Санкт-Петербургский бал-маскарад [Драматическая поэма]
Шрифт:
Алексей Шубин, выходя из роли камергера, в движеньях нарастающего по темпу танца.
ШУБИН ( про себя) Счастливец камергер! Увы, я паж! Как вынести мне взор самой богини, Исполненный любви и восхищенья! Играть я не умею, я влюблен Со страхом до тоски и смертной муки. Уйти в леса и затеряться в них! В сражениях погибнуть, как герой! Какой удел – погибнуть от любви Богини к смертному, иль я, Адонис! ЦЕСАРЕВНА ( устремляясь с восхищением за Шубиным) Отлично, паж! Но только ты живи! Служи Венере без тоски и страха. Ты ж не монах? Монахиня ли я? ШУБИН Но паж – монах пред ликом красоты! Молиться и любить – так это ж мука. И счастье невозможно – то разлука. ЦЕСАРЕВНА ( впадая в отчаяние) Играешь камергера, а не пажа. Увы! Что делать? Счастья моего Не вынесли ни царь, племянник мой, Ни власти, так всегда. Бутурлина Отправили на Украину, там Порядок в армии навесть, меж тем Как царь в сетях любовных Долгоруких Задохся… О, вина моя и здесь!Пикник на лугу у березовой рощи, за которой простираются озеро и дали, с маковками церквей Москвы на горизонте. Хор масок в окружении хоровода поселянок, выступающих поочередно, то в унисон. У берез музыканты.
Маски выступают с пантомимой, что хоровод сопровождает то плясками, то пением.
Со стороны озера идут цесаревна и паж Алексей Шубин, как видно, с непрерывными объяснениями влюбленных, поскольку ситуация вдруг возникла очень не простая. Звучат признания в любви, обостренные тем, что предстоит разлука… С возвращением двора в Петербург он должен вернуться в свой полк…
ЦЕСАРЕВНА ( одна, глядясь в зеркало и пребывая в тоске) Влюбившись в парня, милого красавца, - Он уроженец этих милых мест И прапорщик Семеновского полка, И грамоте обучен, и смышлен, - В пажи взяла, чтоб только чаще видеть! О, как распелись соловьи весною, Весной любви, доныне небывалой, В такой любви все чисто, как в цветах. Но Зависть свыше к красоте и к счастью Обрушила на молодца гоненья. Виновен Шубин Алексей в любви И верности, а значит, он опасен! Отправили на самый край земли, Чтоб он пропал и след его простыл.Царское Село. Камеронова галерея высится над прудами и аллеями вокруг. Среди публики в современных одеждах и маскарадных костюмах привлекает всеобщее внимание юноша с кудрявой головой, голубоглазый, быстрый в движениях и словно погруженный в грусть до отчаяния.
ХОР ЖЕНЩИН Сияли облака в озерной глубине, Все те же самые, из поднебесья. Поэт бродил, задумчив и рассеян... Вдруг встрепенулся он: в вечерней тишине, Как с праздника в далекие века, Несутся звуки флейты и рожка. И нимфы на опушке пляшут, Русалки из воды руками машут, Сверкая рыбьей чешуей хвоста. Что ж это? Маскарад веселый иль мечта? С высокой галереи Камерона Звенит кифара Аполлона. И музы стайкой юных жен Сбегают вниз, поэт уж ими окружен.Публика узнает юного Пушкина в окружении юных женщин в туниках.
ХОР ЖЕНЩИН Смеются музы, лишь одна С поэта ясных глаз не сводит, Доверчиво, как друга в отроке, находит, Из детства, в баснословные года. ПУШКИН То грезы и младенческие сны ( Вздохнул поэт.) моей весны. Прекрасный, чудный мир, когда царили боги, Исчез. А ныне люди, их дела убоги.Но муза в речи важной привела пример.
ЭВТЕРПА Разрушили ахейцы Трою За красоту Елены, а Гомер Воспел деяния героев, И восторжествовала красота По всей Элладе. Разве то мечта? ПУШКИН Но мир прекрасный в прошлом, разве нет? ( С печалью и тоскою возразил поэт.)Поделиться с друзьями: