Чтение онлайн

– Рабочую группу? Да, так и называется. Она обычно с гостями приезжает, до высокого гостя. Вы хотите собрать из местных?

– Да. На твоё усмотрение. Так что получай свой первый пост – руководитель нашей рабочей группы! – инопланетянин говорил серьёзные вещи, но его тон оставался насмешливым. – Или назначить тебе Великим Змеем? Только скажи!

– Благодарю, руководителем рабочей группы достостаточно, – поспешно уточнил Михаил. – Какие будут указания?

– Пока привыкай, занимайся собой, вещи заказывай, народ ищи себе в помощь, осваивайся. Работы у нас много впереди.

Такой подход впечатлял – стало ясно, что инопланетяне подготовились к контакту. Настроение Михаила улучшилось, всё складывалось неплохо. Он не был женат, так что бытовые вопросы не мешали строить новую жизнь. А вот приобретённое здоровье, неограниченный лимит, могущественный покровитель и, главное, – сладостное чувство посвящённости, причастности к чему-то важному, настоящий аромат власти – очень даже помогали.

Со стороны могло показаться, что Михаил и Вестник бездельничают. Они целыми днями, а то и ночами, разговаривали, легко перескакивая с одной темы на другую, смотрели новости.

Поначалу Михаил думал, что в разговорах инопланетянин хочет больше узнать о Земле и людях, хотя это и противоречило заявлениям на Красной площади о давнем наблюдении и всезнании. Но Вестник действительно много знал и больше походил на местного эрудита, чем на жителя другого мира. Беседы пришелец строил непривычно – больше всего интересовался не фактами, а вещами легковесными по мнению Михаила. Например, отношением людей к тому или иному событию, уверенностью или сомнениям в той или иной идее, парадоксам логики и психики. Вестнику особенно нравились истории, когда земляне массово уверялись в совершенном абсурде или наоборот, категорически не верили очевидной правде – тогда он откровенно веселился, переспрашивал и просил больше подробностей.

При этом интерес пришельца был многосторонним и глубоким. Иногда казалось, что знать мнение или чувства Михаила ему было так же важно, как и мнение целого народа или общества. А иногда и мнение собеседника о самом обществе в тот или иной момент.

Вестник общался не только с Михаилом. Иногда к инопланетянину приходили гости, тогда у руководителя рабочей группы появлялось время для своих дел – например, наконец-то набрать кого-то в эту группу. Но всё же пару раз он намеренно пересёкся с визитёрами в коридоре, но толку от этого не было – ни один не был ему знаком или чем-то примечателен. Обычные люди.

Пришельцам явно было известно о Земле очень многое, что немало успокаивало совесть Михаила. Хотя у него практически не было выбора, когда он соглашался на новую работу, Михаил понятия не имел о целях инопланетян. И теоретически мог оказаться предателем, чего хотелось бы избежать. Но из разговоров казалось, что он слишком мало может сообщить важного.

Расспросы Вестника можно было бы отнести к простому любопытству или стремлению понять человеческую природу, но и это было бы неверно. Пришелец прекрасно «читал» людей, давал им меткие характеристики, но при этом подчёркивал совершенно другие качества, непривычные для Михаила. Например, очевидно ценя знания, Вестник пренебрегал людьми, котрые ими обладают. Это можно было бы объяснить тем, что он знал так много, что земные мудрецы для него мало отличались от невежд, но дело было явно не только в этом. Открытое пренебрежительное отношение к известным историческим личностям сочеталось у пришельца с искренним уважением к другим.

Особенно непривычным для Михаила было частое смешение у Вестника противоречивых оценок – уважения к кому-то из-за его достижений и крайне неприязненного отношения к нему же. Люди так себя не ведут. Когда обычный человек возненавит кого-нибудь, то старается хотя бы на словах унизить его. Пришелец же никогда так не поступал, он умел сочетать уважение с очевидной ненавистью.

Их разговоры никогда не были скучными или монотонными. Инопланетянин часто провоцировал Михаила, заставлял прямо отвечать на сложные вопросы и не давал отделываться уклончивыми фразами. А собственную позицию высказывал далеко не всегда, словно упражнялся в словесных турнирах.

– Христианство, которое господствует в твоей стране, проповедует уход от ответственности, правда? – продолжил как-то Вестник начатый ещё в машине разговор. – Если вникнуть, то получается, что плохое – от бесов, а хорошее – от Бога. А где же человек, где верующий видит себя? Целыми днями он кается и молится о чём? Бесы остаются бесами, ангелы – ангелами, все борются друг с другом, ничего не меняется. И он может не переживать об ответственности. Поступил плохо – значит, бесы победили, хорошо – ангелы сильнее оказались. Сам же ни в чём не виноват, но и никаких заслуг не имеет. И зачем тогда святым молиться? Просто им ангелы посильнее достались.

– Как я помню, предполагается, что человек может склониться к добру или злу, как-то так, – неуверенно возразил Михаил. – И все должны устоять в добродетели.

– Правда? Так как же он склонится? – удивился Вестник. – Рассуждают о свободе выбора, а где эта свобода? Если бесы опутали бедного человека, то и свободы у него нет. Опять кто-то другой виноват. Удобно, но глупо. Если не виноват, то и менять ничего не нужно, плыви по течению. И что, при этом люди гордятся своим разумом? Так вы же не пользуетесь им – кто-то снаружи за вас думает постоянно.

Последние слова инопланетянин произносил через свой неприятный смех. К которому Михаил уже начинал привыкать.

Пожалуй, единственной серьёзной обязанностью Михаила было общение с официальными лицами из внешнего мира. Он пообщался с администрацией отеля и устранил почти все нарушения обычного протокола. Местная служба безопасности обеспечила внешнюю охрану, а внутри постоянно дежурил кто-то из радужных. Поступающие звонки и корреспонденция проходили сначала через службы отеля, а затем к Михаилу. Жизнь возвращалась в привычное для чиновника русло, хотя пока не хватало привычных помощников.

– Как ты, Змей? Не считаешь, что пора навестить твоего бывшего хозяина? – спросил Вестник через неделю после прибытия. – Достаточно уже мы его ждали, а он всё не идёт. Где он сейчас прячется, как думаешь?

Вообще-то, бывший вице-премьер точно знал, где президент пережидает потенциальную угрозу. Но годы работы в правительственном аппарате не прошли впустую – выдавить из себя государственную тайну он не смог. Тем более, что это заставило бы его окончательно определиться, покинуть удобное положение относительно независимого посредника, нужного обеим сторонам. Поэтому Михаил постарался изобразить копание в памяти, после чего пожал плечами.

– Правда? – ледяным тоном спросил Вестник. – Змей, я и без тебя знаю, где он. Но запомни, это был последний раз, когда ты меня ослушался безнаказанно.

Михаил нервно сглотнул и попытался что-то сказать, но Вестник уже отвернулся и начал жестами отдавать распоряжения свите. Похоже, что на этот раз инопланетянин решил взять с собой только двоих.

Радужные, оба снова одетые по полной форме, встали лицом к окну посреди гостинной в метре друг от друга. Вестник выбрал место сзади – все вместе образовали треугольник, повёрнутый вершиной к стене.