Самый человечный вампир
Шрифт:
Я грустно отошел от клетки (Почему грустно? Мышек жалко! Я ведь тоже как — никак живое существо, и все понимаю. Почти живое…)
— Ай, черт! — я запнулся об огромную книгу, которую мне подарил Драк, сплюнул про себя, и отшвырнул ее куда подальше…
Жаль, я не заметил, что, когда уже выходил из комнаты, книга сама перелистнула несколько страниц, и остановилась на странице с рисунком, на котором был изображен вампир, держащий на руках кота с зелеными глазами. А на верху было написано: «Восьмое июля»…
Я вышел на лестницу, и уже оттуда заметил, сидящих за столом Фирса, Драка, Мину и Афиногена. А за кухонной стойкой крутилась Адель, и, видимо, готовила коктейль из крови.
— Привет, Сим! — оторвалась она от своего занятия. — Тебе кровь с чем? С Глазками Теранозавра или Глазами Дракона?
— Ну, я думаю, и с тем и с другим, — уклончиво ответил я.
— В смысле? — не поняла колдунья.
— В косом и волнистом! Я не голоден, — сказал я, и уже почти вышел за дверь, но снова вернулся, и подошел к Драку. — А ловко ты придумал про эту книгу. Сам написал? «Мы живем для того, чтобы анализировать…» Ха! — но Драк только посмотрел на меня непонимающим взглядом и снова принялся за свой пирог с крысиным мясом. Я отмахнулся от него, мол, ладно, проехали, и, открыв дверь пентаклем, вышел на улицу.
На улице была прекрасная солнечная погода. Солнце так и било в глаза. Представляю, что про меня подумали прохожие, идущие в шортах, футболках и других легких одеждах! В такую-то погоду шляться по городу в плаще! Немыслимо!
Я решил просто прогуляться по городу. Зашел в музей восковых фигур (кстати, меня пропустили бесплатно), в продуктовый магазин, походил в парке, поуменьшил популяцию голубей, воробьев…
В общем, вся моя прогулка затянулась чуть ли не на весь день.
Когда я пришел домой, и открыл дверь ключом, то перед моими глазами предстала весьма странная картина: по всему дому носились мои «домашние».
— Воды! Воды! Скорее, воды! — кричала Мина.
— Да какой, к черту, воды?! Здесь этим не поможешь! — прерывала ее Адель.
— Все равно! Хоть что-то ведь надо сделать! — сокрушалась вампирша. — что — нибудь надо сделать! — она присела на корточки и схватилась за голову.
Вдруг прибежал Афиноген:
— Адель, я не нашел ничего! Совершенно ничего!
— Что, никакой инициативы? — удивилась ведьма.
— Нет, совершенно, — покачал головой Афиноген.
— Но это ведь ясно, что мы имеем дело со стоунберией! Это ведь ясно!
— Да, но у нас нет ингредиентов, чтобы… — принялся объяснять колдун.
— Эй! Да что тут, в конце-то концов, происходит? — окончательно вошел в квартиру я.
— Сим! — вскрикнула Мина, и поднялась с пола. — Симон! У нас беда! — подошла она ко мне.
— В чем дело? — не понял я.
— Фирса отравили, — посмотрела на меня скорбным взглядом Адель.
— Что?!
— Нам принесли молоко, которое заказал Фирс в фирме «Белая кровь», — принялся объяснять Афиноген. — Сначала все шло хорошо. Фирс заплатил доставщику, поставил молоко на стол…А потом…потом выпил его!
— И все бы хорошо, но…Только потом он оцепенел. Полностью. У него двигается лишь рот! Он свалился на пол. Мы сначала даже рассмеялись, думали, что он дурачится, а он…а он… — замолчала Мина.
— Мы с Афиногеном проверили состав этого молока. Оказалось, что в него кто-то подмешал стоунберскую воду…
— Стоунберская вода? — переспросил я.
— Ах, ты ведь не знаешь, что это! — хлопнул себя по лбу Афиноген. — Стоунберскую воду делают из стоунберского камня. Это очень ядовитый и твердый камень. Его очень редко используют для того, чтобы отравить. Так как не так-то это и легко, выдавить из этого камня воду. Это делают лишь с какой-то определенной целью. Но какой смысл убивать Фирса? Кому от этого выгода?
— Я тоже не понимаю, — покачала головой Адель. — Вроде бы, у него не было врагов…Он мне сам говорил.
— Где он? — заволновался я. А вдруг, он уже умер?
— Мина отнесла его на второй этаж, в его комнату, — ответила Адель. — Бедный, бедный Фирс!
Я быстро начал подниматься по лестнице, перепрыгивая через три ступеньки. И вот я уже у входа в комнату Фирса. На ватных ногах открыл дверь и вошел в комнату.
Вся комната была заполнена книжными полками, на которых стояли разные умные книги. Типа Алхимии, Физики, Химии, Магии…И лишь в правом дальнем углу комнаты было свободное место, где и стояла корзинка Фирса, в которой он спал.
Я зажмурил глаза. Было больно смотреть на своего лучшего друга в таком состоянии. На его кошачьем лице застыл немой страх. Глаза нервно подергивались. А в остальном…Он совершенно не двигался. Тельце безжизненно лежало на черной бархатной подушке.
— Явные симптомы отравления от стоумберской воды… — заговорил Фирс еле движущимися губами. — Мгновенное оцепенение. Возможность двигать только одними губами…Адель и Афиноген нашли следы этого яда…
— Я знаю, — подошел я чуть поближе медленным шагом. — Они мне сказали, — еще два шага…
— Я умру… — вздохнул Фирс.
— Нет, Фирс! Ты не умрешь! — присел я около него, — мы…мы что-ни- будь все равно придумаем!
— Уже пытались!
— Нет, Фирс! — отчаянно завопил я. — Мы все равно что-нибудь сделаем!
— Нет, это невозможно, — вздохнул тот. — У нас нет ингредиентов для противоядия. Его практически невозможно достать. Оно…оно запретное!
— Что это за ингредиент?
— Милиардадевиль, — ответил Фирс. — Но если его у кого обнаружат…
— А мне по барабану! Сколько у нас времени?
— Семь дней… — с сожалением ответил кот.
— Фирс! — я взял кота на руки. Что-то холодное потекло по щеке…Неужели, это слезы? — Фирс, я найду эту Милиардудевиль…Обязательно… — я вздохнул и снова положил кота в корзинку.
Мигом выскочил из комнатки Фирса, и помчался по ступенькам. Перепрыгнув через три ступеньки, я подбежал к Афиногену и схватил его за плечи.
— Где можно найти Милиардудевиль? — выпалил я.