Чтение онлайн

Отвечу: да, действительно, долг перед друзьями и собратьями по перу ничто по сравнению с обязательствами перед всем человечеством Но ближнего своего, неведомую мне публику, рассеянную по всей планете, грядущее поколение второго тысячелетия, я ничем не обделяя.

Все это время я тайно вершил возложенное на меня всемогущим Господом Богом, творя на крыльях божественного вдохновения, я написал книги, отражающие мою подлинную суть. Они способны вознести меня до небес, до самых вершин славы. Да, они уже написаны я уложены в большой ларец, который я держу у себя в спальне. Двенадцать томов, вы прочтете их после моей смерти.

Тогда у друзей уже не будет повода для переживаний. Мертвому легко прощают все, даже бессмертные творения. Друзья лишь усмехнутся снисходительно и скажут, качая головой: «Каков мерзавец, всех провел! А мы-то думали, что он окончательно впал в детство». Так или иначе вам…

На этом запись обрывалась, старый писатель не смог закончить, потому что его настигла смерть. Его нашли сидящим за письменным столом. На листе бумаги, рядом со сломанным пером, неподвижно лежала в самом последнем высоком успокоении убеленная сединами голова.

Прочитав послание близкие прошли в спальню, открыли ларец и увидели двенадцать толстых стопок бумаги: в каждой сотня страниц. Совершенно чистых, без единого знака».

Перл умолк. Келли с восторгом смотрела на него.

— Это просто здорово, — после некоторой паузы сказала она. — Перл, ты молодчина! Я восхищаюсь тобой!

Он улыбнулся:

— Я рад, что тебе понравилось. Хотя, честно говоря, мне кажется, что все это я делаю от скуки. Если бы я находился в каком-нибудь другом месте или в другое время я бы наверняка не стал писать. Скорее всего так и произойдет после того, как я покину эту треклятую клинику.

— А что тебя еще интересует?

— Что ты имеешь в виду?

— Ну, вообще, в жизни.

— О… — протянул Перл. — Меня многое интересует. Скачки, подводная охота, книги, интересные женщины, любовь…

Он многозначительно посмотрел на Келли. Ее щеки вспыхнули и она тут же опустила глаза. Перл вдруг понял, что испытывает к этой девушке нечто значительно большее чем просто сочувствие и жалость. Ему нравились ее грустные голубые глаза, немного вздернутый нос, выразительные чувственные губы. Несмотря на некоторую худобу, она была очень привлекательная и, без преувеличения можно сказать, сексапильной девушкой. Этого не мог скрыть даже грубый больничный халат под которым скрывалась ее стройная хрупкая фигура. Перл вдруг ощутил в себе какую-то бесконечную нежность и желание сделать все на свете только по одному, даже не выраженному в словах, а лишь во взглядах и жестах, желанию. В этот момент он вдруг подумал о том, что готов дать клятву себе самому. Клятву — заботиться о ней, опекать ее и защищать. Рука его медленно потянулась к ее прямым, спадавшим на плечи волосам, но в этот момент их уединение было нарушено.

В комнату с радостным визгом вбежали Оуэн Мур и Элис. Взявшись за руки, они весело плясали под громкие звуки ритмичной музыки.

Увидев Перла, Оуэн радостно воскликнул:

— Мистер президент, присоединяйтесь к нам. Мы бы очень хотели увидеть вас в нашей компании.

Перл с улыбкой взглянул на Келли:

— Ну, что скажешь? Потанцуем немного?

Она смущенно опустила глаза:

— Ты знаешь, мне не очень хочется сегодня танцевать.

— Я бы лучше еще раз послушала, как ты рассказываешь какую-нибудь интересную историю или читаешь свой рассказ.

Перл не успел ответить, как Оуэн Мур воскликнул:

— Мы, конечно понимаем, что вы высокое официальное лицо, господин президент, но может быть вы сможете уделить нам несколько минут своего внимания. Нам очень не хватает вас.

Перл кивнул:

— Хорошо Оуэн, если вы так просите я готов присоединиться к вам, но к сожалению, первая дама, — с этими словами он показал рукой на Келли. — Просит чего-либо более спокойного и торжественного. Как вы думаете, можем ли мы исполнить ее желание?

Мур скромно потупился:

— Как вице–президент я, разумеется, не могу не исполнить желания первой леди.

Перл широко улыбнулся. Повернувшись к Келли, он спросил:

— Что бы вы хотели, уважаемая леди?

Она смущенно потупилась:

— Я не знаю…

Перл на мгновение задумался:

— А, — воскликнул он, поднимая высоко вверх указательный палец. — Я знаю, наш сегодняшний вечер был бы не полным без торжественной речи президента.

Мур захлопал в ладоши:

— Просим, просим, господин президент!

— Хорошо, я сейчас иду. Отправляйтесь в овальный кабинет белого дома. Ваш президент прибудет через минуту.

Когда Оуэн и Элис вышли, Перл аккуратно сложил листки бумаги с написанными им рассказами и сунул их под матрац кровати.

— Что ты делаешь? — спросила Келли. Он улыбнулся:

— Здесь будет надежнее. Еще неизвестно, когда я могу выбраться из этой психушки и что они сделают там с моими произведениями. Пусть полежат тут до лучших времен. Думаю, что им ничего не грозит. К тому же кроме тебя мне некому их читать. Сама понимаешь, я не могу собрать пациентов клиники доктора Роулингса в общей комнате и зачитывать им с листа свои новые рассказы. Тогда доктор Роулингс действительно решит, что я сумасшедший и уж в таком случае мне от усиленного курса лечений не отделаться. Она грустно улыбнулась:

— Может ты и прав…

Сделав свое дело, Перл удовлетворенно потер руки.

— Так, с этим мы покончили, теперь перейдем к более приятной части вечера. Торжественная речь президента это совсем другое дело. Здесь можно плести все что угодно и сколько угодно. По моему это нравится всем в клинике, как ты считаешь, Келли?

Она скромно пожала плечами:

— Я не знаю, Перл, мне кажется, что у тебя очень хорошо получается, но верит ли этому доктор Роулингс?

— Да, — с сомнением произнес Перл. — Именно в этом и состоит вопрос. Ну что ж, по моему до сих пор мне пока удавалось морочить ему голову. Что будет дальше… Во всяком случае раз уж я однажды вошел в эту роль, надо продолжать оставаться самим собой. Разумеется, я мог бы с завтрашнего утра считать себя, к примеру, Александром Македонским или Наполеоном. Я мог бы превратиться в собаку и бегать по клинике на четвереньках, поднимая ногу у каждого столика. Все это довольно просто, но мне, честно говоря, больше нравится изображать известных личностей из нашей собственной истории. Как ты считаешь у меня хорошо получается?

Келли кивнула:

— Да, у тебя настоящий актерский дар. Если бы я не знала кто ты я бы на самом деле подумала, что ты страдаешь манией величия.

Перл надул губы, изображая Авраама Линкольна. Приняв горделивую позу он вскинул вверх голову и произнес:

— Я пришел сюда чтобы дать свободу и справедливость! Я буду исполнять эту великую миссию, возложенную на меня американской нацией, до тех пор пока нация верит в меня, — торжественно провозгласил он, изображая великого освободителя негров.

Затем, приняв свой обычный вид он повернулся к Келли и сказал:

— Голливуд теряет в моем лице прекрасного исполнителя на роль президентов. Правда, может быть я но слишком гожусь на роль отца нации по внешним данным, однако чудеса грима, думаю, смогли бы сделать из меня настоящего Линкольна или Джорджа Вашингтона. Ну да ладно, похоже наши друзья заждались торжественной речи президента. Нам пора.

Он потянул Келли за руку:

— Сейчас я буду всех развлекать.

Они вышли в комнату, где по прежнему гремела музыка и Оуэн Мур, Джимми Бейкер и Элис веселились, выделывая довольно нелепые танцевальные движения. Перл остановился посреди комнаты и, чтобы привлечь к себе внимание, поднял руку.