Чтение онлайн

В глазах женщины что-то мелькнуло. Но и только. А я усмехнулась и пошла за ней. Даже настроение немного улучшилось.

«Не та я Мелинда, которую вы знали или думали, что знали. Очень интересно будет понаблюдать за вами. Мне бы вылезти из этой ситуации целой и живой. Годвина где-то носит. Может и про него что узнаю. Главное, чтобы тоже был жив», — пока я размышляла, осматривалась.

Мы прошли коридором, потом спустились по лестнице. Несомненно, этот донжон был просторнее, чем в крепости Аркарт. Но древнее и неухоженней. Серые стены, выстланный свалявшимся камышом пол (я чуть не взвизгнула, подпрыгнув до потолка, когда под ногами шмыгнула мышь), закопчённый огромный камин, в котором огонь пожирал толстое бревно, длинный стол из грубо отёсанных, потемневших от времени досок, и широкие скамьи по бокам, узкие с решетками окна, затянутые промасленной бумагой.

У самого камина за массивными столом, имеющим более приличный вид и накрытый полотном, сидел Мортимер. Рядом с ним находился господин неопределённого возраста с суровым выражением лица. Они о чём-то тихо переговаривались.

— Наконец-то и наша гостья. Я умираю с голода, — жизнерадостно чуть ли не прокричал Мортимер, но не встретил в моём лице благосклонного слушателя. — Присаживайтесь, — подозвал он меня, галантно приподнялся и отодвинул стул.

Я чувствовала себя загнанной мышью, с которой играется сытый кот. Ждёт, пока не переварит предыдущую добычу и сожрёт вместе с костями. Даже представила, как хрустнули тонкие косточки. Воображение у меня что надо.

Я кивнула мрачному типу, тот ответил тем же. Разговаривать у меня не было желания.

Я не вслушивалась в их разговор. Всё равно говорили о доходах, зерне, лошадях и других хозяйственных вопросах.

Я поглощала довольно сносные лепёшки (ни в какое сравнение не шли с выпечкой Гвен), намазывая масло и мёд. Подогретое вино мне не понравилось: слишком кислое на вкус, и я его отодвинула. Мне принесли медовуху. И нутро согрето, и полезно.

Момент исчезновения мужчины я прозевала. Почувствовала себя неуютно под пристальным взглядом.

— Дайте доесть. Подавлюсь ведь и сдохну прежде, чем воспользуетесь моим ущербным мозгом, — буркнула я.

— Ты стала дерзкой и смелой. Не скажу, что мне это не нравится, — довольно хмыкнул мужчина.

Он придвинулся на стуле, я резко отпрянула.

— Мне не нравится, что ты меня боишься. Я просто хочу поговорить, — отодвинулся он. — Просто не хочу, чтобы подслушивали.

— Тогда пересядем к камину. Не думаю, что в нём кто спрятался, — посмотрела я в чёрные, как угли, глаза без выражения.

— Определённо что-то в тебе изменилось. Аннабель была права.

— И где эта доблестная дева? Что-то я её здесь не вижу. Только Гертруду. Отличную шпионку воспитали, — хмыкнула я.

— Приходится выкручиваться, как можешь.

— Да уж. Хочешь нормально жить — умей вертеться.

Мы уселись в деревянные кресла перед камином. Прежде, чем сесть, скинула замусоленную подушечку на пол.

— Сразу видно, что ты воспитанная леди, — заметил мои действия мужчина.

— Я не люблю грязь. И не думаю, что многим леди претит сидеть на грязных подушках.

Смех мужчины оказался неожиданностью. Я смотрела прямо на него без тени улыбки.

— Ладно. Повеселились и хватит. Что вам от меня нужно? — задала я главный вопрос.

— Ты прямолинейна. Я тоже буду честен. Мне нужна моя вещь, которую ты увезла с собой и где-то прячешь.

— Да неужели? Насколько я знаю, это не ваша вещь, она принадлежит королю, магистру Ордена Чертополоха. И он мне её подарил.

— А ты умна. Как я проглядел в тебе…

— Это не важно. И не интересно. Для меня, по крайней мере, — перебила я его. — В любом случае, я не собираюсь спорить о праве собственности на зеркало. Всё равно у меня его нет. И я даже не знаю, где оно. Верните меня обратно! — потребовала я.

— Ты никуда не уйдёшь. И если хочешь быть целой и невредимой, лучше не зли меня.

Мужчина так стремительно навис надо мной, что я даже шарахнуться не успела. Холодные пальцы впились в нежную кожу подбородка. Синяки останутся. Меня вновь затошнило от запахов застарелого пота и немытого тела. Ароматный букет дополнял кисловатый запах то ли одежды, то ли выпитого кислого вина. Меня чуть не вывернуло.

Увидев панику в глазах, Мортимер, как ни странно, понял, что это не от страха перед ним.

— Это от травмы. Гертруда перестаралась. У меня мало времени, у тебя ещё меньше. Подумай и дай мне ответ. А теперь можешь идти.

Я встала, оттолкнув его и пошла на выход, потирая подбородок.

— Где Годвин? — спросила я, остановившись, но не поворачиваясь.

— Мы разминулись. Он уехал в Абердин, я как бы в Эдинбург. Но ни он, ни я не доехали до пунктов назначения.

— Ясно, — прошептала я и стала подниматься по лестнице.

— Глупая. Зачем тебе этот мужлан? Он до мозга костей воин. И в его жизни женщины ничего не значат.

— Он хотя бы мужчина, который знает, что такое честь, — сказала я.

Когда я уже шла по коридору, послушался звон посуды и рычание. Стоит ли мне дразнить зверя?

— Сволочь. Руки бы тебе оторвать, — ругалась я. Зеркала не было, но я была уверена, что тёмные разводы на белоснежной коже уже проступили. — Куда же ты запропастился, Годвин? Знаешь ли ты, что меня нет в замке? Не почувствуешь ли ты облегчение, что отделался от проблемной жены или ты расстроишься? А Тэвиш? Я так скучаю по тебе, мой малыш…

И тут до меня дошла одна важная деталь — грудь мягкая, пустая. Неужели молоко перегорело? Я очень огорчилась этому факту, но с другой стороны и обрадовалась. Как бы я его сцеживала здесь, в таких условиях? Не хватало мне ещё болячек на больную голову.

— Надо поспать, пока есть возможность, — решила я — Мне не удастся что-нибудь выследить или найти лазейку, чтобы сбежать посреди дня. А если и удастся — куда мне идти? Я здесь ничего не знаю. Даже где нахожусь. И догонят меня очень быстро и не факт, что с меня шкуру не спустят.

Прилегла на кровать, натянув на себя тяжёлое одеяло из побитой молью шкуры. Зато согрелась. Жаровня исходила теплом от горячих углей, но не настолько грела комнату, чтобы свободно сидеть. Холодно. Сквозняки гуляют, как у себя дома. Гобелен шуршал и постоянно двигался, как и занавеси от балдахина. Я вспомнила жуткие рассказы про призраков. А потом рассмеялась. Призраки и привидения самая малюсенькая моя проблемка на данный момент. Там внизу монстры пострашнее несчастных неупокоенных душ. Надо продумать всё, проанализировать прежде, чем этот ворон-падальщик вспомнит обо мне.