезапно обрела плоть, я получила от Сирини бесценный дар и планировала наказать чёрную вдову, из-за которой пострадала семья Эстелар.

И моя…

Фирран вернулся, когда слуги уже подавали блюда на стол, а девочки переоделись к ужину. Сняв перчатки, он опустился на стул, где раньше всегда сидел Андиан, и виновато сообщил:

– Кажется, проблема с колесом гораздо серьёзнее, чем я представлял. Позволите ли задержаться ещё немного? Клянусь, я вас не стесню!

Дочери недоумённо переглянулись, и Верини хихикнула, а Мирини растерянно посмотрела на меня. Я испугалась, что они заметят, что Фирран влюблён в меня, поэтому торопливо ответила, вложив в голос светского льда:

– Двери нашего дома всегда открыты для вас, магистр. Позвольте продемонстрировать благодарность за обучение моих дочерей и предложить вам провести время, которое потребуется для ремонта вашей повозки, в кабинете му…

Осеклась на полуслове и поспешно исправилась:

– В моём кабинете!

– Вы очень любезны, – Фирран на миг склонил голову.

Ужин прошёл в тишине, лишь Верини порой не сдерживалась и, явно нервничая, тихонько хихикала. Когда слуги освободили стол от посуды, я поднялась и кивнула дочерям:

– А теперь приступайте к домашним заданиям.

– Но мам, – жалобно простонала Верини. – Ничего же не задали!

Я повернулась к Фиррану:

– Так ли это, магистр?

– Ты хуже папы, – обиженно буркнула дочка себе под нос и направилась к лестнице.

Мирини обняла меня и шепнула:

– Она сказала это не со зла. Ты же знаешь, какая Рини капризная.

Я улыбнулась дочери, и она тоже покинула гостиную. Я же поторопилась показать кабинет Фиррану, потому что мне очень хотелось наедине расспросить его про вторую серьёзную проблему Мирини. О смертельном проклятии, которое та наложила на мачеху.

Когда слуга, что сопровождал нас в библиотеку мужа, закрыл дверь, и мы с Фирраном остались наедине, мужчина шагнул ко мне и молча заключил в объятия.

– Нари, – шепнул он, прижимая меня к себе так крепко, что стало трудно дышать. – Я с ума сходил от беспокойства.

Я осторожно высвободилась и лукаво улыбнулась магистру:

– Думал, что я вернусь к Андиану?

Фирран спрятал улыбку и признался:

– Каюсь, немного волновался, что вы помиритесь. Ведь у вас общие дети. Многие пары терпят измены или мерзкий характер партнёра ради детей.