Чтение онлайн

– Не представляю, что это за послание.

– Сдается мне, и Нестору сказать нечего.

– Кое-что он сегодня все же сказал.

– Поделишься?

Павел помедлил, но ответил:

– Это только начало. Заявление, каким бы оно ни было, не полное. Налицо длительная подготовка и выверенный план, подобранная в своей ненависти друг к другу пара. Первая пара.

Аня еще долго находилась под впечатлением от этих слов. Только начало? Нестор полагает, будут еще жертвы, а о начальнике девушка знала точно – он редко ошибался в страшных прогнозах. И что-то натолкнуло его на мысль о серии.

Им стоит поторопиться, отыскать следы Николая Лаптева в городе. С кем он общался, кому звонил. Друзья Нестора из полиции как раз обещали проверить телефон. Что-то должно быть, ведь на своем пути Николай столкнулся с будущим убийцей. А еще погибшая лесная дева… насчет нее Нестор тоже выдал Ане задание.

С трудом оттащив Хитромора от телевизора, она привела его к себе.

– Расскажи о Мальфриде, – приказала девушка, внимательно наблюдая за Хитромором. Хотя за день она на него вдоволь насмотрелась, аж до тошноты, а длинные косички теперь ее личный сорт раздражения.

Лесной принц ожидаемо скис.

– Обязательно делать это сейчас? У меня свои дела имеются, я ищу ответы!

– Ты только что перед телевизором сидел, какие там ответы?

– О, самые разные, недалекая человечишка.

Аня удивленно моргнула, но потом взяла себя в руки:

– Так, я не хочу это знать. Мальфрида, вот что меня интересует. Поговорим о ней и разойдемся, я покажу тебе комнату, в ней будет телевизор, и оставлю тебя в одиночестве. И будешь заниматься… чем бы ты там ни занимался.

– Но зачем говорить о Мальфриде? Она умерла.

– Потому что мне хочется. Вы были знакомы?

Хитромор нехотя устроился за барной стойкой и ответил:

– Все мы в каком-то роде знаем друг друга.

– Ты знал ее близко?

– Что есть близость? Она была невестой одного из моих братьев. Самого противного, хочу отметить. Но Хероглоту вечно удавалось заманить подружек красным словцом и длинным хвостом, вот и Мальфрида не устояла. Но вскоре и она поняла, что хвост у братца, хоть и длинный, но крайне вялый.

– Хероглот – это имя такое?

– Может, и не Хероглот, а Хероворот, но какая разница?

Аня вдруг осознала, что этот лесной принц мог не сказать ни слова правды, даже при том, что врать он не может, это самая известная слабость лесных созданий, ведь сам Древобог завещал им говорить одну лишь правду. Но получилось немного иначе: никакой лжи, но и ни слова в простоте, и в конечном итоге легко остаться в дураках.

– У вас с Мальфридой были близкие отношения? – повторила Аня.

– Она была невестой брата, я же сказал! В семьях всегда близкие отношения, все по заветам Доминика Торетто 7 .

– Да или нет. Ты спал с ней?

– Рядом?

– Рядом, на ней, под ней, в обнимку с ней.

Хитромор оскорбленно поджал губы и отвернулся.

– Спал с невестой брата? – ахнула Аня. – Зачем?

– У меня от тебя какая-то дрожь по позвоночнику, будто слизни прилипли и ползут, ползут… в общем, отвратительное ощущение. Нельзя мне сменить прислужницу? Я согласен даже на того душного слепца. Видел, у него есть Нэтфликс. А еще он считает меня убийцей и боится, что не может не устраивать.

– Когда ты видел Мальфриду в последний раз?

– Трудно припомнить, – запыхтел недовольный принц, и судя по его жалкому виду, готов был зарыдать от отчаяния. – Часто я ее видел, не мог отделаться, она все приходила и приходила. Моя вина в чем? Я ее не звал, на минуточку! Ни единого разочка не звал! Но как обычно окажусь крайним. Вечная история: кто обвинит Хитромора во всем подряд, тот молодец!

– Перед смертью она плавала в озере. Уж не с тобой ли? А еще кожа под ее ногтями, – Аня аж подпрыгнула от посетившей ее догадки: – Только не говори, что и кожа твоя! А ну снимай халат, показывай спину!

Хитромор вскочил и в ужасе отшатнулся в угол:

– Прекрати наступление, безликая женщина! Твои пытки слишком действенны, я согласен рассказать все! О, великий дедушка, помоги мне… Да, Мальфрида была у меня недавно! Может, даже вчера. Вот! Услышала? Теперь прекрати свои угрожающие манипуляции!

– Может, вчера? Как это понимать?

– Иногда я немного теряюсь во времени. И в пространстве. Вот и Мальфрида… как начала шастать, я даже не заметил. Может оттого, что первые десять лет изгнания я провел под грибами, и это были не опята.

Аня уже не понимала, когда он говорит серьезно, а когда пытается ее запутать. И вообще… этот цирк ее выматывал похуже, чем многокилометровые прогулки по скалистому лесу. К последнему она хотя бы привыкла.

– Скажи, ты правда убил тех охотников?

В этот раз ответ был коротким:

– Да.

И Хитромор об этом никогда не жалел.

О случившемся с Остролиной ему рассказала Утоплина, ее сумасшедшая сестрица. И что-то случилось с Хитромором в тот миг. Он не обезумел, как многие подумали, нет. Наоборот, что-то умерло внутри него безвозвратно, а голова стала чистой. Хитромор неспешно вышел из леса, отыскал одного охотника, а через него вышел на других. На это потребовалось очень много сил, люди были обвешаны с ног до головы защитой. Глупцы. Он внук божественной лесной сущности, а не какая-то нечисть. У охотников не было шансов против его гнева. Может, в обычный день защита и спасла бы тех охотников, но гнев решил все.

Хитромор выстроил их в ряд и отправил в лесную чащу. И за это отец отправил его в бетонные людские дебри, выживать, как те мерзкие охотники. А еще думать о том, как он подвел семью. Лицемерие в чистом виде! Отец всегда мнил себя самым умным, мол, людей жалко, пострадали… ха! Ха! И еще сто раз ха! Отца люди никогда не беспокоили, одним больше, сотней меньше… разве что перед Нестором лесной король натягивал на себя роль благодетеля, а в остальное время он оставался беспринципным жестоким собой. Так вот: лесной король только прикрылся человеческими жертвами, а на самом деле ему не понравилось выступление Хитромора. Его бунт.

И вовсе Хитромор не подвел семью. Это семья подвела его, ведь у Хитромора было право отомстить за любовь всей его жизни. Изгнание должно было стать невыносимым наказанием, но ко всему, что с ним случалось после смерти Остролины, Хитромор относился с равнодушием. Тридцать лет сплошного равнодушия. И немного тоски по родному лесу.

Возможность возвращения домой подпитывала его мечты о лучшей жизни. Может, когда он станет собой, все образуется. Дыра в его груди не зарастет, нет, но станет хоть немного меньше. И тоска по Остролине превратится в сладкий дым былой жизни, и перестанет разъедать его изнутри.