Чтение онлайн

— Почему я не должна звонить?!

— Он не из тех людей, кто реально желает помочь. Я позвоню знакомому из ФСБ, он приедет и примет у тебя заявление. Но пока мы вернемся в квартиру. Надо спокойно все осмотреть. Когда ФСБ ее оккупирует, мы не сможем в нее попасть, — свернул он в мой двор.

Я заткнулась. Возникло внутри чувство, что он знает, о чем говорит. Да и мысли насчет этого Васильева у нас сходились.

Захотелось ему поверить. Что еще может быть хуже пропажи Сапфиры?

Но разве ФСБ занимается кражами младенцев? А если они узнают, что я подделала ДНК-тест?

О чем я вообще думаю?

Все эти вопросы были пустыми. Главное, чтобы Сапфира нашлась живой и здоровой. Я была согласна на все. Посадят за подделку бумаг — отсижу. Отберут малышку — отвоюю. Или буду навещать. Пусть только с ней все будет хорошо.

— Имей в виду, нам нужно не потерять ни секунды! По горячим следам проще найти. У нас пять минут, знакомый уже ждет моего звонка, и они приедут. Ничего не трогай, просто посмотри, — говорил он ровным голосом, нажимая кнопку лифта.

Я молча кивала. А не проще было их сразу вызвать? Сложилось ощущение, что Илья сам хотел что-то для себя там найти. Почему я не могу залезть в голову другого человека? Как поверить в искренность его намерений?

Около двери мое сердце вновь сжалось. Илья это увидел и прошел первым, прихватив аккуратно меня под локоть. Наверное, он мне сочувствовал, насколько это умел делать.

Мы разошлись в разные стороны, когда оказались внутри. Илья пошел на кухню, а я, окинув взглядом гостиную, в которой все было так, как и до моего ухода, направилась в нашу с малышкой спальню.

Мои глаза начали жечь. Я медленно подошла к ее кроватке и, ухватившись за нее, ощутила нестерпимую внутреннюю боль, она была практически физической. Горячие слезы потекли по щекам. Я схватила ее мягкую игрушку и упала на колени, дав волю эмоциям. Этот потрепанный белый заяц был с ней еще до нашего знакомства. Вероятно, Мария сама его сшила на скорую руку. Он был слегка кривоват, а вместо глаз у него были большие пуговицы. Мне стоило большого труда отмыть его и привести хоть в какой-то приемлемый вид. Он пах ею. Я прижимала его к груди и плакала во весь голос. В горле будто плавили металл. Слезы, сопли, все смешалось.

— Ты уверена, что можешь доверять своей подруге? — вошел Илья в комнату и не ожидал увидеть меня в таком состоянии.

Он остановился на мгновение и ушел обратно на кухню. Вернулся он уже со стаканом воды.

— Пей! — протягивал он стакан в мои дрожащие руки, игнорируя мое отрицание сквозь громкие всхлипы.

Он отобрал у меня стакан после того, как я сделала один жалкий глоток, и с шумом поставил его на тумбочку.

Его перемена настроения немного пугала. Он злился. Моя истерика пошла на спад.

— Я теперь понимаю, почему у меня не лады с женщинами! Да вы же не в себе! Вот чего ты тут все соплями уделала?! Я просил быстро все осмотреть и уйти. Ты своей истерикой ей не поможешь!

Я утерла рукавами лицо. Он прав.

«Будь сильной, Дарина!»

Я подсунула зайца себе под олипику и встала. Илья, подхватив меня за руку, утащил из комнаты.

— Время вышло! — злился он.

Около порога он резко остановился и вернулся на шаг назад. Илья увидел какую-то бумажку и синей ручкой, что валялась около холодильника, слегка развернув ее, сфотографировал на телефон.

Мы стояли около машины и ждали приезда его знакомого из ФСБ. На улице уже потемнело, спасал только свет фонарей. Мое состояние было пограничным. Словно я здесь и не здесь одновременно. Я старалась заставить работать свой мозг.

— Немного разбросаны детские вещи на кровати, полотенце и подгузник на полу ванной. Я не заметила следов борьбы или еще чего.

— Я тоже. Зато я заметил, что детской смеси на кухне нет ни одной пачки, а уверен, ты из тех мам, что запасаются впрок. Подгузников также нет, только один тот, что на полу в ванной. Если бы ты была в более адекватном состоянии, думаю, ты бы также заметила пропажу некоторых вещей девочки и одеяла. Кто-то заботится о ней. Не хочет причинить вред. Поэтому я и спросил тебя о подруге.

Я открыла рот, слушая его.

— Там пять пачек было смеси и огромная упаковка подгузников на месяц. Правда думаешь, что о ней заботятся? Пусть это будет так, — начала молить я небеса.

— Про подругу ты ничего не скажешь? — вернул он меня на землю.

— Варя не причинит ей вреда и мне тоже. Она добрая. Чуткая. Я ее знаю шесть лет. Я в ней уверена на миллион процентов. Они обе в чьих-то злых руках…

В этот момент подъехала машина, и из нее вылезли ребята в темно-синей форме. Ни разу не видела работников ФСБ. Тот, что был в фуражке и с каким-то погонами, направился к нам, а двое других, видимо, были направлены осмотреть квартиру. Если бы не значки, на которых было написано «Федеральная служба безопасности», я бы приняла их за обычных полицейских. В фильмах они всегда все в броне, в балаклаве, с оружием. Наверное, о таких крутых ребятах мечтает каждая девчонка. Только бы они нашли мою девочку…

— Судмедэксперт будет с минуты на минуту, — сразу объявил мужчина, не одарив нас приветствием. — Надеюсь, вы там ничего не трогали?

Илья отвел его в сторонку, и они о чем-то говорили несколько минут.

Зачем такая скрытность? А вдруг это все подстава? Как я могу доверять совершенно чужому человеку?

Они оба вернулись ко мне. Я вся дрожала, то ли от холода, то ли от того, что с каждой потерянной секундой могу навсегда лишиться Сапфиры…

— Дарина Сергеевна, я не представился, прошу меня извинить. Меня зовут Гайданов Михаил Юрьевич, — протянул он руку. — Я начальник оперативно-поискового управления ФСБ.

Мужчина на вид гораздо старше меня и Ильи лет на десять точно. Надеюсь, он опытен в своем деле.

Я пожала руку и не смогла выдавить из себя ни слова. Меня всю изнутри колотило.

— Вы оставили свою дочь с подругой? Это было в первый раз? Вы доверяете своей подруге? — пулял в меня вопросами Михаил.

Илья отошел от нас и заглянул в машину. Вернулся он с кофтой в руках и накинул ее мне на плечи. Это что, забота? Но почему с таким каменным лицом?

— Она не моя родная дочь. Девочка под моей опекой. Все документы я предоставлю. Оставляла не в первый. Варвара всегда мне помогала, да, я ей доверяю полностью, — как робот тараторила я.

Илья, услышав мои слова, заострил свои зеленые глаза на моем лице. Его взгляд говорил, будто бы я его предала.

Мы еще долго вели беседы и заполняли заявление. Ничего нового и полезного из всего этого не вышло.

— Я попрошу Вас, Дарина Сергеевна, пока переночевать у знакомых или в отеле. И будьте сильной, мы обязательно ее…

— Тут информация, — перебил Михаила подбежавший помощник.

Он отдышался и продолжил:

— Соседи видели подозрительных троих мужчин на этаже квартиры. По описанию похожи на румынов. Я все запротоколировал, — повертел он бумагой в руках.

Видимо, пытается заслужить свое место под солнцем.

Информация о троих мужчинах еще и не нашей национальности сразу вернула меня в тот день, когда мне пришлось отбиваться от подонков. Почему все беды валятся на это беззащитное дитя?

Мои глаза снова намокли. Но я старалась не реветь и не вызывать гнев Ильи. Я должна быть сильной ради нее.

Илья усадил меня в машину и сел сам, ухватившись за руль.

— Почему ты не сказала, что она не твоя дочь? — устремил свой пронзающий взгляд в лобовое стекло он.