ЖАНРЫ

"Санта-Барбара". Компиляция. Книги 1-12
Шрифт:

— Никто, никто, доктор Роулингс, меня этому не учил, я сама чувствую — в палате мне будет легче что-нибудь вспомнить. Поверьте, я давно хотела вам это сказать, — ее голос звучал очень естественно, а испуг выглядел натуральным, волнение тоже казалось неподдельным.

Первой опомнилась и пришла на помощь режиссеру Джина. Она принесла стакан воды и принялась отпаивать перепуганного режиссера.

— Выпейте, вам станет легче.

— Отойдите все от него! Да и вы отойдите от меня! Прочь! Прочь! — разгневанно кричал режиссер, — это все из-за вас! — он показывал пальцем на Джину.

Не волнуйтесь, все будет хорошо, — пыталась успокоить его женщина.

— Мне не нужна ни ваша вода, ни ваш воздух — мне вообще ничего не нужно, мне надо, чтобы сюда позвали адвоката, — кричал режиссер. — А ты, ты, кухарка, — обратился он к Джине, — и тебе никогда не напечь столько печенья, чтобы ты была в состоянии выплатить мне компенсацию.

Джина покраснела от слов режиссера и уже хотела вступить с ним в спор и осыпать его бранью, но сообразила, что лучше не спорить. Она успела выкрикнуть только одно:

— Но откуда же я знала, что эта вывеска неправильно подключена?

— Вставайте! Вставайте! — обратился рабочий к режиссеру, — вам надо в больницу.

— Да отстаньте вы все от меня! Я уже неплохо себя чувствую, — режиссер поднялся на ноги и стряхнул пыль с колен. — Со мной все в порядке. Быстро собираем аппаратуру и уходим. Быстро! — заторопил он оператора, который и сам уже упаковал свою камеру и, сжимая в одной руке штатив, спешил к выходу. — Ну, мисс Печенье, вы у меня дождетесь! — уходя крикнул режиссер.

— А как же моя реклама? — возмутилась Джина.

— Что? Ты еще хочешь рекламу? Я чуть не погиб, а она еще хочет рекламу. Да я тебе такую рекламу сделаю!..

Но оператор обнял режиссера за плечи и не дал ему договорить. Джина покраснела и отвернулась.

— Что ты вообще здесь делаешь? — подбежала к ней возмущенная Иден. — Кто тебе разрешил забраться на крышу и пользоваться вывеской? — Иден указала рукой на неоновую рекламу.

Джина смущенно пожала плечами.

Иден, если бы вывеска была правильно подключена, то тогда ничего бы и не случилось

— Да что ты говоришь? — изумилась Иден и ехидно улыбнулась, разглядывая пестрое платье Джины, сплошь усыпанное блестками.

— Понимаешь, я хотела, чтобы буква сверкала, тогда получилась бы изумительная реклама…

— Что? — изумилась Иден. — Из-за твоего идиотского печенья мог погибнуть человек!

— Может, оно и идиотское, мое печенье, но это единственное, что у меня осталось, — с наигранной болью в голосе произнесла Джина.

— Слушай, убирайтесь вы все отсюда, — уже спокойно сказала Иден. — И если ты впредь надумаешь делать рекламу, Джина, то занимайся этим в студии, желательно подальше от отеля Кэпвеллов.

— Тебе хорошо говорить, — покраснела Джина, — тебе все дано сразу — хорошая семья, богатые родители, хорошее образование… а тем, кому этого не дано, те вынуждены сами карабкаться вверх.

Но Иден не стала спорить. Она пристально глянула в лицо Джине и холодно произнесла:

— Делай все это в другом месте, я тебя предупреждаю.

— Хорошо, — приторным голосом прошептала Джина — но учти, скоро я встану на ноги.

— Что ты говоришь?

— Я говорю, что пройдет еще немного времени и все будут говорить о Джине. Я встану на ноги и тогда верну себе все и даже больше, — Джина окинула взглядом город, который был прекрасно виден с крыши отеля. — Да, Иден, я верну себе все. У меня будет прекрасный дом, яхта…

Иден как-то странно пожала плечами и ничего не ответила на это высказывание Джины.

Брик Уоллес подошел и сел за стол к Лайонелу. Локридж посмотрел на Брика внимательно, как бы угадывая, о чем сейчас пойдет разговор. Брик несколько мгновений помедлил, потом произнес:

— Лайонел, ты пытался утопить ее отца…

— И все это могло бы получиться, если бы не Мейсон. Он помешал осуществить задуманный план.

Брик посмотрел на Лайонела, не зная что ответить, но потом сказал:

— Мне кажется, тебе надо остановиться, успокоиться, подумать и кое-что переоценить.

— Нет–нет, надо торопиться, — Лайонел возбужденно вскинул руку и как бы рассек ею воздух, — обязательно надо спешить. Я должен его достать и обязательно достану, но я это сделаю через его детей, — Лайонел говорил очень зло и Брик понял, что Локридж не остановится ни перед чем.

— Погоди, погоди, мне все это не очень нравится, — на лице Брика Уоллеса появилось презрительное выражение.

— Ты вспомни, что он сделал с Уорреном, — глядя прямо в глаза Брику, сказал Лайонел.

— Но это все равно не оправдание, — возразил молодой человек.

— Я думал, ты со мной… — вопросительно глянул на сына Лайонел.

— Да, я с тобой, — ответил тот, — но я не хочу зла детям Софии.

— Брик, остановись, ты реши вначале: ты со мной или с ним? Сейчас мне нужно добраться до СиСи и я хочу сделать это через Иден, — втолковывал Брику свою новую затею Лайонел.

— Это из-за того, что она заставляет тебя уплатить по счету?

— Не надо, — брезгливо поморщился Лайонел. Вспоминать о том, как Иден упрекнула его, было очень неприятно.

— Все куда серьезнее, — продолжил Локридж, — она очень уязвима.

Ты можешь делать все что угодно, хотя я тебе этого не советую, — сказал Брик. — Поэтому, если ты станешь что-то предпринимать, то, пожалуйста, без меня.

— Брик… — немного растерянно произнес Лайонел, — я хочу, чтобы ты собрал кое–какую информацию об Иден. Меня интересуют подробности ее жизни.

Брик вместо ответа отрицательно завертел головой.

— Она была в Европе и меня интересует, зачем она туда поехала, с кем она там была, чем занималась, что делала. Ведь здесь об этом ничего не известно. Все думают, что Иден там, якобы, училась, но я думаю, это не так, во всяком случае, не совсем так.

— Хорошо, хорошо, сначала ты задавишь Иден, а кто будет следующим? — уже возмутился, не в силах сдерживать злость на отца Брик. — Потом ты примешься за Келли? Но ведь она в психушке. Ты что, этого не понимаешь? А Тэд поссорился с СиСи и желает идти своим путем. Ты его тоже хочешь за что-нибудь поймать?

Лайонел подался вперед и буквально прошипел, глядя в лицо Брику:

— Я хочу добраться до СиСи. Он отнял у меня землю, дом, разрушил семью. Это, Брик — не месть, это правосудие. Пойми.

Поделиться с друзьями: