Чтение онлайн

Она стояла в другом конце коридора, её пристальный взгляд не отрывался от меня, медицинские файлы прижаты к груди, а губы от удивления приоткрылись.

Прекрасная.

Уставшая.

И такая чертовски разбитая.

Я придвинулся ближе.

— Нам нужно поговорить.

Она подняла руку, останавливая моё приближение, но ничего не говоря. Её лишенные эмоций глаза смотрели на меня, а я не мог ничего прочитать в них. Она была той далёкой женщиной с Флинг, а не другой — яркой — с нашего свидания. Видеть её такой, черт возьми, убивало меня.

— Шарлотта, — прохрипел я, приближаясь.

— В мой офис, — ответила она. Это не был вопрос или приказ. Просто слова. Гулкие, пустые слоги.

Чёрт.

Она двинулась вниз по коридору в мою сторону, но она шла не ко мне. Осторожными и продуманными шагами она обошла меня.

Чёрт. Чёрт. Чёрт.

Я ожидал, что она будет злиться. Но это было ещё хуже. На самом деле она так ничего и не сказала, но я мог предположить, что последние два дня она потратила на возведении самой высокой стены отчуждения. Обескураженный, но полный решимости, я последовал за ней к двери в конце коридора, перебирая миллион извинений при каждом шаге.

Её офис был намного меньше, чем я себе представлял. На столе ничего лишнего, на глаза попались лишь блок для заметок. Три книжные полки заполняли пространство за её спиной, все заполненные аккуратными рядами книг, установленных по размеру, и никакой безделушки, способной разбавить эту монотонность.

Холодно и непривлекательно.

Как женщина, стоящая прямо передо мной.

Но она была не здесь. Так же как и я.

— Поговори со мной, — умолял её я, пока она садилась и предложила сделать мне тоже самое.

Когда я остался стоять, она устроилась за столом и вытащила блокнот из ящика и что-то начала в него записывать.

— Мистер Риз, Рита сказала мне, что ваш сын болен. Я взяла на себя смелость позвонить Пэтти Роуз, чтобы она вписала вас в свой график на этой неделе.

Мистер Риз. В желудке образовался ком.

— Я не просил тебя заниматься лечением моего ребенка.

Она кивнула, не поднимая глаз и продолжив писать.

— Думаю, вам понравится доктор Роуз. Она первоклассный специалист.

Встав напротив угла её стола, чтобы она не смогла сбежать от меня — или проигнорировать — я повторил:

— Я не просил тебя заниматься лечением моего ребенка.

— Он будет в хороших руках. — Шарлотта наконец-то посмотрела на меня и улыбнулась той самой чёртовой фальшивой улыбкой с фотографии, висящей в коридоре.

— Не делай этого, — выдохнул я.

Она переплела пальцы и как настоящий профессионал положила их на стол перед собой.

Холодно. Отстранённо. Бездушно.

Она почти ускользнула от меня. Я потерял её в темноте. И теперь мы делим её не вместе. Она не вернется оттуда — по крайней мере, не ради меня.

Взрыв адреналина накрыл меня.

— Я собирался рассказать тебе о Тревисе в «Энтожитос».

Она заморгала.

— Меня ждут пациенты. Я что-нибудь ещё могу сделать для вас, мистер Риз?

Опиревшись кулаками об её стол, я наклонился к ней.

— Да. Прекрати называть меня мистером Риз и поговори со мной.

— Извини. Я не лечу детей, — ответила она голосом, лишённым всяких эмоций. Даже её глаза не блестели.

Внезапно разочарование накатило на меня. Или это был тот самый рёв гнева, что кричал в моей голове с того самого дня, как я наблюдал за тем, как машина Кэтрин катится к реке. Оба моих ребёнка оказались заперты внутри.

Тот же рёв оглушал меня каждый день. Немного успокоившись, лишь когда я прижал Ханну к одной стороне, а Трэвиса к другой, в лёгкие которого беспрепятственно тёк воздух.

И несколько дней назад именно этот рёв, который она невольно заглушила не больше чем простым напоминанием, что люди вокруг тоже выживают.

Никаких вопросов.

Никакого осуждения.

Никакого притворства.

Чёрт возьми.

Я отказывался отпустить её.

Тело Шарлотты застыло, когда я придвинулся ближе, положив ладонь ей на шею и потянув её голову, чтобы заставить женщину взглянуть на меня.

— У меня, чёрт возьми, не ни малейшего понятия о том, что здесь происходит, но это не то, что ты думаешь. Не закрывайся от меня, — потребовал я.

Она не отводила свой взгляд от меня.

— Уходите, мистер Риз.

— Чёрт возьми, меня зовут Портер, — прорычал я, схватив её стул и повернув её лицом ко мне.

В её глазах вспыхнуло предупреждение, но она не ответила гневно, в чем я так отчаянно нуждался. Не было слов, за которые я мог зацепиться. Лишь холодность и подавленность — тут я был бессилен.

Опустив руки на её стул, я присел на корточки, балансируя перед ней на носках. Глаза в глаза, тело против друг друга, но целый мир недоразумений и предубеждений разделил нас.

— Я собираюсь быть предельно честным, Шарлотта.

— Честным? Ты? — рассмеялась она. — Будет интересно.

Я покачал головой.

— Тебе больно. Понимаю. Но это не меняет моих помыслов. Я здесь, прямо здесь и прямо сейчас из-за тебя. А не из-за Тревиса.

— Бред. — Она внезапно поднялась со стула, не оставив мне иного выбора, как отойти от неё. Длинными шагами она начала мерить длину своего кабинета, пола её белого халата болталась позади неё. — Ты меня не знаешь! Пару кликов в поисковике интернета, и думаешь уже меня подцепил, да? Поломанную бедняжку, на которую ты решил, что можно наброситься и ослепить своей красивой внешностью и забавными сообщениями. — Она закрыла глаза и рассмеялась. — Боже, должно быть, я действительно выгляжу такой дурой. Всё это дерьмо о темноте, на которую я купилась полностью и безоговорочно. Отличная игра, Портер. Браво. — Она развела руками в стороны, прежде чем хлопнуть ими себя по бёдрам. — Серьезно, я впечатлена.

Выпрямившись, я прогрохотал:

— Это не было чёртовой игрой! Чёрт тебя дери, Шарлотта, я не искал тебя в интернете. Ты просто чертовски мне понравилась, и я хотел поужинать с тобой. Посуди сама, мой сын болен и я не могу ничего сделать, только лишь привлекать к нему внимание лучших существующих врачей, чтобы, чёрт возьми, как-то это изменить. А тут как гром среди ясного неба: ты. И да, признаюсь, я приехал в больницу, чтобы пригласить тебя на обед с твердым намерением уговорить тебя лечить моего сына. Но как лучший отец года, я забыл об этом, потому что, чёрт возьми, так был поглощен тобой. — Теперь уже и я ходил по кабинету. — Тобой, Шарлотта. Не доктором Миллс. Тобой. Чтобы ты не говорила. Но я клянусь своей жизнью, что, чёрт возьми, понятия не имел, чем это все обернется. — Положив ладонь на тяжело вздымающуюся грудь, я сделал шаг к ней и понизил голос. — И мне не обязательно знать, чтобы понять твою темноту. Внутри меня живёт тот же ад.

Она усмехнулась и ткнула в меня пальцем.

— Ты понятия не имеешь, о чём говоришь. Мы не может разделить этот ад на двоих, Портер. Ты не продержался бы и дня в этом пекле.

Злобный рык сорвался с моих губ, когда вспышка гнева объяла меня. Она была права; я не знал, о чём говорил. Но и она была далека. Я обещал никаких вопросов. Но она получит чертову тучу моих ответов.

Я сократил расстояние между нами. Её глаза расширились и она начала пятиться от меня, но я не остановился, пока её спина не прижалась к стене.