Чтение онлайн

Глянула туда, куда пялился весь честной народ, и ахнула. Алька, елки-моталки! Я же просила ее одеться соответствующе мероприятию. Но сестрица, видимо, не имела представления о гардеробе бомжей, потому что вынарядилась как путана самого низшего пошиба. Блестящие сиреневые колготки, сапожки на километровой шпильке, юбочка, которую можно было принять за пояс, безрукавка из меха неизвестного зверя. На лице раскраска, как у индейца, вышедшего на тропу войны. Белоснежные локоны никак не убраны, а просто рассыпаны по плечам. Но при всем этом Алька умудрилась выглядеть очаровательно и сногсшибательно. Мужики сворачивали шеи ей вслед, с машин сигналили, какие-то парни улюлюкали. Вот и понаблюдали незаметно, блииин! Ох, зря я эту бесбашенную девицу взяла на важные следственно-розыскные мероприятия. Алька подошла ко мне, удивленно вскинула широкую и густую, согласно моде, бровь:

– Вау, сестренка. Крутяцки выглядишь. Если бы не описала прикид и не указала точно лавочку, ни за что бы тебя не узнала.

– Я бы тебя тоже. Ты зачем… потаскушкой нарядилась? Я же сказала – наряд бомжа! Теперь вон мужики слюнями вокзальную площадь заливают. А на улице мороз, гололед будет.

– А кто сказал, что бомжиха не может быть сексуальной? Ну, хватит ругаться, давай побираться.

Алька вытянула руку с маникюром ценой в четверть прожиточного минимума и пропела:

– Подааайте бывшей игрушке олигарха. Попользовался и на мороз выкинул…

– Идиотка! – прошипела я.

– Сама такая! – парировала Алька.

Подраться нам не дал дедок, торговавший вениками. Он пялился на Альку в упор, облизывал пересохшие губы, затем спросил:

– Новая ночная бабочка, что ль?

– Вечерняя звезда! – улыбнулась Алька, явно наслаждаясь произведенным среди мужского пола триумфом.

– А со мной пойдешь? Позвездим! – выдохнул дед. – Всю выручку за сегодня отдам.

– Неа, не пойду. Мне Свин голову оторвет. И тебе тоже, дедуля.

– А… так ты зазноба Свиновская! – дед разочарованно потер бороду и вдруг вытащил мобильник. – А селфю с тобой можно сделать, красавица?

– Ноу проблем! – улыбнулась “звезда”. – Давай, дедуся, обнимемся. Вот так! Фоткай!

Нет, у сестры явно проблемы с головой. Вон дед ловко скрюченным пальцем по сенсорному экрану водит, явно кому-то фото пересылает. Чего добивается Алевтина? Чтобы глава вокзальных бандитов Свин сам явился?! И тут меня озарило! Так оно и есть! Никакая Алька не идиотка. Просто разработала свою стратегию. Не гоняться за Свином, не мерзнуть, а… выманить его. И это сработало. Несколько парней показались буквально через пару минут. Кто из них Свин, я поняла сразу. Здоровый, в дорогой куртке и с кожаной барсеткой в руке. Принарядился, раз какая-то звезда его своим парнем назвала. Вскоре дружная ватага оказалась возле нас. Свин пялился на Альку и ничего не понимал. Такую девицу забыть невозможно, а она утверждает, что его, Свина, любимая девушка. Трясущимися от волнения руками парень открыл барсетку, достал сигареты. Я же успела заметить в мужской сумочке паспорт и еще какие-то бумаги!!! Мои догадки подтверждаются. Там документы самозванца. От зоркой Альки тоже ничего не ускользнуло. Она кокетливо улыбнулась и… чмокнула Свина в щеку.

– Ты… кто? – опешил тот, не веря в свалившееся на него белокурое счастье.

– Неужели забыл, любимый? Как ты мог?! А я ведь без тебя жить не могу!

Глаза Альки наполнились слезами. Елки-моталки, вот ведь актриса, хоть Оскар вручай! На лице Свина – смятение и настоящая жалость. Он растерянно бормочет:

– Да ладно, ты, это… не плачь, я тебя помню. И тоже… люблю!

Я в душе радуюсь и восторгаюсь Алькой. Заглотил юный бандит наживку. Еще чуток, и он нашей “звезде” не только звезду будет готов достать с небес, но и басрсетку отдаст как миленький. Но… внезапно я замечаю черный-черный джип с черными-черными горячими парнями. Они тоже увидели странную красавицу, пожимают плечами, о чем-то громко лопочут на своем языке. Вот трое из них уже направляются в нашу строну. И в эту минуту мне стало страшно. Кавказцы на джипе – это вам не юный глупый Свин в чужой куртке. Они по-настоящему опасны. С Алькой, играющей роль продажной девицы, церемониться не станут…

– Алевтина, – шепчу я и вижу по испуганным глазам сестры, что мы думаем одинаково…

Киваю в сторону остановки, до которой рукой подать. И к ней приближается маршрутка. У нас есть шанс сбежать. Навряд ли кавказцы кинутся в погоню. Одно дело – поинтересоваться, что за звезда на вокзале появилась, другое – устраивать погоню за общественным транспортом. Слишком гордые они для этого, да и с красотками, думаю, у таких проблем нет. Мы с сестрой дружно делаем рывок, от неожиданности Свин роняет барсетку. А там – разгадка к вожделенной тайне. Я возвращаюсь, хватаю сумочку и вновь бегу. Бегу с большой скоростью и сама удивляюсь, как мне это удается в валенках. Но еще больше поражаюсь Альке, которая опережает меня на высоченной шпильке. Свин пришел в себя. Понял, что “звезда” и “бабка” умыкнули барсетку. Мы слышим его злобный рык:

– Стоять, суки!!! Все равно догоню!!

Свин отстает всего на пару метров. Но нам этого достаточно, чтобы на ходу запрыгнуть в отъезжающую маршрутку. Народа там на удивление много, поэтому водитель плевать хотел на Свина, который бежит за автобусом и машет руками. Мы с Алькой тяжело дышим, улыбаемся друг другу. Я поднимаю руку, чтобы поудобнее взяться за поручень, и на моем запястье щелкает наручник…

Скачано с сайта knigomania.org

Ох, елки-моталки, меня схватил полицейский! Схватил за руку в прямом и переносном смысле сразу, поймал почти с поличным. Потому что прекрасно видел из окошка маршрутки, как я умыкнула чужую собственность и бросилась наутек.

– Ты тоже надевай браслетик, подельница!

Эти слова грозный представитель закона уже сказал сестренке. Пристегнув нас, полицейский достал мобильник и кому-то радостно сообщил:

– Михалыч, я тут тружусь в неурочное время. Воровок схватил. Сейчас в отделение вернусь. Но раз я такой хороший, раскрываемость повышаю, ты меня с дежурства в новый год отпустишь. Идет?

Ого! Ну и жук этот полицейский, нагло меняет наше заключение на свободную новогоднюю ночь. Алька пыталась строить глазки, из моих уст звучали веские аргументы – мол невиноватые мы… Но мент был непреклонен. Обратился к двум теткам, сидящим у окошка:

– Гражданки, вы тоже видели инцидент возле цветочного киоска на вокзальной площади? Видели, видели. Вот вы, дамочка, громче всех и вопили: “Глядите, бабка с шалавой мужчину ограбили!” Так что выходим через остановочку и за нами следуем. Понятыми будете”.

Тетки запоздало поняли, что их длинные языки – главные враги, придется им теперь с пакетами, полными мандаринов, крабовых палочек, кукуруз и горошков в отделение маршировать. Я же едва не выла от досады, разгадка тайны вот так близко, у мента в руках, и… Я посмотрела на барсетку. Страж порядка это заметил, довольно ощерился:

– Ну что, бабка, попалась! И улика есть, и свидетелей целый автобус.

В душе я не самыми лестными словами вспоминала самозванца и ругала себя. Вот и остановка. А на выходе случилась новая неприятность. Алька зацепилась шпилькой за ступеньку маршрутки. Полетела вниз, потянула за собой меня и полицейского. Народ, что толпился за нами, тоже не удержался на ногах. По нашим телам намеревались ворваться в автобус те, кто ждал на остановке. Образовалась куча мала, все кричали, матерились, кто-то снимал на камеру, как весело убегали из разорванных пакетов яблоки, картошка и мандарины. Чертыхаясь, полицейский вытащил нас с Алькой, схватил свидетельниц, что пытались собрать содержимое разорванных пакетов, и погнал всех к отделению, приговаривая: “Эх, надо было патруль вызвать!” Барсетка была у него в руках. Ее он тоже спас из-под завала. В отделении впихнул нас в кабинет и сказал:

– Вот, Михалыч, держи преступниц и раскрытое дело на новогоднем блюдечке.

– А кто из них преступницы, все, что ли? – хитро прищурился второй полицейский, уже в возрасте, с удивительно добрым лицом для своей профессии.

– Бабка и… девушка легкого поведения нашалили. Барсетку подрезали. У Свина вокзального. Эти две дамы – свидетельницы преступления. Давай, Михалыч, быстро все оформим, и я домой, на все праздники! Заслужил, а?

– Погодь, Леонид, разобраться надо, ответил Михалыч.