Чтение онлайн

– Нам. – последовал ответ.

– Ответ полностью осветил суть нашей проблемы. – проворчала Алена, но встала и принялась раздеваться, все еще соображая, как быть с обувью.

Все снятые вещи были аккуратно свернуты и уложены на санки. Девочка пожертвовала свой поясок от платья и имущество было плотно и крепко связано. Еще немного посомневавшись на счет ботинок, Алена все-таки их сняла и осталась в одних носках. Ощутив некоторую легкость в движениях, горе-путешественница глубоко вздохнула, крепко сжав в руке веревку от санок.

– Бурлаки на Волге. – выдала она последнюю реплику и, ругаясь про себя на чем свет стоит, снова медленно двинулась в сторону леса.

Не сказать, что эта «прогулка» радовала Алену, но идти по зеленой травке ей нравилось гораздо больше, чем убегать по холодному снегу! Так медленно, но верно они все-таки достигли заветной цели. На цветочное поле уже опустились плотные сумерки, а в лесу к этому времени стало совершенно темно. Алена с минуту попыталась вглядеться в тьму, образованную деревьями, а потом принялась разбирать санки.

– Мы будем ночевать здесь? – понимающе спросила девочка.

– Да. Я в такую черноту ни за какие коврижки не пойду. А вдруг там водятся большие и хищные звери, которые очень любят маленьких и не очень маленьких девочек? – девчушка любопытно склонила голову на бок. – Сказку про Красную шапочку слыхала? – несколько отрицательных мотков головой, уверили Алену в правильности своих действий. Она-то мораль этой сказочки хорошо усвоила! – Быстро валимся на фуфайку и спим. Авось хищных зверей отпугнет запах бензина и они побрезгуют нами перекусывать. – последовав своим инструкциям и буквально свалившись на «ложе», она прямо физически почувствовала, как сон обволакивает ее сознание. – Все. Спать.

Утром Алена долгое время не могла осознать, что все, случившееся с ней вчера, никакой не сон, а реальная действительность. Она сперва просто не хотела вставать, крепко зажмуривая, а потом снова открывая глаза, в надежде, что, наконец, окажется у себя дома в своей кровати. Но… раз за разом снова видела все те же деревья, поляну и маленькую девочку сидящую неподалеку и терпеливо ожидающую ее полного просыпания. Никакие «ну сделай, пожалуйста, чтобы я оказалась сейчас дома!» не помогли. Алене пришлось это признать и начать подъем.

С пробуждением появились некоторые проблемы. Во-первых, никто не предупредил ее заранее об этом «увлекательном походе» и, как следствие, у Алены не оказалось никаких средств гигиены, типа зубной щетки и пасты. Про полотенце, мыло и шампунь ей вовсе мечтать не приходилось. Во-вторых, конечно же не нашлось того, кто бы приготовил им завтрак, а ни продуктов, ни супер современной недавно приобретенной плиты здесь тоже не наблюдалось. Далее не было свежего белья, в которое можно было бы переодеться, полочки с обувью, крема для лица и всего того, с чего Алена привыкла начинать свое утро. Поэтому выражение «Утро доброе» в ее мыслях тут же было перечеркнуто толстой красной линией.

Все чем могла располагать теперь Алена, ютилось в ее сумке. По счастливым обстоятельствам (если это так можно сказать) в сумке сейчас у нее было намного больше вещей, чем обычно. Благодаря тому, что увольняясь с работы, она опустошила свой ящик в столе, а донести его содержимое до дома так и не успела. Наличие расчески радовало как никогда! Была там и ненужная в этих условиях пудреница, помада, зарядник для телефона, запасной зонт, зажигалка с синим фонариком, подарок от Машки, кружка с надписью «Не время отдыхать!» и еще много всякой бесполезной мелочи.

Проведя полную инвентаризацию своих скромных пожитков, Алена наконец обратила внимание на девочку, по-прежнему молча сидящую напротив нее. Девочке несомненно было интересно покопаться в вещах, разложенных на траве, и позадавать множество самых разных вопросов, типа «А это что? А оно для чего? А куда это?» и так далее, но она сидела и ничего такого не делала. У Пшеничной неожиданно прорезалась совесть. Ребенок то в чем виноват? Она же ребенок, в конце концов! Алена быстро покидала свое имущество обратно в сумку и в упор посмотрела на девочку.

– Ну ладно, раз уж нам придется какое-то время быть вместе, давай знакомиться. Меня зовут Алена.

– Я знаю. – улыбнулась девочка.

– Хорошо. А вот мне неизвестно твое имя. Как тебя зовут?

– У меня нет имени.

– Как это нет имени?!! У каждого есть имя!

– А у меня нет. – спокойно парировал ребенок.

– Почему? – растерялась Алена.

– Потому что так проще быть незамеченной. С именем любого человека можно легко найти. – пожала плечами девочка, словно говорила прописные истины, которые должны быть известны всем.

– Понятно. – решила не спорить Алена. – А сколько тебе лет?

– У меня нет возраста.

– Без возраста тоже легче быть невидимой?

– Нет. Просто у меня его нет. Я родилась такой и все эти годы не менялась.

– Не совсем понятно, но… принимается. Но у нас появляется небольшая проблема.

– Какая? – заинтересовалась девчушка.

– Мне все же надо тебя как-то называть. Давай придумаем тебе какое-нибудь имя. Ну, так сказать на время, чтобы я могла к тебе обращаться… Ты не против?

– Нет.

– Замечательно. Какое имя ты бы хотела иметь? – девочка слегка нахмурила лоб. – Я имею в виду, какое имя тебе нравится?

– Мне нравится имя Вилералия! – просияла она. – Так звали одну мою знакомую.

– Вилералия? По-моему, это имя – фу! Оно больше подходит для тупой тетки, нежели для такой милой девочки, как ты. Давай выберем что-нибудь попроще. Согласна? – девочка кивнула. – Нужно что-то короткое, милое и простое. Дай подумать. – Алена призадумалась. Она прокручивала в уме все, ей знакомые имена и «примеривала» их к девочке. Наконец, она нашла то, что искала. – Слушай, а как тебе имя Юля? По-моему ничего. Юля, Юличка. Нравится?

Девочка задумалась буквально на мгновение.

– Юлья. – сказала она.

– Что «Юлья»? Ты хочешь, чтобы я тебя называла не Юля, а Юлья?

– Да.

– Почему? А чем плоха Юля?

– Просто здесь нет этого имени. И, если меня им окрикнуть где-нибудь в людном месте, то на нас сразу обратят внимание. А вот имя Юлья здесь есть и оно ни у кого не вызовет подозрений.

– Что ж, логично. А имя Алена здесь есть?

– Есть имя Альёна. Но, я думаю, что на слух они звучат почти одинаково и разница не заметна. Если кто и услышит, то скорее подумает о дефекте речи, чем о чем-то необычном.