Чтение онлайн

— О! Милая! Так вы выполнили мою просьбу? – на глазах леди снова заблестели слезы.

— Знаете, если быть честной, я полюбила вашего сына, не зная ещё, кто он. И только потом, сложив некоторые факты, поняла, что нашла его совершенно случайно, - мы подошли, и я повторила реверанс.

— Когда мне сообщили, что меня ждет экипаж леди Лилит, и я направлюсь в свой дом… думала, это какая-то ошибка, - леди не отпускала руку Эдварда. Видимо, материнское сердце чувствовало, кто из братьев больше нуждается сейчас в заботе.

— Леди Безовек, я всегда знала, что правда восторжествует. В нашем с вами возрасте нельзя жить в чужом доме. Завтра я отправлюсь домой и с радостью оставляю вам свою племянницу. Стэфания защищала свою любовь, боролась за неё и за вас. Думаю, она достойна вашей любви. Со своей стороны, я сделала всё, чтобы один из ваших сыновей жил в достатке. Дальше им будет заниматься Стэфания, - тетушка Лилит широко улыбалась.

На следующий день, когда мы провожали Лилит, вышел Марк. Леди Безовек, долго обнимавшая мою тётушку, сначала не заметила старшего сына. Но как только экипаж тронулся и, обернувшись, она натолкнулась взглядом на стоящего в дверях мужчину, лицо матери посерело.

Однако она промолчала и отвела взгляд. Незаметно глянула на близнецов, стараясь понять: что о Марке думают они. Но Лео и Эдвард будто не замечали его вовсе.

До вечера Мария щебетала, как птичка, стараясь привлекать всё внимание к себе и хоть как-то отвести грозу от мужа.

«Мелкая, а хитрая! Пигалица точно в курсе всего.» - подумала я.

Поговорив перед ужином с Лео, мы единогласно решили провести ещё несколько дней в доме Анны и Филиппа. Мне нужно было доделать заказ, а Лео мечтал остаться наедине со мной, чтобы хоть как-то отметить наш с ним «медовый месяц».

И леди Безовек за ужином, будто чувствуя наше настроение, сама подняла эту тему:

— Эдвар, само собой, какое-то время должен пожить дома, побыть со мной рядом, окрепнуть после… болезни, - она, конечно, уже знала всю историю, но прилюдно тема не поднималась. — А вы, Лео, Стэфания? Надеюсь, тоже останетесь с нами? Я так долго была одна и сейчас, увидев всех вас…

— Матушка, мы останемся в Керинстоне, но поживем в другом доме какое-то время. Обещаем часто заезжать к вам в гости. Эдвард всегда был более расположен к управлению, в отличие от меня. Ты же сама говорила, что деловую жилку от отца получил Эдвард, а я – любовь к лошадям, охоте и жизни попроще…

— А Марк прекрасно сочетает в себе оба эти качества, - вставила Мария, но её будто и не услышали.

Сам Марк всегда приходил за стол вместе с женой, а уходил раньше всех. Смотрел в тарелку, ни с кем не разговаривал. Управляющий по всем вопросам общался лишь с ним, как и привык. А братья будто и не обращали на это внимания. Мне хотелось знать, о чём они думают, как собираются жить дальше. Однако я понимала, что это не моё дело. Хотелось лишь скорее уехать, уединиться с Лео, вернуть ту простую жизнь, где мне не нужно было одеваться в платье и делать прическу, чтобы выйти из комнаты.

— В другом доме? Но здесь достаточно места! – заявила леди Безовек.

Я в этот момент думала о том, что мы живем здесь в разных комнатах с мужем, как, в общем-то, и принято в подобных домах.

Эмоций и разговоров хватает на то, чтобы вечером валиться с ног. Я же переживала о своем деле. Нет, не о том, что ждёт меня в Берлистоне, куда тоже стоит наведаться, чтобы получить свою долю и назначить управляющего. Я думала о своих серьгах. Теперь я могла развернуться на широкую ногу, не прятаться, иметь защиту.

— Матушка, у нас есть другие дела. Эдвард чуть окрепнет, и мы с ним всё решим. Ты же отдыхай, наслаждайся жизнью и жди внуков, - Лео взял руку матери, сидящей от него слева, и поцеловал.

По правую руку сидел Эдвард. Марк, как и раньше, занимал за столом место хозяина дома.

— Думаю, пора поставить все точки… - голос старшего брата прозвучал в столовой очень странно: я не слышала его со дня суда.

— Точки? – Эдвард поднял на него взгляд, потом посмотрел на Лео и улыбнулся. — Думаю, ты сейчас больше нас знаешь о делах… семьи. Пока ты остаёшься управляющим. Конечно же, если ты этого хочешь. Вы останетесь жить в доме. Только вот комнату хозяев нужно освободить. Это комната матушки. Дальше… Думаю, Лео не будет против, если всё в доме останется как прежде.

— Нет, я не против, Эдвард. А ты, матушка? – Лео глянул на мать, опустившую глаза.

Мне показалось, ей стыдно за Марка. Стыдно за то, что вырастила такого мужчину.

— Нет, ни в коем случае, тем более скоро в доме будут дети, но… Завтра к нам приедет нотариус. Я решу всё разом, чтобы больше не касаться этой темы. Марк, как бы ты ни поступил, ты тоже мой сын. И я не хочу, чтобы ты сейчас жил, копя злобу, планируя месть. Я больше не могу растащить вас, как в детстве, когда вы дрались на конюшне, деля новую лошадь. Я пропишу всё в документе о наследстве. И он будет составлен так, чтобы подобного не произошло больше в нашей семье. У меня было время подумать над этим…

— Прости, матушка, - только и сказал Марк. Голос его был сиплым. Нет, я не поверила, что он осознал ошибку. Ведь до этого знал, что братья родные и по отцу, и по матери. Но даже зная это, оставил их «за бортом».

— Ты больше не хозяин наследства. Ты не имеешь ничего. Но если останешься в доме, и я не замечу с твоей стороны хоть намёка на козни, все мы сделаем вид, что любим друг друга, как раньше. Для детей, которые родятся здесь… мы должны быть одним целым, - закончила леди и махнула служанке, давая понять, что хочет подняться в свою комнату.

Анна прилипла ко мне, как банный лист, как только мы вошли во двор. С утра валил снег, но к обеду вышло солнце и не только растопило белоснежное покрывало, но и высушило образовавшиеся лужицы.

Благо, мы догадались переодеться в одежду попроще, иначе расспросов было бы куда больше. Когда хозяева дома, наконец, оставили нас в покое, мы с радостью растопили в домике печь, затворили двери и молча уселись на кровать. Скидывать теплые плащи было рано: дом промёрз, и ждать надо было не меньше часа, чтобы внутри стало уютнее.

— Как ты думаешь, мы можем всё бросить и жить вот так, как раньше: одни в этой тесной каморке? Или на ферме? – спросила я и вдруг подскочила: — Лео, я и забыла… Нора. Ее же выгнали, и она перебивается с детьми у соседа!

— Ну-ну, Стэф. Я это уже решил. Нору впустили обратно на ферму. Благо, всё случилось почти одновременно, и дом не успел промёрзнуть. В подполье много припасов. Да и Марти всё это время без дела не сидела: использовала всё в свою сторону, - Лео засмеялся.

— Что? – не поняла я, но узнав, что они вернулись на ферму, выдохнула. Всё же мы в ответе за тех, кого… ну, вы знаете…