Чтение онлайн

Джина оскорбленно вскинула голову.

— Если бы в этом мире существовала справедливость, то на костылях была бы не я, а ты!

Кейт нахмурил брови.

— Если бы в этом мире действительно существовала справедливость, то Сантаны в полицейском участке сейчас бы не было. Я думаю, что она сидела бы у себя дома и занималась Брэндоном.

Джина с изумлением оглядела окружного прокурора.

— Не надо, Кейт, — саркастически протянула она. Тиммонс сделал серьезное лицо.

— Я говорю правду. Я этого не хотел.

Джина едва сдержалась, чтобы не расхохотаться.

— Может быть, ты еще скажешь, что любил ее? — едко выпалила она.

Тиммонс убежденно кивнул.

— Да, я любил ее.

Джина вдруг скисла. Возможно, в ней заговорила ревность.

— И что, — уныло протянула она, — гораздо сильнее, чем меня? Да, теперь мне все ясно — ты и гроша ломаного не стоишь.

Тиммонс мгновенно понял, что сморозил глупость, и решил исправить ошибку, резко сменив тактику.

— А что ты делаешь сегодня вечером? — слащаво улыбаясь, спросил он.

Джина мгновенно ожила.

— Ничего, — с достоинством заявила она. — Я еще не думала над своими планами на вечер. Все будет зависеть от того, посадят Сантану в тюрьму или нет. Если посадят — тогда я буду отмечать это событие шампанским, а если нет, то буду трястись у себя в постели, ежеминутно ожидая се нового появления.

Тиммонс заискивающе заглянул ей в глаза.

— Я предлагаю тебе хороший выход из положения.

Она ответила ему столь же елейной улыбкой.

— Какой же?

Игриво запустив ей руку под блузку, Тиммонс ответил:

— Я предлагаю тебе заехать на часок ко мне.

Она аккуратно убрала его руку и кокетливо заметила:

— Разве ты не видишь, что я сейчас на костылях?

Он беспечно пожал плечами.

— Но ведь они нужны тебе только в вертикальном положении, не правда ли?

Джина не выдержала и рассмеялась.

— Кейт, неужели ты всерьез рассчитываешь на то, что я одарю тебя своими ласками после того, что ты мне здесь наговорил?

Он умоляюще сложил руки.

— Пожалуйста…

При этом окружной прокурор так комично вытянул рот в улыбке, что Джина сдалась.

— Кейт, ты просто неподражаем!

Фигура Мейсона Кэпвелла в ослепительно белом костюме, величаво вышагивавшего по коридорам полицейского участка, вызывала недоуменные взгляды и смешки окружающих. Сходство с Иисусом Христом придавала ему и короткая темная бородка.

В холле он встретился с Розой. Мать Сантаны скромно сидела на стуле в углу. Увидев Мейсона, она вскочила и с надеждой посмотрела на него.

На обращенный к нему немой вопрос он ответил обнадеживающей улыбкой.

— Тебя скоро пустят к Сантане, Роза. Мне пообещали, что она все-таки сможет повидаться с родными.

Роза с благодарностью улыбнулась.

— Это ты устроил?

В знак подтверждения Мейсон лишь едва заметно прикрыл глаза.

— Это было просто.

Она прослезилась.

— Спасибо. Тебе сегодня удалось сделать удивительно много. Ты смог заставить ее выслушать тебя, а это давно никто не мог сделать.

Он смиренно потупил глаза.

— Это была не моя заслуга. Она сама хотела выслушать меня. Трудно объяснить…

Роза покачала головой.

— Ничего не надо объяснять, Мейсон. Я очень благодарна тебе. Ты сделал доброе дело. Спасибо тебе… большое…

Со слезами на глазах она обняла его и поцеловала в лоб.

Мейсон принял эту благодарность, как и подобает истинному пастырю — спокойно и с достоинством.

Все это происходило на глазах Джины, которая в сопровождении окружного прокурора проследовала через холл к Мейсону.

— Какая трогательная сцена!.. — с легкой насмешкой воскликнула она.

Однако, Мейсон в ответ подчеркнуто вежливо сказал:

— Здравствуй, Джина.

Она одарила его сияющей улыбкой.

— Ты прямо герой дня, настоящая знаменитость. О тебе завтра будут писать все газеты, будет трубить радио и телевидение. Готовься к тому, что тебя станут осаждать репортеры.

Мейсон скромно улыбнулся.

— Ну, это не самое страшное. Было бы гораздо хуже, если бы мне не удалось сегодня помочь Сантане.

Джина едко подхватила:

— Бьюсь об заклад, полиция теперь всегда будет приглашать тебя, если кто-нибудь вздумает выпрыгнуть из окна. Ты один сможешь заменить целую бригаду спасателей.

Мейсон смотрел на нее с легким сожалением, как истинный пастырь смотрит на заблудшую овцу.

— Сомневаюсь в том, что им это понадобится, — с добродушной улыбкой ответил он. — Думаю, что они и без меня смогут справиться.

В улыбке Джины появилась какая-то игривость.

— Ну ладно, Мейсон. Ты все равно молодец. Я думаю, что тебе в самый раз подняться, ты же всегда стремился к власти.

Мейсон без всякого сожаления покачал головой.

— Теперь я больше не интересуюсь политикой. Все мирские заботы остались для меня позади.

Джина не оставляла ернического тона.

— А что, если для разнообразия? Представляешь, как бы это понравилось всему городу?..

Он прищурил глаза.

— Я понимаю, что ты хочешь сказать, Джина. Демонстрируя свое нежелание продолжать этот разговор, Мейсон отвернулся. Его откровенный поступок ничуть не смутил Джину.

Она угодливо заглянула ему через плечо и спросила:

— Мейсон, а что с тобой случилось?

Он смерил ее слегка удивленным взглядом.

— А что ты имеешь в виду?

Лицо Джины выразило глубокую иронию.

— Белый костюм, как мне кажется, и такая борода — это перебор!.. Люди могут подумать, что ты готовишься попасть на небеса.

Эти слова ничуть не удивили Мейсона.

— Белый цвет я выбрал сознательно, — с достоинством ответил он. — Однако, к небесам это не имеет никакого отношения. Он просто соответствует нынешнему состоянию моей души и моего ума.