Чтение онлайн

Так и случилось. Страсти по Дэну Уайтхорну постепенно улеглись. Общество смирилось с его разводом и приняло его как должное. В конце концов, он самый обычный смертный. Чем он отличается от других людей?!. Вот и Чарли пытался внушить себе эту мысль, хотя у него это с трудом получалось. Всю жизнь он полагал, что его родители — это совершенно особые люди, просто потому что это его родители. Это другие разводятся и расстаются. С его родителями такого никогда не должно было случиться. Но случилось. И теперь, когда у него не было выбора, Чарли думал, вспоминал, анализировал. Почти сразу он сделал свой самый главный вывод: его родители не безгрешны, да и отношения между ними были далеко не идеальными — всю жизнь. Но он не собирался лезть к кому-либо из них в душу, донимать расспросами. Надо будет — сами все расскажут. Видимо, пока никто из них не созрел для серьезного разговора с ним. Они будто боятся его, будто чувствуют себя в чем-то виноватыми перед ним. А виноваты они разве что в молчании. Поговорили бы с ним, объяснили бы что к чему. Так нет же! Пока шел бракоразводный процесс, они ругались друг с другом так, что весь дом буквально "на ушах стоял", или уходили куда подальше друг от друга. Ни один из них не поговорил с ним. Ему даже сам факт развода представили как данность, не спросив, что в связи с этим чувствует он. И от этого Чарльзу было больно и обидно.

Вдобавок ко всему ему совершенно не давали покоя мысли о его новой знакомой — Джулии Колфилд. Если он не думал о родителях, его мысли были заняты Джулией. Чарльз изо всех сил заверял себя, что он нисколько не влюблен в нее, потому что абсолютно невозможно так быстро влюбиться. Он старался быть честным с самим собой, старался объективно смотреть на вещи и от всей души надеялся, что это всего лишь его мимолетная прихоть — быть рядом с ней, слушать звук ее голоса, ощущать, как все его существо откликается на малейшие ее прикосновения. Все это было чистой поэзией, эксклюзивным наслаждением, будто созданным специально для него! Он знал, что и Джулии он не безразличен с той самой минуты, как они увидели друг друга. Но ни один из них не сделал ни шагу навстречу друг другу. Одна только Ангель суетилась вокруг них, как профессиональная сваха, усиленно делая вид, что она вовсе не хочет свести их вместе и тем не менее занимаясь именно этим. Благодаря ей, оставаясь наедине друг с другом, Чарли и Джулия первые мгновения чувствовали себя неловко, словно должны были перед кем-то оправдываться за свое взаимное влечение. Вот и в очередной раз, Чарли и Ангель договорились встретиться в кафе за ленчем, а та привела с собой Джулию и, придумав самый неблаговидный предлог, сбежала куда-то. Уайтхорну пришла в голову малоприятная мысль о сводничестве. Отпивая кофе, он досадливо поморщился, невольно выражая эту мысль.

— Что с тобой? — Спросила Джулия, лениво ковыряя ложечкой десерт.

Она вернула его в реальность, которая была чудесней его невеселых размышлений. Чарли невольно залюбовался обыденными движениями Джулии. Смотреть на нее всегда было сплошным удовольствием.

— Я давно хотел спросить тебя… — Начал он. — Мне тут в голову пришла одна мысль… — Чарльз осекся, не зная, как сказать ей о намерениях Ангель.

— Что Ангель решила свести нас вместе? — Улыбнулась девушка.

И как только ей это удается — понимать его с полуслова, с полувзгляда?.. Он всегда думал, что только Ангель способна на это, что только она знает его до мозга костей. Но теперь ему казалось, что он знаком с Джулией тысячу лет. Раньше он не верил в переселение душ, а сейчас ему хотелось верить, что они были влюблены друг в друга когда-то в прошлой жизни. И не просто влюблены, а любили друг друга страстно, неистово, до невозможности расстаться друг с другом хотя бы на мгновение. Вот и сейчас их тянет друг к другу непреодолимо.

— А ты откуда знаешь? — Удивился Уайтхорн, хотя здесь ему нечему было удивляться.

— Это видно. К тому же она плохо играет. Вот и сейчас явно соврала, чтобы оставить нас наедине.

— Точно! — Подтвердил парень.

— Хотя я была не против ее ухода, — проговорила Джулия, глядя ему прямо в глаза.

— И я, — ошеломленно ответил Чарльз Роберт.

Они впервые говорили о своей взаимной симпатии друг к другу. Чарли казалось, что он сейчас взорвется, как вулкан, от переполнявших его чувств и желаний. Если сейчас, сию минуту, не произойдет нечто или сблизившее их на всю оставшуюся жизнь, или отторгнувшее друг от друга, то он просто умрет от неопределенности.

Между ними стояла тишина, напряженная, как воздух перед грозой. Они молчали и не могли сказать ни слова. Да и зачем были нужны слова? Их взгляды говорили гораздо больше.

— Может, пойдем отсюда куда-нибудь? — Хриплым от волнения голосом произнесла девушка.

— Да, с удовольствием, — ответил Чарльз, чувствуя, как его ладони стали влажными от пота.

Руки тряслись противной мелкой дрожью, и, чтобы унять ее, Уайтхорн сжал ладони в кулаки и разжал их. Черт возьми, он волнуется, как подросток на первом свидании с первой в его жизни девушкой. Но ведь он уже проходил через все это неоднократно. Разные девушки, разные свидания, разные чувства. Вот только Джулия была совсем особенной, ни на кого не похожей девушкой. Вдруг он сделает или скажет что-то не так, и ей это не понравится? Что будет с ними тогда? Ему совсем не хотелось губить то, что еще так и не начиналось.

— Ты на машине? — Спросила она.

— Да, а что?

Уайтхорн жестом подозвал официанта и попросил счет.

— Ангель привезла меня на своей машине и сама же на ней уехала.

— Поедем на моей.

Когда принесли счет, Чарли расплатился, и они вышли из кафе.

— Куда ты хочешь поехать? — Поинтересовался он.

— Не знаю. Мне все равно, куда ехать с тобой. У тебя есть какое-нибудь любимое место в городе?

Джулия не хотела, чтобы в их первое свидание (если его можно было назвать таковым) Чарли повез бы ее в какую-нибудь холостяцкую квартиру, где побывали множество девушек до нее. Если бы сегодня случилось нечто подобное, она разочаровалась бы в нем. Ей до смерти хотелось остаться с ним наедине, но в то же время торопить события она боялась. Девушку очень пугал такой стремительный поворот событий. Ведь еще неделю назад они ничего не знали друг о друге, были совершенно чужими друг другу, а теперь умирали от страсти и желания. Их взаимное влечение было таким остро чувствительным, таким глубоким и страстным, что ни у кого из них не было ни сил, ни воли, ни желания сопротивляться ему. И теперь им обоим казалось, что все между ними происходит не просто так. Они обречены любить друг друга вечно. Что бы ни случилось.

— В самом Лос-Анджелесе — нет, — ответил парень, когда они уже подошли к стоянке, где стоял его автомобиль — роскошный "Астон Мартин" серебристого цвета. — Но есть одно место недалеко от города, которое недавно показал мне отец. Ты не откажешься совершить со мной маленькое путешествие? — Спросил он, помогая Джулии сесть в автомобиль.

— С тобой — куда угодно. Хоть на край света! — Пылко ответила девушка.

Пока Чарли обходил машину, чтобы сесть на место водителя, она потянулась и открыла ему дверцу, но уронила сумочку, все содержимое которой незамедлительно высыпалось на пол.

— Вот черт! — Выругалась девушка и, нагнувшись, начала все собирать.

И неожиданно услышала где-то над ухом:

— Я помогу!

Эти простые слова Чарли стали пределом. Его внезапно охрипший голос, его горячее дыхание, опалившее ее кожу, его губы, находившиеся так близко, его рука, накрывшая ее ладонь… Между ними вспыхнуло яростное пламя, остановить которое уже не мог никто. Да и их отчаянный голод вряд ли могли утолить и они сами.

— Чарли, поцелуй меня, пожалуйста! — Попросила его Джулия, будучи не в силах больше совладать со своими желаниями и чувствами. — Если ты не поцелуешь меня сейчас же, я умру! — Пылко добавила она.

О большем его не надо было просить. Он жадно припал губами к ее призывно раскрытому рту. Чарли мгновенно завладел ее ртом, и Джулия обмерла от удовольствия, обхватив его лицо руками. Никто никогда не вызывал у нее подобных ощущений. Через ее тело будто проходили волны электрических разрядов, и уже через мгновение она вся была охвачена огнем желания. Поцелуй, казалось, длился целую бесконечность. Она не хотела отпускать его. Как только Чарли делал попытку отстраниться от нее, она снова притягивала его к себе, ни на секунду не отпуская его от своих жадных, требовательных губ. Весь их поцелуй был — само желание, невыразимое удовольствие, отпустить которое было выше их сил. Время потеряло значение, мир утратил реальность. Им было все равно, где они находятся, сколько сейчас времени, какой сегодня день. Осталось лишь желание — невыносимое, невыразимое, дикое, как огонь, остановить который невозможно и не имеет смысла.

С трудом оторвавшись от ее настойчивых, требовательных губ, Чарли проговорил:

— Подожди, дорогая! Если мы будем продолжать в том же духе, то оба задохнемся…

Она улыбнулась, потом ответила:

— Мне нужно было, чтобы ты меня поцеловал. Я не знаю, что на меня нашло. Это, как наваждение, безумие что ли…

— Шшш… — Парень приложил палец к ее губам. — Молчи! Мне ли не знать, что ты чувствуешь?! Ведь я чувствую то же самое. Ты правильно сказала — "безумие". Но мне это безумие нравится.

— Поехали отсюда побыстрее, — почти шепотом сказала Джулия.

— Только давай я сначала помогу тебе все собрать, — предложил Уайтхорн.

— Ой! А я уже забыла… — Отозвалась она, и молодые люди вместе начали собирать содержимое сумочки Джулии.

Потом, наконец, машина, выехала со стоянки и, лавируя по дороге среди других машин, стала выбираться из города.

Загородный дом Дэна, ставший причиной таких громких разбирательств во время его развода с женой, по-прежнему стоял на своем месте — на утесе над океаном. Летом здесь было особенно замечательно, наверное, потому что обильно цвели цветы, которые росли не только в палисаднике возле дома, но и обвивали его стены, балконы, крыльцо. Вьющиеся розы, пионы, тюльпаны соседствовали с экзотическими азалиями, мальвами, орхидеями. Каждые цвели в свое время, поэтому недостатка в цветах не было никогда. Дом буквально утопал в них. Чарли влюбился в него сразу, как только отец впервые привез его сюда. Но только сейчас он понял, почему Дэн взял с него слово, что о существовании дома никто и никогда не узнает — разве что девушка, которая станет ему дороже жизни. Так уж получилось, что когда Чарли встречался с Ангель, он еще не знал об этом доме, зато он узнал о нем теперь, и привез сюда Джулию. Он сделал это без угрызений совести, поскольку был уверен, что так, как он любит ее, больше не полюбит ни одну женщину в мире. А значит, именно она больше всех остальных девушек имеет право находиться в этом доме. Именно она уже целую вечность владеет его душой, телом, а главное — сердцем.