Чтение онлайн

empty-line/>

— Что ты хочешь, Тэд?

Вместо ответа он схватил ее за руку и потащил куда-то за портьеру.

— Что ты делаешь, Тэд? — возмущенно воскликнула Джина. — Мне же больно. Куда ты меня тащишь?

Когда они оказались в углу, Тэд задернул портьеру и, резко схватив Джину за плечи, развернул ее перед собой.

— Нам надо поговорить.

— Отпусти меня! — недовольно воскликнула она. — Мне же больно…

— А мне плевать, — нервно сказал Тэд. — Я хочу поговорить с тобой — и точка.

Она поняла, что громким выражением неудовольствия и криками ничего не добьешься. А потому, перешла на более миролюбивый тон.

— Тэд, давай поговорим в другой раз, — пытаясь освободиться от его крепкой хватки, хныкающе протянула она. Он дышал так тяжело, как будто ему только что пришлось перенести с места на место один из холмов, окружавших Санта-Барбару.

— Никакого следующего раза не будет! — нервно заявил Тэд. — Я должен услышать все немедленно, сейчас же.

Джина взмолилась:

— Если ты хочешь что-нибудь узнать о Хейли, то я клянусь, что расскажу это все в следующий раз. Я все расскажу. Только отпусти меня. У меня совершенно нет времени. Я очень спешу.

Но Тэд был настроен решительно.

— Никакого следующего раза, никаких «спешу» или «тороплюсь»… Ты расскажешь мне все здесь и сейчас! А если не захочешь этого делать… — он сделал угрожающую паузу.

Потеряв всякую надежду вырваться из его крепких рук, Джина высунула голову из-за портьеры и глянула в зал. Сантана торопливо достала из сумочки несколько купюр, положила их на столик, за которым сидела, и быстро зашагала к выходу.

Джина заметила, что в руке у нее зажат ключ от президентского номера.

Ситуация обострялась до предела.

Это появление Тэда было совершенно некстати. Чтобы поскорее отвязаться от него, Джина пошла на попятную.

— Ладно, Тэд, — торопливо сказала она. — На самом деле, все очень просто. Хейли — моя племянница. Клянусь, мы собирались сознаться во всем. Но нам пришлось учитывать несколько фактов. Обстоятельства были против нас. Хейли не могла бы работать в вашем доме, если бы СиСи узнал, что я ее родственница.

Тэд разочарованно опустил голову.

— Значит, это правда?

— Да, — подтвердила Джина. — Мне очень жаль, но это правда. Хейли действительно моя племянница…

Тэд сокрушенно покачал головой.

— Ну ладно, получается, что все это время, пока мы были вместе, Хейли мне врала. Ведь я ничего не знал об этом…

Джина поспешно принялась убеждать его в обратном:

— Она оказалась в очень затруднительном положении. Она хотела все сказать тебе, но тогда, ты бросил бы ее. Поэтому она предпочла молчать.

Тэд удрученно покачал головой.

— Джина, ты понимаешь, что это означает для меня?

Она сделала попытку улыбнуться.

— Я думаю, что ничего страшного в этом нет.

Тэд мрачно улыбнулся.

— Да, разумеется, как же ты можешь понять… Ведь все наши прошлые отношения были построены на обмане, вот что получается. Такое я мог ожидать от тебя, но не от Хейли.

Джина как обычно не обратила внимание на столь оскорбительное высказывание в свой адрес. Ее спешка и ее занятость не позволяли ей отвлекаться на такие мелочи.

К колким замечаниям в свой адрес она уже давно привыкла, но все-таки нельзя было сказать, что Джине была безразлична судьба племянницы.

Она заглянула в глаза Тэда.

— Но все-таки, я надеюсь, ты мог бы простить ее?

Тэд отрицательно помотал головой.

— Если бы она была все время честна со мной, то мне было бы наплевать на это. Однако, она соврала.

Джина поморщилась.

— Тэд, все это слова. Ты себе представить не можешь, сколько неприятностей исходит от правды. Мне очень жаль, что все так получилось, но, извини, я очень спешу.

С этими словами она оставила растерянного Тэда стоять посреди зала.

Сейчас ее ждали куда более важные дела — Кейт Тиммонс и Сантана Кастильо встретились в президентском номере отеля «Кэпвелл».

Кейт Тиммонс вышел из двери на седьмом этаже отеля «Кэпвелл» и с опаской огляделся по сторонам. К его счастью здесь было пусто. В отличие от холла, на этаже не сновали горничные, портье, администраторы и метрдотели. Никем не замеченный, он прошел к двери президентского номера и, осторожно повернув ручку, убедился, что вход открыт. Сантана уже была здесь. Она нервно расхаживала по шикарным апартаментам, как обычно заводя себя до состояния истерики. Стараясь, чтобы его голос звучал, как можно более миролюбиво, Тиммонс сказал:

— Я рад, что ты пришла. Надеюсь, что мы используем предоставленное нам время не для того, чтобы выпить кофе. Как ни странно, но слова окружного прокурора подействовали на нее успокаивающе.

— Нет, — смущенно сказала она, — мне надоело притворяться. Но это будет наша последняя встреча.

Тиммонс в изнеможении рассмеялся.

— О, боже! Только не говори мне, что между нами будет очередная сцена прощания. Ты должна понимать: все, что повторяется больше двух раз, уже не смешно.

Он запустил руку в ее пышные волосы и притянул Сантану к себе. Она не сопротивлялась, но поддалась не охотно.

— Это действительно наша последняя встреча, я говорю правду. Мне больше не хочется поступать подло по отношению к Крузу.

Тиммонс притворно вздохнул.

— Ну ладно, последняя так последняя. Раз уж так суждено, то пусть этот вечер запомнится нам обоим надолго. Иди ко мне.

Он крепко обнял ее за талию и обжег ей губы своим поцелуем. Они опустились на шикарную, покрытую атласным покрывалом кровать и стали медленно погружаться в любовную нирвану.

Ни Тиммонс, ни Сантана не слышали, как где-то дальше по коридору осторожно открылась дверь, и Джина Кэпвелл тихонько скользнула в крошечное подсобное помещение, установленное аппаратурой. Одна из стенок этой комнатки через зеркальное стекло выходила на гостиную президентского номера.

Стараясь не издать ни единого звука, Джина отодвинула тонкую деревянную перегородку, перекрывавшую зеркальное стекло, и едва ни завизжала от восторга.

Прямо перед ней, как на ладони, были все апартаменты. А посреди комнаты, на огромной кровати, лежали, слившись в объятиях и поцелуях, Кейт Тиммонс и Сантана Кастильо. Джина закусила нижнюю губу, чтобы не выдать себя радостным восклицанием. Это было именно то, ради чего она затеяла всю эту интригу. Тиммонс клюнул на ее крючок. Теперь и он, и Сантана были в ее руках. Оставалось лишь включить установленную на высоком штативе видеокамеру и навести резкость.