Чтение онлайн

Более того, не следует некритично воспринимать прочитанное здесь. Проверяйте все сами. Опирайтесь в этом на свой личный опыт. В противном случае любой может стать жертвой собственных худших наклонностей. Здесь дана технология преображения, а не опыт. Ваш опыт будет не таким, как у других, в нем отразится все ваше своеобразие. Знать, что делать, – это знание; делать – мудрость. Эту книгу нужно читать после книги «Самонаблюдение: пробуждение совести». Чтобы родилось что-то новое, должно умереть что-то старое. Эта внутренняя жертва может быть трудной и болезненной. Да благословит вас Бог и покровительствует вам в ваших трудах. Господи, помилуй. Проверяйте и перепроверяйте.

Вспомни себя, искатель.

Самонаблюдение абсолютно необходимо, если я хочу познать себя и дорасти до человека, а не оставаться на уровне существования млекопитающего – бессознательного, управляемого привычками, механического [2] раба-автомата моей личной истории и неразрывно связанных с ней бессознательных сил (см. Красный Ястреб, «Самонаблюдение: пробуждение совести. Руководство пользователя»). Самонаблюдение и самовоспоминание – это не две отдельные практики, а важные и взаимосвязанные этапы одной техники. Сначала должно идти самовоспоминание, за ним может последовать самонаблюдение, поскольку семя должно появиться прежде ростка. Без самовоспоминания все так называемое самонаблюдение происходит только в уме, и, следовательно, оно бессильно перед воображением и иллюзиями, интегрированными в бессознательный механизм сновидений. Наблюдение только со стороны разума ни к чему не приводит, порождает фантазии, дезорганизует психические процессы, может затруднить работу ума или вовсе разладить ее. Нашей целью является настоящее мгновение, которое все время обновляется, буквально с каждым вдохом, иначе связь прервется.

Работа [3] над собой протекает исключительно в настоящем моменте. Если в самонаблюдении не будет задействовано тело, практика ни к чему не приведет. На самом базовом уровне самовоспоминание представляет собой на первой стадии воспоминание о том, что у меня есть тело и какое-то время я существую внутри этого тела: «Я пребываю здесь и сейчас».

Самонаблюдение только умом может привести к тяжелой патологии. У каждого духовного пути есть свой недостаток. Одной из патологий, связанных с самонаблюдением, является эгоцентричная одержимость собой (вот почему практика самовоспоминания затрагивает не только себя, но и других). Я хочу работать вместе с умом, а не умом. Работа только от ума или в уме приводит к расколу, внутреннему разделению, и я начинаю давать оценки и противодействовать тому, что наблюдаю, вместо того чтобы быть заодно с наблюдаемым ради моих внутренних целей [4] . Я борюсь с тем, что наблюдаю, и внушаю себе призрачную веру в то, что могу изменить то, что вижу. Эта борьба за изменение наблюдаемого приводит к неправильным результатам, зачастую вредным, и выводит меня на ненадежную дорожку, с которой я, возможно, так и не смогу сойти.

Познавая себя как механическую сущность, которую постоянно заносит в отождествление [5] с механическими привычками тела, я начинаю развивать комплекс сознательных впечатлений, при накоплении которых во мне формируется не только воля [6] , но и желание [7] , так что я не забываю о своей обычной бессознательности. Этот комплекс впечатлений придает силу моему желанию сохранять присутствие в текущем моменте. Лишь в таком случае мое сопротивление привычке поможет мне лучше увидеть и почувствовать свое рабство.

Но у самовоспоминания есть еще один аспект, весьма необычный среди всех духовных путей мира: самовоспоминание, как учил нас российский философ, писатель и духовный учитель Гурджиев, означает разделение внимания и направление одной его части вовне, на мое окружение или моего собеседника для их целостного восприятия, а другой его части – на меня самого, причем все это одновременно, чтобы я не только слушал и осознавал своего визави, но и отдавал себе отчет в том, что я слушаю.

Внимание находится в теле и на теле в форме ощущения [8] , а также вовне. Мадам Жанна де Зальцман (старшая ученица Гурджиева и автор книги «Реальность бытия: Четвертый путь Гурджиева») дает такое соотношение: 75 процентов внимания – внутрь, 25 процентов внимания – вовне. Такая пропорция разделенного внимания возможна только при сознательном труде: она не возникает и не может возникнуть механически или случайно. Именно это понимают, на определенном уровне, под сознательным трудом. Если сосредоточение внимания на солнечном сплетении или области живота является сознательным движением и представляет собой базовый уровень самовоспоминания, то на второй стадии самовоспоминания происходит разделение внимания.

На что я обращаю внимание, тем и становлюсь. Таков закон. Это закон отождествления. Сознательное направление внимания освобождает меня от закона отождествления и подчиняет законам работы. Нами управляют законы высшего и низшего порядка. Наша работа состоит в том, чтобы поддаться влиянию высших законов.

Сознательное внимание отличается от автоматического, механического внимания, с которым мы рождаемся. Сознательное внимание следует развивать осознанно. Внимание чрезвычайно важно для понимания этой темы и вообще жизни людей на Земле. Существо [9] представляет собой присутствие и внимание – ни больше ни меньше. Сознание [10] , то есть Бог, это поле, в котором возникают все явления. Внимание – это сознание, локализованное и сфокусированное на определенной точке в этом поле. У этого поля есть чувствительность и осознанность, и оно в конечном счете способно определять себя как сознание, а это наиболее зрелая форма самовоспоминания. Душа [11] , или Существо, обладает двумя существенными качествами: присутствием и вниманием. Души отправляются на Землю, чтобы развиваться в качестве присутствия и внимания. Стремление оставаться в текущем моменте развивает как присутствие, так и внимание. Самовоспоминание вызывает присутствие, а самонаблюдение – внимание. Благодаря своим усилиям присутствовать я могу наблюдать себя в действии. Все начинается с попыток вспомнить о теле и сознательно сосредоточить внимание внутри него, переместив его из ума вниз, ниже шеи. Так мы избавляем внимание от отождествления с мыслями в интеллектуальном центре [12] , причины почти всех наших страданий. Таким образом, это самый фундаментальный уровень самовоспоминания.

Но не так-то просто стараться присутствовать. Это кажется легким, но на самом деле этого почти невозможно добиться. Я могу присутствовать в «сейчас» своего тела не дольше нескольких секунд, а затем у меня возникает внутренняя реакция на впечатления, и я сразу же отождествляюсь с мыслью или эмоцией. Дело в том, что присутствие в теле – это состояние сознания, отличное от того, к которому я привык. Это состояние бодрствования. Требуется немало времени, чтобы привыкнуть к этому новому, более высокому состоянию сознания. Я не вижу, что отождествление надолго пленяет внимание. Я верю, что присутствую. Дальнейшее самонаблюдение показывает обратное. Более того, я не вижу, что хочу быть захваченным, потому что меня подавляет страх увидеть весь ужас моего реального внутреннего состояния, и я предпочел бы постоянно отвлекаться. Я не могу постоянно присутствовать, потому что во мне слабы и присутствие, и внимание, поскольку они не развиты. Вот почему мне дано тело: чтобы развивать эти две вещи, которые являются глубинными качествами Существа «Я есть» [13] внутри меня. Тело – это объективный [14] механизм обратной связи, предназначенный для ориентации Существа в настоящем мгновении. Целью работы является настоящее мгновение; одна из целей работы заключается в развитии присутствия и внимания до такой степени, чтобы они были достаточно стабильны и могли выдержать потрясение при физической смерти тела и сохранить присутствие, не рассеяться и не отождествиться. Мы трудимся всю жизнь, чтобы научиться правильному умиранию.