Самость. Сущность и проявление центрального архетипа аналитической психологии
Шрифт:
«Эмпирически Самость также ощущается не только как субъект, но и как объект, и как раз в силу своих бессознательных компонентов, которые могут достичь сознания только через проекции, т. е. косвенно. Из-за этих бессознательных компонентов Самость в такой мере отдалена от сознания, что она лишь отчасти выражается человеческими фигурами, отчасти же – вещественными абстрактными символами. Человеческие фигуры – это отец и сын, мать и дочь, король и королева, бог и богиня. Териоморфными символами являются дракон, змея, слон, лев, медведь или столь же могущественные звери, либо, напротив, паук, рак, бабочка, жук, червь и т. д. Растительными символами являются, как правило, цветы (лотос и роза!). Последние переходят к геометрическим образам и формам, таким, как круг, шар, квадрат, квадратичность, часы, небосвод и т. д. Неопределенная широта распространения и охвата бессознательных компонент делает также невозможным полное постижение и описание человеческой личности» (Jung, GW: 9/1, 315).
Такое многообразие символов может сбить с толку, его сложно понять с точки зрения логики. Как можно ориентироваться в жизни, если Самость, как мы видим, может быть спроецирована на самые разные объекты – людей, животных, растения, абстрактные либо неодушевленные фигуры, на самое ценное и на всякие пустяки? Не рискуем ли мы, предполагая Самость во всем и в каждом? Да, риск велик. Поэтому, как правило, на возможное присутствие Самости указывает не только содержание образа, но и сопутствующее эмоциональное переживание. Потрясение, удивление, испуг или экзистенциальные переживания – вот лишь некоторые из чувств, которые описывают люди, оказавшиеся перед лицом Самости. Кроме того, этим чувствам часто сопутствует субъективная уверенность в прикосновении к чему-то значительному, грандиозному или священному. Также тесно связано с Самостью воодушевление, энтузиазм, тем более что «энтузиазм» в переводе с греческого означает «исполненность Богом» или «одержимость Богом».
Самость как Бог Отец, Эго как Бог Сын
Представление о том, что образ отца или матери может проецироваться на Самость, основывается на идее развития Эго из Самости:
«Самость, как и бессознательное существует a priori, и из нее развивается Эго. Она есть бессознательное предвосхищение Эго. Это не я создал себя, скорее, я оказался собой» (Jung, GW: 11, 391).
В этом описании эго-сознание предстает как дитя бессознательного, которое становится все более автономным, но никогда не приобретает полной независимости, полной свободы от бессознательного. Эго и бессознательное, так же как Эго и Самость, остаются навечно связанными, то решительно конфликтуя друг с другом, то более или менее плодотворно сотрудничая. Если рассматривать бессознательное как родителей Эго, то неудивительно, что в течение всей истории человечества образы матери и отца проецировались на Самость. Однако эти образы не ограничиваются рамками реальных отца и матери, что видно на примере библейского Бога, который, подобно отцу, сотворил человека по своему образу и подобию [2] . Хотя образ человека (Эго) чрезвычайно похож на образ Бога (Самость), между ними есть множество различий: так, Бог Отец всемогущ, всеведущ, бессмертен и обладает неиссякаемой созидательной силой. Бог кажется похожим на человека, но при этом сильно от него отличается. Если мы проецируем образ Бога Отца на своего земного отца либо другого человека, то тем самым мы наделяем этого человека сверхчеловеческими качествами, восхищаемся им и поклоняемся ему, либо, наоборот, чрезвычайно боимся и ненавидим его. Подобные проекции могут быть «заразными» и распространяться на многочисленные группы людей, порой на целые народы. В результате все больше и больше людей охвачены идентичными проекциями и общим представлением о реальности; затем этот взгляд официально признается, например, государственной религией или идеологией. Оказавшихся в меньшинстве сомневающихся тут же записывают в еретики либо предатели, с тем чтобы по истечении некого периода времени, когда на смену старым идеям придут новые, реабилитировать их и назвать первопроходцами.
2
Есть разные варианты перевода выражения «по образу Своему». В одних случая древнееврейское слово «целем» переводят как «подобие», в других – как «теневой образ». В последнем случае человек предстает в качестве теневого образ Бога (Graf, 2009, S. 87).
Тот, кто как Юнг, полагает, что Самость – это божественное, тот видит в библейских текстах символическое описание внутрипсихических процессов, которые заставляют людей иметь дело не только с внешними обстоятельствами, но и с частями собственной личности. Книга Бытия может многое поведать нам о развитии человеческого сознания и рождении Эго. Вкусив плоды с древа познания, человек обрел способность различать добро и зло. В Библии человеческая сущность представлена как способность оценивать действия и ситуации с морально-этической точки зрения. Правда, это имело свои последствия и привело к изгнанию из рая, то есть осознанность и в самом деле имеет последствия. Человек утратил гармоничную связь с природой и перестал ограничиваться только ее законами, и в Библии эта утрата первозданной невинности описана как изгнание из рая. Это указание на «неудобный» аспект осознанности: способность понимать и оценивать последствия своих действий делает человека практически единственным существом на земле, отвечающим за свои поступки и при этом осознающим эту ответственность. В психологическом плане с появлением осознанности мы теряем младенческую невинность. При определенных обстоятельствах это может восприниматься как обуза или даже угроза, как в случае 50-летнего пациента. Он был крайне недоволен, когда психотерапевт впервые предложила ему поразмышлять о своих внутренних ресурсах. Его гнев был связан с тем, что он хотел найти слушателя, который может предоставить ему теплое отношение и поддержку, а не будет побуждать его к самопознанию и повышению осознанности. Что-то в нем (все еще) противилось осознанности – это угрожало его чувству безопасности.
Поскольку осознанность всегда связана с пониманием различий, она влечет за собой разрыв связей и приводит к независимости. Некоторые люди при этом могут испытывать одиночество, потерю ориентиров или чувство отверженности, и поэтому они пытаются избежать осознанности. В первую очередь таким чувствам подвержены люди, не имеющие опыта надежной привязанности.
Для эго-сознания требуется устойчивое, отзывчивое Эго. В связи с этим в процессе психотерапии чрезвычайно важна работа с Эго, так как без сильного Эго невозможно осознанно противостоять внешним и внутренним вызовам. Если пациент не в состоянии преодолеть выраженную (неосознаваемую) потребность в инфантильной зависимости и защищенности, он окажется во власти сильного сопротивления к росту осознанности, во всяком случае на ранних стадиях терапии.
С точки зрения нейробиологии повышение осознанности в процессе психотерапии расширяет функциональные возможности передней доли коры головного мозга. Магнитно-резонансная томография показала, что функциональные изменения, возникающие благодаря психотерапии, наблюдаются в первую очередь в префронтальной зоне (Solms, Turnbull, 2004, S. 299).
В Библии говорится еще об одном следствии человеческой способности к познанию: человек уподобляется Богу. Юнг и Вайнреб полагают, что осознать себя означает осознать Бога, а стать самим собой (обрести Самость) означает стать Богом. Таким образом, на примере библейских образов мы видим, как благодаря когнитивным способностям постепенно растет независимость, компетентность и эффективность Эго и при этом шаг за шагом отступает ощущение ничтожества, бессилия и беспомощности. Другими словами, все те качества, которые некогда приписывались Самости (образу Бога) и отрицались у человека, становятся доступны ему. Греческая мифология описывает такое развитие как своего рода похищение, примером чему служит миф о Прометее, укравшем огонь у богов для того, чтобы отдать его людям. Обладание огнем – это важный шаг на пути к независимости от власти богов.
В библейском контексте сознание – это не подарок. Адам и Ева обрели осознанность только благодаря неповиновению. Неповиновение – это conditio sine qua non, то есть обязательное условие обретения осознанности. Примечательно, что в библейских образах и Бога, и людей прослеживается тенденция связи познания с нарушением табу и пересечением границ. Согласно Книге Бытия, подобного рода поведение – неотъемлемое свойство человека, в связи с чем возникает вопрос, актуальный и по сей день: как далеко может зайти человечество, то есть Эго? Книга Бытия повествует о нарушении табу, но не обозначает границ, и таким образом на горизонте у человека маячит заманчивая перспектива уподобиться Богу. В терминах психологии в этом случае Эго станет идентичным Самости и обретет как возможности для развития, так и риски. Юнг полагал, что людям, переставшим верить в Бога, грозит опасность подвергнуться инфляции и, следовательно, переоценить и преувеличить свою значимость (Jung, GW: 11, 142).
Эволюция Самости
Все архетипические образы, включая образы Самости, не являются статичными или вечными; скорее они носят временный характер, как отмечает Фон Франц:
«История архетипов насчитывает столетия. ‹…› Архетипы создают различные конфигурации, развиваются, стареют, чтобы в какой-то момент вновь раствориться в бессознательном. ‹…› Люди теряют к ним интерес. Это похоже на игру, которая длится вот уже сотни лет» (von Franz, 2008, S. 48).
«Все религии, убеждения и истины устаревают. Все то, о чем когда-то очень много говорили, и то, что на протяжении долгого отрезка времени определяло развитие общества, является в определенном смысле ущербным, потому что оно стареет. Оно становится частью механизма человеческой жизни, становится слишком известным, само собой разумеющимся, вполне осознанным. У людей возникает ощущение, что они держат это под контролем, потому что очень хорошо знают. Это касается в первую очередь высших человеческих ценностей ‹…› Когда высшие человеческие ценности истощаются, пообтрепавшись, когда они утрачивают свое потрясающее, первородное божественное качество, то тогда всех нас поджидает очень большая опасность. Так, например, соблюдение табу деградирует до уровня выполнения каких-либо простых формальностей, при этом первоначальный смысл запрета полностью утрачивается. Миф, который лежит в основе каждого запрета, больше никого не трогает» (ibid., S. 27).
Образы Бога возникают, или, можно сказать, порождаются, только для того, чтобы состариться и через какое-то время отмереть. Они подвластны разрушительному действию времени, и наступает момент, когда «Бог мертв», как сказал Ницше. Тогда образы Бога окончательно теряют смысл, становясь пустой оболочкой. Они сохраняют значимость только в конкретном историческом контексте и напоминают нам о том, что некогда считалось важным. Например, в наши дни большинство людей едва ли верит в человекоподобного Бога, представляя его седовласым старцем, сидящем на небе. Этот образ Бога утратил свое влияние и ценность. Тем не менее это не означает, что те, для кого нет особого смысла в образе небесного Бога Отца, являются атеистами. Почти две трети населения Германии верит в существование высшего порядка или некой Высшей энергии, оказывающей влияние на нашу жизнь. Размышляя о том, что будет, когда люди откажутся от проекций традиционного образа Бога, Юнг писал о тенденции прибегать к абстрактным образам:
«Опыт мандал типичен для людей, которые уже не могут проецировать божественный образ. Им грозит опасность инфляции и диссоциации. Круглые или квадратные ограждения имеют значение магических средств, с помощью которых создаются защитные стены, чтобы предотвратить прорыв и дезинтеграцию. Таким образом, мандала обозначает (и поддерживает) исключительную концентрацию на своем центре, а именно на Самости. Это состояние никоим образом не эгоцентрическое. Напротив, это необходимый самоконтроль, препятствующий инфляции и диссоциации» (Jung, GW: 11, 156).
Предсказывая отмирание образов Бога и угрозу стабильности эго-комплекса со стороны первичного вакуума, Юнг в некотором роде смог с помощью своей интуиции заглянуть в XXI век. Если мы обратимся к спискам англоязычных бестселлеров крупного книжного интернет-магазина, то мы увидим тенденцию к росту интереса к абстрактным образам, о которых писал Юнг. В августе 2015 года был отмечен высокий спрос на раскраски для взрослых с изображением мандал. Он подогревался рекомендациями ученых, полагавших, что концентрация внимания на линиях, границах и формах способствуют оптимизации функционирования мозга. Популярность пособий по снижению уровня стресса также свидетельствует о возрастании количества людей, нуждающихся в стабилизации эго-комплекса. Похоже, что эту коллективную потребность удовлетворяют абстрактные геометрические формы, испокон веков использовавшиеся в сакральных изображениях.