Санек
Шрифт:
Повезло, что парни были расслаблены и не ожидали нападения. В первого бандита я всадил две пули, страхуясь. Он был, пусть и незначительно, но дальше остальных, поэтому я и стрелял двойкой. Второму, сидевшему боком, хватило одного выстрела. Я очень удачно попал прямо в голову. Собственно, я туда и целился, хотя это очень непрофессионально, ведь голова — маленькая цель для короткоствола, даже с такого незначительного расстояния. Но я сознательно решил рискнуть, чтобы сэкономить патроны, и не прогадал. В еще двух бандитов, которые так и не успели понять, что их убивают, я стрелял практически в упор, и им хватило по одной пуле.
Конечно, по-хорошему надо было бы сделать контрольные выстрелы, но мне сейчас было не до этого. Даже если кого-то из них я не добил, что вряд ли, тратить на них патроны я и не подумал, и так все слишком тонко с этим делом. Можно сказать, в притирку.
Поднимаясь по лестнице на второй этаж, я перезаряжался, добивая барабан револьвера до полного. На втором этаже я оказался в обширном холле, который как бы пересекал коридор, располагаясь перпендикулярно лестнице. Вдоль стен этого коридора стояли несколько статуй, которые меня изрядно напугали. Только чудом не начал по ним стрелять. Так вышло из-за того, что в коридоре почему-то горела только одна лампочка, да и то в противоположной от статуй стороне. Сдержался и пошел в сторону, откуда доносился довольно громкий женский плач, звонкие хлопки пощечин и глухой мужской голос, который что-то неразборчиво бормотал, с даже отсюда заметной ненавистью.
Это все так хорошо было слышно из-за слегка приоткрытой двери в спальню, заглянув в которую сквозь эту щель, я увидел нелицеприятную картину. Стоящий ко мне спиной или даже чуть полубоком здоровенный амбал держал за волосы плачущую девчонку, запрокинувшую голову, и отвешивал ей хлесткие пощечины, приговаривая, что он ее научит правильно доставлять удовольствие мужчине.
По-хорошему, мне надо было бы пристрелить этого урода, успокоить девчонку, велеть сидеть здесь тихо и идти искать последнего оставшегося в живых бандита. Но очень уж хотелось взять главаря живым и немного порасспрашивать его, ведь информация — это тоже деньги, и немалые. Не зная, как этот самый главарь выглядит, решил рискнуть и вырубить этого любителя избивать женщин, не прибегая к стрельбе.
Дверь открылась без скрипа, и, скользнув внутрь, я сделал два стремительных шага к своей цели не особо таясь. Смысла в этом не было, потому что, скорее всего, из-за усилившегося сквозняка, амбал начал поворачивать голову в мою сторону. Он оказался действительно неплохо подготовленным бойцом и почти успел уклониться от моего удара рукоятью револьвера в голову, но только почти. Пусть и вскользь, но я попал и тем самым ввел его в состояние грогги. Другими словами, он поплыл, и я поспешил этим воспользоваться — сначала зарядил левый боковой в подбородок, что усугубило его состояние, а потом добавил второй раз рукоятью револьвера по макушке. Этого ему хватило за глаза, и он кулем свалился на пол, но без грохота, потому что я успел его придержать. Девчонка, ставшая свидетелем этой короткой схватки, уже открыла рот, чтобы завизжать, но я не позволил. Нет, я не закрыл ей рот и бить не стал, просто негромко произнес:
— Закричишь, сразу умрешь.
Она явно меня услышала, потому что захлопнула ротик и, сжавшись, как мышь перед котом, застыла. Я понял, что она в состоянии воспринимать информацию, и добавил:
— Сейчася я свяжу вас с бандитом и оставлю здесь ненадолго. Будешь вести себя хорошо, останешься в живых, и твои мучения не затянутся. Попытаешься сопротивляться — умрешь.
С нее и начал. Разорвал на полосы простыню, предварительно надрезав ножом, и так шустро, как это вообще возможно, спеленал сначала ее, не забыв соорудить и вставить ей в рот кляп, а потом и отключившегося бандита.
Последнего клиента пришлось поискать. Три комнаты проверил, прежде чем его нашел. Здесь мне откровенно повезло. Довольно упитанный тучный мужик с лысой как коленка головой, мирно спал в обнимку с молоденький девчонкой. Не задумываясь ни на мгновение, долбанул его рукояткой револьвера по лбу, тут же прикрыл своей ладонью рот проснувшейся девчонке, велел ей молчать, и сделал все то же самое, что и в прошлой комнате: связал сначала обнаженную нимфу, а потом лысого мужика.
Только после этого я расслабился и посидел пару минут на краю кровати, отходя от дикого напряжения, в котором находился все время с самого начала этой авантюры. Немного передохнув, если эту паузу можно так назвать, я пошел проверять все остальные комнаты на этом этаже, а потом и по первому пробежался, обследовав все, что мы пропустили. Немного задержался в подвале, где обнаружил нехилый арсенал, битком набитый самым разным оружием, из-за которого я и залип ненадолго. Закончив обследовать особняк, я отправился на кухню, где оставил своего спутника в компании четырех девчат. Обнаруженная там картина рассмешила и умилила меня. Девчата сгрудились в одном углу и о чем-то тихонько шептались, Стивен сидел в противоположном углу и не сводил с них глаз, держа в каждой руке по пистолету. Не удержался, чтобы не подколоть его, и произнес:
— Вот что ты за человек, ты бы хоть присесть девчатам предложил, а то застыл, как истукан, ослепленный их красотой.
Тот сначала посмотрел на меня недоуменно, а потом спросил:
— Как все прошло?
— Да нормально все, но о деталях позже, сейчас дел много, — выпалил я на одном дыхании, а повернулся к девочкам. — Так, девчата, сейчас дружно идем за мной, я для вас подыскал подходящую комнату, где вам придется провести какое-то время, пока мы не закончим здесь свои дела. Обещаю, перед тем как уйдем, обязательно вас отпустим. Да, и за подруг не беспокойтесь, скоро приведу их к вам.
Мы отвели девочек в подвал и закрыли в глухой комнате, которая, скорее всего, и предназначалась для содержания пленников. Я определил это по деревянным нарам и оборудованному там санузлу — умывальнику и унитазу. Подвал был сухой, со сделанной по уму вентиляцией, поэтому ничего страшного не случится, если девчата недолго посидят здесь. Подкинем им одеял, чтобы не мерзли, и пусть пока отдыхают.
Отправить в эту камеру оставшихся дам труда не составило, да и времени много не понадобилось. Сложнее было уговорить Стивена не убивать главаря сразу, а сначала допросить.
Просто надо было видеть полицейского, когда он увидел связанного врага. С трудом его оттащил и не дал убить упитанного бандита сразу. Да, именно пухляш и оказался главарем, и очень хорошо, что мне удалось взять его живым. Второго пленника я собрался было просто пристрелить, но потом решил немного повременить. Просто подумал, что его тоже не лишним будет поспрашивать, вдруг знает что полезное, да и за избитую девчонку захотелось отыграться, терпеть ненавижу, когда кто-то бьет женщин, тем более настолько беззащитных.
Стивену я не рискнул доверить допрос главаря, он буквально копытом бил, так ему хотелось побыстрее прибить своего врага. Но я решил начать со второго пленника и не прогадал. Если поначалу он, когда я привел его в чувство, пытался угрожать и рассказывать, что с нами сделают его подельники, то уже после третьего сломанного или скорее расплющенного в пассатижах пальца он запел, как соловей. Много интересного он рассказал, давно находился рядом с главарем, поэтому и знал немало. Именно он рассказал о потайной комнате-сейфе, примыкающей к спальне хозяина, где тот хранил свои основные капиталы и важные документы. Забегая вперед, скажу, что в плане допроса главарь оказался на порядок труднее подчиненного и ломать его пришлось всерьез и довольно долго. По крайней мере, до рассказа о потайной комнате он продержался почти полчаса. Я, конечно, не профессионал в выбивании признаний, но кто жил в девяностые, тот поневоле наслушался, как это обычно происходит. Да и на службе в армии я кое-чего нахватался, поэтому, пусть и с трудом, но своего я добился, выпотрошил их до донышка. Когда мы со Стивеном параллельно с допросом вскрыли потайную комнату и еще пару небольших, но очень интересных тайников, у меня невольно промелькнула мысль, что в Америке самый прибыльный бизнес — это грабеж главарей бандитских группировок. В потайной комнате мы обнаружили семьсот двадцать тысяч долларов, чуть меньше ста килограммов золота в слитках и целую кучу интересных бумаг, среди которых были документы на недвижимость, принадлежащую главарю, и компромат на кое-каких важных людей.
Главарь оказался аккуратистом, поэтому считать прибыль нам не пришлось. Все было добротно упаковано и подготовлено на случай экстренной эвакуации. Более того, мы нашли подробное описание содержимое каждого чемодана и саквояжа, а еще своеобразную книга прихода и расхода, в которой все было учтено совсем уж до последнего цента. Это очень облегчало задачу и по вывозу содержимого, и по его разделу.
В двух других тайниках мы обнаружили довольно много драгоценностей в одном и несколько тысяч золотых монет в другом. Серебра в тайниках не было, если не считать несколько столовых сервизов, найденных в закрытой комнате, о которой, кстати, поведал бывший охранник. Видно, не в чести этот металл у местных бандитов. Сервизы, кстати, тоже были упакованы в ящики и готовы к транспортировке, поэтому мы решили и их забрать.